Бывшие. Сын для чемпиона - Анастасия Градцева

— Привет, Вадим, — сухо говорю я и иду к нему.

К нему и своему сыну.

Который, к счастью, абсолютно не похож на своего биологического отца.

Я не глядя расписываюсь в какой-то таблице напротив фамилии своего ребенка и быстро отхожу в сторону, чтобы Ардовский не успел меня ни о чем спросить.

Впрочем, он бы и не смог: за нами еще толпа народу и все хотят не только отметить своего ребенка, но и получить автограф или фотографию с живой легендой.

Даня убегает к другим детям на поле и стоит там в сторонке, не решаясь даже попросить у них мяч.

Но и ко мне не идет. Наверное, боится, что я заберу его домой.

А я бы забрала.

Если бы могла.

Начинается тренировка: ее ведет Ардовский и еще какой-то молодой парень. Родители сидят на трибунах и внимательно смотрят. Многие хотели подойти поближе, но нам сказали, что нельзя: дети будут на нас отвлекаться.

Я тоже, как и все, слежу за своим малышом: смотрю, как он старательно выполняет упражнения с мячом, как бегает наперегонки с другими ребятами и внимательно слушает тренера.

Ардовского.

Чертов Ардовский!

Я бы очень хотела на него не смотреть, но не получается. Этот мудак как назло все время рядом с Даней. Показывает ему, как бить по мячу, улыбается и даже несколько раз одобрительно кивает и треплет его по голове, ероша светлые волосы.

Внутри все судорожно сжимается, особенно когда мой малыш сияет широкой улыбкой и смотрит на Ардовского, как на бога.

Ардовский не имеет никакого права трогать моего ребенка! И мне плевать, что он сейчас его тренер.

Пусть этот мудак держится подальше от Дани. Он к нему не имеет никакого отношения.

Я с трудом успокаиваю дыхание и снова перевожу взгляд на поле.

Там завершается разминка и упражнения, теперь детей делят на несколько команд, и все они по очереди играют в футбол друг с другом. Я мало что понимаю в этой игре, но даже мне очевидно, что Даня на поле… бесполезен.

Он стоит столбом среди других играющих и даже не пытается куда-то бежать. Остальные мальчишки толкаются, почти дерутся друг с другом за мяч, но только не мой сын. Он топчется в сторонке. А когда один раз мяч летит прямо к нему, Даня не бежит с ним к воротам, а просто передает другому игроку.

Выглядит так, как будто он пытается поскорее от этого мяча избавиться.

И вообще я бы сказала, что Дане очень некомфортно тут.

Мне правда жаль, что мечта моего сына разбилась о реальность, но это чувство перекрывается диким облегчением.

Все. Больше никакого футбола в нашей жизни.

Я родила умного, тонко чувствующего мальчика, и он не создан для этой тупой игры. Точка.

И даже если сам Даня думает иначе, не страшно. В любом случае после этой пробной тренировки в команду его не возьмут. Готова спорить на что угодно.

Звучит резкий свисток: игра окончена.

Тренировка тоже.

Пока дети под руководством второго тренера собирают с поля мячи и цветные конусы, Ардовский выходит с поля и направляется к нам. К родителям.

— Боже, какой же он красавчик, — восхищенно бормочет какая-то мама рядом со мной. — Интересно, он свободен?

— Он женат, — возражает вторая. — На модели. Тая Левина, кажется.

— Глазастая такая?

— Да. У нее еще волосы такие длинные.

Женщина огорченно вздыхает, продолжая облизывать взглядом приближающегося Ардовского.

Восемь лет назад он был худым, хоть и сильным. Легко поднимал меня на руки.

Сейчас же вся его фигура сплошные мышцы.

И лицо все такое же красивое: темные волосы, волной падающие на лоб, ровный нос, яркие карие глаза и чувственная линия губ.

Но во мне это не вызывает никаких эмоций. Никаких. Все давно отболело.

Единственное, что я хочу — взять Даню и уйти. Оказаться подальше отсюда. От поля, от футбола, от Ардовского, который стоит тут с таким видом, как будто он король всего мира.

— Спасибо всем, кто сегодня пришел, у вас отличные пацаны, — говорит Ардовский, обращаясь к родителям. — Жаль, что мы не можем взять всех. Реально жаль. Но мест в команде только двадцать.

Он зачитывает фамилии тех, кто прошел. Я слушаю вполуха, потому что уверена: Дани там нет. Даже мне было видно, что у него не получается.

— … Викторов Александр, Ильин Ярослав, Кроховский Максим, Лашин Егор, Лебедев Данил..

Данил?!

Я вскакиваю и растерянно смотрю на Ардовского.

Он тоже смотрит на меня, пока дочитывает оставшиеся несколько фамилий. На его красивых губах играет мягкая усмешка.

Моя растерянность медленно переплавляется в ярость.

Он специально это сделал! Специально — чтобы поиздеваться надо мной и над Даней!

Счастливые родители, прошедшие отбор, бегут к своим детям, чтобы сообщить им хорошие новости, остальные медленно покидают трибуны и стадион, и только я все стою, застыв на месте как столб и сжав руки в кулаки.

А Вадим Ардовский неторопливо направляется в мою сторону, поднимаясь по ступенькам трибуны.

Глава 2.

— Поздравляю, — говорит мне Вадим. — Твой сын прошел.

Я молчу.

— Не ожидал тебя здесь встретить, — продолжает он, так и не дождавшись от меня никакой реакции. — Я спрашивал про тебя у мамы. Она говорила, что ты поступила и уехала в другой город.

От упоминания его мамы меня едва не передергивает.

— Да, уехала, — сухо подтверждаю я. — В Москву.

— А сейчас?

— Вернулась.

— Давно?

— Год назад.

— Понятно. — Ардовский смотрит на меня пристально. — Я не знал, что у тебя… ребенок.

Последнее слово он произносит вопросительно и настороженно, и я моментально напрягаюсь.

Ардовский что-то подозревает?

Он не должен узнать.

Никогда.

— Это моя вторая ошибка молодости, — говорю я небрежно. — Сначала ты, потом отец Дани. На этом я решила закончить с отношениями, потому что уже поняла, что вселенная посылает мне исключительно козлов.

Когда-то я была уверена, что моя случайная беременность — та самая ниточка, которая снова свяжет нас с Вадимом. Я думала, что это знак судьбы.

Но сейчас все иначе.

Я не позволю Ардовскому опять разрушить мою жизнь.

— Сколько лет твоему сыну? — спрашивает он, и по моему позвоночнику прокатывается ледяная волна.

— Даня родился в семнадцатом году, — скучным голосом говорю я, хотя внутри меня всю трясет. —