Брат мужа. Порочные игры - Арина Арская

— А ты громкая.

— Обычно я тихая, — накрываю лицо руками.

Я с Пашей не кончала. Мне было приятно, тепло, но внутренности ни разу не тянуло режущим оргазмом и не схватывало ступни судорогами. Но и сам он никогда не походил на зверя и не рычал в лицо с оскалом.

— Кажется, ты согрелась, — самодовольно смеется Влад и притягивает к себе.

Выворачиваюсь из его рук и подползаю к краю кровати. Сажусь и пью глинтвейн крупными глотками прямо из кастрюльки. Не хочу быть трезвой в обществе Влада.

— Кстати, это безалкогольный глинтвейн, — поглаживает меня по спине. — На виноградном и клюквенном соке, Поли. Я хочу, чтобы ты была со мной трезвой.

Глава 21. Десять баллов для круглой отличницы

— Как безалкогольный? — я возмущенно оглядываюсь на Влада. — Я же пьяная.

— Дай мне тоже выпить, — садится и протягивает рук.

— Но я пьяная, — вручаю ему кастрюльку. — Тут есть алкоголь. Это вино.

— Нет, — хмыкает Влад и прикладывается с улыбкой к кастрюльке.

— Да.

— Нет, — возвращает кастрюльку, и я встаю, прижав ее к груди.

— Да.

Отказываюсь принимать тот факт, что я получила удовольствие с чужим мне мужчиной. Пальцы я оправдала стрессом, а сейчас я срочно нуждаюсь в другой отговорке. Я пьяная и точка. Вон, я даже пошатываюсь на нетвердых ногах.

— Насколько ты оценишь свой оргазм? — деловито и серьезно спрашивает Влад, покидая кровать.

— На минус сто, — шепчу я.

— Я думаю, что ты лукавишь, — потягивается и разминает плечи.

Какая же у него задница! Крепкая, подтянутая. Так и хочется игриво ее шлепнуть или укусить. Я точно пьяная. Зачем мне кусать Влада за его ягодицы?

— Я ставлю семь из десяти, — вальяжно плывет к дверям.

— Почему только семь? — возмущенно охаю я.

— Восемь? — он оглядывается с хитрой улыбкой.

— Десять, — не подумав, отвечаю я и оставляю кастрюльку. — Хотя бы за то, что я выжила.

— Восемь из десяти, — Влад обнажает зубы в оскале.

— И по каким критериям ты выставил столь несправедливую оценку?

— Ну… — загадочно скрывается в ванной комнате, и возмущенно шагаю за ним.

Белая плитка, золотая витиеватая фурнитура на мебели, лепнина у потолка, огромная душевая и джакузи. Мраморной девице место здесь. Можно на ее руки повесить полотенца.

— Семь баллов за белье…

— Почему только семь?

— Десять за твою узенькую киску, — Влад открывает стеклянную дверцу душевой.

Я смущенно краснею, но мысленно себя одергиваю, потому что Влад говорит отвратительны вещи, которые должны меня возмутить.

— Шесть за чулки, потому что я предпочитаю чулки на подвязках и с пояском, — заходит в душевую. — Это тебе на будущее.

— Девять за крики, — закрывает дверцу и включает воду. — И среднее арифметическое — восемь.

— Почему девять за крики? — встаю перед стеклянной дверцей. — Куда один балл подевался?

— А почему минус сто? — выдавливает из черного тюбика на ладонь гель и намыливает грудь.

— Это же очевидно.

— Нет.

— Мне не понравилось.

— Лжешь, Поли, — тщательно трет подмышки и ладони спускаются к прессу.

— Для меня важен моральный аспект в близости, — повышаю голос, чтобы Влад услышал меня через шум воды, — а морально я совершенно не удовлетворена.

Ладони скользят к паху, и я зачарованно смотрю, как они вспенивают завитки волос, намыливаю яички и небрежно проходят по члену, который под моим взором наливается кровью и разбухает.

— Главное, что я морально и физически удовлетворен, — встает под струйки воды, вскинув лицо.

— На восемь из десяти, — цежу сквозь зубы.

— Мне нравится, что ты амбициозная женщина, Поли, — выходи, приглаживая влажные волосы, и тянется к белому хлопковому халату. — Дай угадаю, ты была отличницей в школе?

— Да. Круглой, — скрещиваю руки на груди.

— У тебя будет возможность заработать от меня десятку, — накидывает на плечи халат и бесстыдно покачивает эрегированным членом с глумливой улыбкой. — Допустим, сейчас. Или ты предпочтешь освежиться? Я даю тебе выбор и возможность морально подготовиться.

— Я освежусь, — под пристальным взглядом Влада я незамедлительно краснею. — И сколько времени ты даешь мне отдохнуть от тебя?

— Сколько мне потребовалось времени? — в вопросительной издевке вскидывает бровь. — Меньше пяти минут.

— Мне этого мало.

— Почему?

— Потому что я хочу поплакать, — пожимаю плечами. — Я имею право на слезы?

— Десять минут, — строго чеканит Влад и покидает ванную комнату.

Поплакать мне не удается. Я злюсь из-за восьмерки, которую мне поставил Влад. Не то чтобы я очень старалась его впечатлить, когда он на меня набросился, но я считаю, что он несправедлив. Я не в себе. У меня включился какой-то защитный механизм, который не позволяет трезво оценить весь ужас происходящего. Я дважды ткнула в мужа вилкой, затем от него сбежала, а теперь негодую из-за оценки его брата. Это же полное безумие.

Кутаюсь в полотенце. Похлопываю по щекам в попытках привести себя в чувство и вызвать истерику со слезами. Именно такая реакция логична в данной ситуации. Либо прыжок из окна спальни, которое я сердито гипнотизирую . Подхожу, одергиваю шторы и не нахожу ручки. Ощупываю раму, пытаюсь ее сдвинуть или поднять, но ничего не выходит.

Разочарованная наматываю круги по спальне. В гостиной меня ждет Влад и его мраморная подружка. Но чего мне бояться? Честь верной жены уже запятнана. массирую виски и выхожу.

Влад развалился на софе с сигарой. Окутан густым дымом, халат сброшен на ковер, а ноги широко расставлены. Эрекция никуда не делась, и надо сказать, что голый возбужденный мужик посреди “дорого-богато” смотрится чудно. Ему бы не на парчовых подушках сидеть, а в какой-нибудь пещере и на шкурах. И не под хрустальной люстрой, а под оранжевыми отсветами костра.

— Полотенце лишнее, — выпускает несколько колечек дыма. — Снимай.

А у меня под ним соски торчат. Да к черту. Любуйся чужой женой, мерзавец. Распахиваю полотенце, и Влад подносит сигару ко рту.

— Прелестно, а теперь, Полина, — затягивается, смакует дым и неторопливо его выдыхает, — кошечкой ко мне.