Выжить в битве за Ржев. Том 7 - Августин Ангелов

— Еще бы, — Смирнов ухмыльнулся. — Вы тогда меня в разведку послали, сказали: «Смотри в оба, Смирнов, если прозеваешь гада — сам пристрелю». Но взяли тех ряженых, не дали им мост взорвать.

Орлов не стал смаковать воспоминания дальше. Вместо этого он перевел разговор на другую тему:

— А Смирнов, значит, теперь с тобой, Николай? — спросил он, кивая на младшего лейтенанта.

— Да, — Ловец коротко кивнул. — Мы вместе прошли сквозь ледяной ад в лесах под Вязьмой. Смирнов — один из лучших моих командиров. Я взял его на должность своего порученца.

— Не удивительно, — сказал Орлов. — Я знал, что из него выйдет толк. Упорный, хладнокровный и вдумчивый. С такими людьми и в разведку идти никогда не страшно.

Смирнов усмехнулся:

— Спасибо. Приятно слышать от бывшего начальника.

И тут Орлов выдал:

— Я должен сказать кое-что важное. — Он перевел взгляд на Смирнова, потом обратно на Ловца. — Сегодня мне звонил не только Угрюмов, а еще и комиссар государственной безопасности 3-го ранга Цанава. Он требовал отчета о тех иностранных образцах снаряжения и оборудования, которые фигурировали в боях за деревню Иваники. Он сказал, что знает о них. И что завтра пришлет своего человека сюда в Можайск, чтобы их изъять.

Нужно было опередить Цанаву, успеть срочно найти и перепрятать все «приблуды» до того момента, как в Можайск приедет Сергеев. Некогда было терять время на пустые разговоры. Ловец решил действовать системно. В его распоряжении имелись только два оперативника: Орлов и Смирнов. Но двое — это лучше, чем ни одного. И попаданец сразу воспользовался этим обстоятельством, поручив им срочно пройтись по некоторым местам, где Угрюмов мог спрятать те самые вещи. А сам Ловец направился к кабинету Угрюмова с намерением отыскать отгадки там внутри.

Орлов и Смирнов согласились, подчинившись без всяких возражений. Они вышли из кабинета, и их шаги затихли в коридоре, смешиваясь с отдаленным стрекотом пишущих машинок на первом этаже. Ловец проводил их взглядом, чувствуя, как в груди разрастается странное напряжение.

Попаданец подошел к двери с ключом, выданным Орловым. Но, прежде, чем войти, он внимательно осмотрел пломбировку. Пластилиновая пломба была на месте — небольшой шарик серого пластилина, придавленный личным штемпелем Угрюмова к косяку на концах лохматого джутового шпагата, привязанного к дверной ручке. Орлов не соврал: в кабинет никто не входил. Ловец аккуратно снял пломбу, открыл кабинет и зашел внутрь, плотно закрыв дверь изнутри на задвижку.

Он остался один в кабинете Угрюмова, и тишина вокруг стала почти осязаемой. Та особенная тишина, которая бывает только в старых казенных помещениях, где кажется, что время остановилось. Еще с прошлого посещения этого места попаданец знал, что электричество в здание штаба подавалось от генератора, установленного в полуподвальном помещении пристройки. Он уверенно шагнул вперед в полумраке и на большом письменном столе включил нехитрым ползунковым выключателем карболитовую настольную лампу в коричневом корпусе. Зажглась желтым светом тусклая лампочка, и во всех углах просторного помещения легли длинные тени.

Сейф стоял в углу, придвинутый вплотную к стене: предвоенного выпуска, с массивной бронзовой ручкой, с механическим кодовым замком с круглым циферблатом, который нужно было поворачивать несколько раз, чтобы подобрать правильное сочетание цифр. И только оно позволит повернуть ключ. На вид — вполне надежное хранилище. Но все же не такое, чтобы надолго задержать профессионала с подходящими инструментами. Однако, Угрюмов явно рассчитывал не на хитрый сейфовый замок, а на то, что никто не рискнет лезть в кабинет начальника Особого отдела Западного фронта.

Ловец достал из сумки планшета записку, которую написал для него Угрюмов в госпитале, и ввел код. Потом услышал щелчок снятия блокировки и повернул ключ. Попаданец потянул тяжелую дверцу на себя, и она поддалась с легким скрипом.

Внутри сейфа было чисто, пахло металлом и затхлой бумагой. На верхней полке находились несколько картонных папок разной толщины. На средней лежал пистолет «ТТ» и две пачки советских бумажных червонцев с портретами Ленина. На нижней, — небольшой черный предмет. Ловец узнал его сразу — это был тот самый футляр, который Угрюмов использовал, как чехол для смартфона.

Он осторожно достал смартфон. Тот самый, который он носил в кармане в Бахмуте, пока не попал в 1942-й. Экран был чуть поцарапан, но в целом устройство выглядело так же, как и в тот день, когда Ловец отдал его Угрюмову. Рядом лежало и зарядное устройство. Он показал Угрюмову, как пользоваться всем этим, когда уходил в рейд по немецким тылам. И Угрюмов пользовался. Он не был дураком и сразу оценил все плюсы смартфона.

Пальцы Ловца чуть дрогнули, когда он взял смартфон. За последнее время он почти забыл, каково это — держать в руках кусочек своего мира, своей эпохи. Он нажал кнопку включения, и через секунду загорелся знакомый логотип. Сердце забилось чаще. Он ввел свой старый пароль, и привычная разноцветная россыпь значков папок и приложений развернулась перед ним.

И тут он увидел, что Угрюмов времени зря не терял. Обнаружился новый файл, созданный в приложении «Заметки». Внутри оказался не просто список инструкций. Это была целая энциклопедия — систематизированная, структурированная, с ссылками на даты, места и людей. Угрюмов, оказывается, освоил смартфон вполне неплохо, раз даже создал нечто большее, чем просто небольшая запись. Это был его настоящий тайный дневник, его оперативный план, его завещание. И, читая, Ловец представлял, насколько было сложно человеку из 1942-го привыкнуть к сенсорному экрану и виртуальной клавиатуре.

Но, Угрюмов смог! Ловец начал читать, и с каждой строкой его лицо становилось все серьезнее, а пальцы сильнее сжимали корпус смартфона:

'Коля, если ты читаешь это — значит, я либо мертв, либо прикован к госпитальной койке и не могу действовать сам. Прости, что не сказал тебе все это при личной встрече. Но я боялся, что нас могут подслушать, а эти записи внутри твоего удивительного устройства — единственное место, где я могу быть полностью откровенным.

Я освоил твой аппарат. Это было трудно. Но я понял принцип. И я научился не только просматривать материалы, но и печатать текст внутри. Пальцы у меня большие, экран маленький, но я справился с набором. Теперь я знаю, что могу оставлять здесь то, что никто не сможет прочитать без знания пароля для входа.

Твои «приблуды», — винтовка, бинокль ночного видения, сканер частот, бронежилет, шлем, разгрузка, тактические ботинки, перчатки и