Красный экспресс голода - Текст ИИ

— Слишком много адреналина, — вынес он вердикт, облизывая губы. — Немного жестковато. Он слишком сильно паниковал в начале. Лера была права, его нужно было успокоить сильнее, прежде чем резать.

— Именно поэтому мы учимся, Максим, — мягко поправила его Светлана. — Эмоциональный фон жертвы — это приправа, которую мы не можем купить в магазине. В следующий раз попробуйте использовать технику «ложной надежды». Это делает мясо более сладким.

— А теперь, дети, время уборки, — Светлана Сергеевна хлопнула в ладоши, возвращая класс в состояние дисциплинированного порядка. — Мы не можем оставить наш мобильный кабинет в таком виде. Помните: чистота — это залог того, что нас не найдут.

Марк всё ещё дышал, хотя его дыхание теперь напоминало свист пробитого пневмоторака. Он смотрел в потолок автобуса, где на белом пластике красовались несколько ярко-красных брызг, похожих на абстрактный рисунок. Для него мир сузился до этого тесного пространства и запаха сливочного масла, смешанного с металлическим ароматом собственной крови. Он был уже не человеком, а израсходованным ресурсом, объектом, который перестал быть интересным с точки зрения педагогики.

— Антон, Андрей, подготовьте пакеты, — распорядилась Светлана. — Дети, разберитесь с инструментами. Коля, протри скальпели спиртом, Дима, собери все салфетки. Лера, проверь, чтобы на сиденьях не осталось ни одного волоска или клочка одежды жертвы.

Дети принялись за работу с пугающим рвением. Они не выглядели уставшими; напротив, после «разминки» они были полны энергии. Смеясь и подталкивая друг друга, они протирали линолеум, вычищая кровь из всех щелей с тщательностью профессиональных клининговых служб. Максим, всё ещё с красным пятном на футболке, с любопытством разглядывал камеру Марка, которая лежала в углу салона.

— Ого, смотрите, какая штука! — Максим с жадностью крутил в руках массивный фотоаппарат, нажимая на кнопки. — Светлана Сергеевна, а можно я оставлю его себе? Как трофей?

Светлана Сергеевна, которая в этот момент проверяла, насколько тщательно Андрей вычистил кровь из-под сидений, медленно повернула голову. Её взгляд был строгим, но в уголках губ заиграла едва заметная, поощрительная улыбка.

— Трофеи — это прекрасно, Максим, но помни о правиле «цифрового следа». Если на этой карте памяти остались снимки, которые могут нас скомпрометировать, или если устройство зарегистрировано в облачном сервисе, оно превращается из подарка в улику. Андрей, забери технику. Проверь карту памяти, удали всё лишнее и, если камера в хорошем состоянии, продай её через подставных лиц. Деньги пойдут в наш общий фонд на закупку новых инструментов.

Максим разочарованно выдохнул, но послушно передал камеру Андрею. Для него эта вещь была лишь красивой игрушкой, в то время как для взрослых она была потенциальной дырой в их безопасности.

— Ну что, развлекались? — Антон, до этого момента хранивший молчание за рулем, открыл заднюю дверь и заглянул в салон. Его взгляд скользнул по окровавленным лицам детей и по тому, что осталось от Марка. Он не выражал ни ужаса, ни даже особого интереса; для него эта бойня была рутиной, сродни замене масла в двигателе. — Пора закругляться. Дорога до свалки через лес сейчас самая пустая, но если задержимся, можем пересечься с местным егерем, а он парень дотошный.

Светлана Сергеевна кивнула, и группа приступила к финальному этапу. Марк, чье сознание теперь напоминало затухающий уголек, ощутил, как его тело снова привели в движение. Он уже не чувствовал боли в привычном смысле — наступила стадия глубокого шока, когда тело отключает все датчики, чтобы не сойти с ума. Он слышал только приглушенный смех детей и ритмичный стук инструментов, которые Андрей собирал в металлический кейс.

— Коля, Дима, помогите Антону с «багажом», — скомандовала Светлана.

Дети с радостным визгом набросились на остатки фотографа. Для них это была не тяжелая работа, а финальная игра в перетягивание каната. С жутким скрежетом и приглушенным стоном Марка его тело, обернутое в плотную черную пленку, вытащили из салона и забросили в задний отсек автобуса. В процессе транспортировки голова Марка на мгновение высунулась из-под полиэтилена, и он увидел, как Максим, весело подпрыгивая, вытирает окровавленную ладонь о свои короткие шорты.

— Сдачу забирайте, господа! — хохотнул Антон, с грохотом захлопывая заднюю дверь автобуса.

Он запрыгнул в водительское кресло и с силой ударил по педали газа. Красный автобус, взревев измученным мотором, сорвался с места, поднимая в воздух облака серой известняковой пыли. В салоне воцарилась атмосфера уютного послеобеденного расслабления. Дети, все еще в «боевом раскрасе», сгрудились в хвосте автобуса, оживленно споря о том, чья техника надреза была более изящной. Кровь на их щеках начала подсыхать, стягивая кожу, но они этого не замечали, увлеченные обсуждением «качества» Марка.

— А мне кажется, что он был слишком жилистым, — заявила Лера, брезгливо разглядывая запекшийся красный мазок на своем запястье. — Наверняка занимался каким-нибудь бегом или йогой. Светлана Сергеевна, а правда, что от спортсменов мясо более плотное?

Светлана Сергеевна, которая в этот момент аккуратно протирала антисептиком свои тонкие пальцы, одарила ученицу одобрительным взглядом. Она присела на край сиденья, создавая вокруг себя ореол спокойного, почти материнского авторитета.

— Совершенно верно, Лерочка. Мышцы атлетов более развиты, в них больше плотных волокон, что делает текстуру более упругой, но иногда и более жесткой, если не использовать правильный способ размягчения, — Светлана Сергеевна произнесла это с той же интонацией, с какой учительница начальных классов объясняет правило правописания. — В этом и заключается прелесть разнообразия нашего «меню». Каждый новый гость — это новый опыт, новый вкус и, что самое важное, новый урок.

6

Автобус мерно покачивался на ухабах лесной дороги. Дети, умиротворенные сытостью и чувством выполненного долга, начали постепенно затихать. Коля, всё еще сжимая в руке протертый скальпель, прислонился головой к стеклу и стал наблюдать за мелькающими мимо соснами. В его взгляде не было детской мечтательности — только холодный расчет. Он уже прикидывал, как в следующий раз сможет сделать разрез чуть глубже, чтобы увидеть, как пульсирует крупная артерия, прежде чем перерезать её.

— А можно нам завтра поехать к тому озеру, где стоят палатки? — подал голос Дима, развалившись на сиденье и закинув ноги в грязных кроссовках на соседнее кресло. — Там всегда полно туристов из города. Они такие мягкие, пахнут солнцезащитным кремом и совершенно не смотрят по сторонам.

— Озеро