Убрать Роммеля - Майкл Эшер

часовых, и где будут расположены их посты. Само планирование успешной атаки не одного, а двух объектов было настоящим кошмаром — чтобы добиться успеха, нужно было атаковать оба одновременно, и опять-таки, ему не хватало бойцов для этого. У него не было снимков Беда Литтории с воздуха, не было плана виллы, не было вообще никакой важной информации. Кроме того, у них есть только одна попытка, возможности повторить атаку не будет.

Что еще хуже, у Кейса не было связистов. После высадки с подводных лодок, коммандос будут полностью лишены возможности связаться с союзными войсками. Отряд нес с собой единственный электрический факел, которым нужно было подавать сигналы подводным лодкам.

Из содержания приказов становилось предельно ясно только одно: оказавшись на берегу в Хашм аль-Каль коммандос смогут полагаться только на собственные силы.

За два дня до того, как Джеффри Кейс получил приказ, Джон Хаселден снова отправился на задание с патрулем ЛРДГ. Патрулем, с позывным Т2, командовал капитан Тони Хантер, которому было приказано высадить Хаселдена неподалеку от Слонты. Хантер был офицером полка Королевских шотландских фузилеров, и перешел в ЛРДГ всего несколько недель назад, это была его первая операция. В составе патруля было 18 бойцов на пяти грузовиках, которые везли запас пищи на двадцать один день, помимо этого в кузове каждого было по тридцать канистр с бензином. Он должен был высадить Хаселдена десятого ноября, затем найти укрытие для машин и оставаться там до ночи, предшествующе началу Операции Крестоносец. После этого он должен был скрытно занять позицию для наблюдения за дорогой Мекили-Бенгази и докладывать в штаб о передвижениях вражеского транспорта. До семнадцатого ноября он должен был соблюдать полное радиомолчание. Наблюдение патруль должен был вести до 29-го ноября, затем ему предстояло отправиться на встречу с Хаселденом в район Слонты. Если к 6.00 утра 1-го декабря Хаселден с подчиненными еще не появится, то им надлежало отправляться в обратный путь без них.

В группе Хаселдена было еще три агента G(R): Боб Мело, Билл Чепмен, новичок Уестол, и еще два араба-Сенусси из третьего батальона Ливийской Арабской Армии — Мохаммад Хауфер и Хуссейн бен Джадаллах. Капитан Мело, бывший бельгийский торговец хлопком из Александрии, во время Первой Мировой войны был асом-истребителем. После войны он увлекся автомобильными путешествиями по пустыне, и неоднократно вместе с женой принимал участие в различных экспедициях. В будущем он проделает в Киренаике колоссальный объем работы, будет неделями жить в пещерах, собирая разведывательную информацию, и передавая ее в штаб, а еще позднее пополнит ряды САС. Чепмен был спокойный, скромный англичанин, до войны преподававший в одной из Каирских школ. Он был женат, у него было трое детей, умный и старательный, без какого-либо напускного лоска — он был совершенно не похож блестящего секретного агента из кинолент, однако, как и Мело, он в дальнешем успешно работал среди племен Сенусси. Второй лейтенант Уестол пришел в G(R) недавно, призывник, еще проходивший обучение, чей арабский язык пока еще был далеко от совершенства. Хаселден и его товарищи были одеты в арабские накидки, под которыми была британская военная форма. Обычно патрули ЛРДГ носили на операциях арабские шемаги, однако на этот раз им было приказано снять их — для всех они должны были выглядеть как солдаты вражеской армии.

Патруль выехал из оазиса Сива в полдень 7-го ноября, обойдя стороной дюны Великого песчанного моря, вздымающиеся вокруг подобно замерзшим волнам, высотой иногда до сотен футов. Они держали курс на Киренаику, лежавшую к северо-западу от песчанного моря, за бескрайними полями известняка. Песок сильно тормозил продвижение. Несмотря на то, что ЛРДГ в совершенстве овладели секретами преодоления дюн, на высокой скорости взбираясь по твердым склонам наветренной стороны и съезжая по более крутым и мягким подветренным склонам, пустыня была полна сюрпризов. Нередко попадались участки мягкого песка, которые становились настоящими ловушками для грузовиков, в этих случаях экипажам браться за лопаты, выкапывать колеса из песка, подкладывать под них стальные полозья, а затем вытягивать или выталкивать машины.

На этот раз, однако, патруль обошел песчанное море стороной и мчался через поля известняка с островками оранжевого песка, мимо потрескавшихся скал и холмов, по плавно понижающимся каменистым долинам. Цвета местности постоянно менялись, от черного к серому, потом к шоколадно-коричневому, желтому и красному. Время от времени на глаз попадались небольшие островки жесткой травы, которую питали редкие дожди. Деревьев практически не было. Иногда они замечали группы газелей, уносившихся прочь на скорости около сорока миль в час. Ноябрь в Сахаре считается прохладным, однако средняя дневная температура равнялась 30 градусам, и солнце палило с безоблачного неба. Машины неслись на высокой скорости, и экипажи не обращали внимание на жару, сняв с себя рубашки и оставшись в одних шортах и сандалиях. Солнце поднималось все выше, вдали появлялись пылевые вихри, а на горизонте колыхалось марево. Иногда они видели следы машин, однако вражеских патрулей не попадалось: войска Оси редко отваживались появляться здесь. Единственное, чего они опасались, это что их заметят с воздуха — укрыться было негде, и для вражеского пилота, заметившего их, они стали бы легкой мишенью. К счастью, такое происходило достаточно редко, машины ЛРДГ были окрашены в причудливую смесь оливкового и розового цветов, что делало их практически невидимыми на фоне окружающей местности. За время путешествия Хантер неоднократно видел вражеские самолеты, как правило немецкие, летевшие с востока на запад, однако, несмотря на то что некоторые пролетали над ними на высоте всего лишь трех тысяч футов, не было никаких признаков того, что их заметили.

Патруль двигался в нужном направлении при помощи солнечного компаса — стального прута, привареного на капот Шевроле, устройства эффективного, однако сложного в установке. Штурман засекал направление при помощи компаса, когда машина стояла неподвижно, потом водитель поворачивал машину так, чтобы тень от прута указывала точно в том же направлении. Затем водитель начинал движение, стараясь удержать тень под тем же углом. Устройство было простым и гениальным решением проблемы использования обычного компаса в машинах, где на его точность влияло большое количество металла вокруг. Изобрели его Бэгнольд с единомышленниками еще до войны, оно широко использовалось ЛРДГ, которые овладели им в совершенстве.

В полдень патруль остановился перекусить — консервированные сардины или сёмга и фруктовый салат, выложенные в котелки. В это время радист связался с Сивой, а штурман при помощи сложных расчетов установил их местонахождение. Далее они двигались без остановки