Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко
— Я⁇
— Ну ты ведь поедешь к ней?
— Да я к ней близко теперь не подойду!
— Почему⁈
— Чтобы она меня прокляла⁈ Чего захотели! Пусть они сами к ней едут! Сами с ней поругались, сами пусть и мирятся!
Резко развернувшись, «прима агентства» очень невежливо поворачивается спиною к очень уважаемому человеку и мощно «рвёт» к двери, демонстрируя порывистостью своих движений крайнюю степень разгневанности.
Слегка обалдевший СуМан, смотря ей вслед, неожиданно вспоминает о предсказаниях ЮнМи сделанных о друзьях АйЮ.
«Странно всё, — решает он, — почему АйЮ стала кандидатом на переговоры? В „Голубом доме“ не могли не знать о двух похоронах, но, всё равно, прислали сотрудника с предложением. Любопытно. ЮнМи ведь не только с ней общалась. Неужели все отказались? А родственники? Впрочем, наверняка Агдан из них верёвки вьёт. Нетрудно об этом догадаться, увидев, как ей позволяют творить всё, что угодно. Мать и сестра для неё не авторитет. Кто ещё может на неё повлиять? ДжонХван? Ну, не знаю… Аджосии в возрасте, да и здоровье у него сильно пошатнулось в последнее время. Не дай бог умрёт, во время „миссии“. Скандал будет огромный, и во всём опять обвинят ЮнМи. Результат получится совсем противоположный нужному. Это тоже не вариант. Бывший жених? Он сейчас служит. А „бывших“ никто не слушает, скорее сделают вопреки, чтобы досадить…»
«Главный мыслитель агентства» заканчивает провожать взглядом «любовь нации» до момента, пока за ней не закрывается дверь.
«У ЧжиЫн не окончательное решение, — думает он, переключаясь мыслями на АйЮ. — Она должна была убежать раньше, едва МинЁк закончил объяснять, с чем он пришёл. Кажется, возможность получить 'Кумгвана» не дала ей сказать «последнее нет». Или она, как женщина, просто хочет, чтобы её уговорили. Избавили от мучений выбора, сняли ответственность… Следует ли ей потакать? Если нет, то вполне возможно, в будущем, она обвинит меня в том, что я этого не сделал. Девочка, с ними не угадаешь. Поэтому, чтобы не чувствовать себя глупо, нужно зарабатывать. Зарабатывать на всём, на чём можно. Пусть МинЁк называет конкретные цифры, а я уж решу, сколько к ним прибавить за уговоры АйЮ…
Вторая ветка сакуры потеряла пятый лепесток…
Лепесток шестой
Время действия: одиннадцатое августа, первая половина дня
Место действия: съёмная квартира семьи Пак. На маленькой кухне, за маленьким столом, сидит несчастная СунОк. Даже «ненасмотренным» глазом видно, что ей плохо и она страдает. Напротив, с другой стороны стола, пристроилась мама, грустно глядя на то, как её дочь пытается есть «антипохмельный супчик».
— Я вчера попыталась позвонить ЮнМи, — говорит мама. — Ты уже спала.
— Зачем?
— Хотела её отругать за отношение к своей старшей сестре.
— И что?
— Не дозвонилась. Она не взяла трубку.
Низко наклонившись к тарелке, СунОк громко втягивает с ложки её содержимое.
— Занята была, — не разгибаясь, сиплым голосом предполагает она. — С Акиро, небось, праздновала…
Мама никак не комментирует её предположение. Молчит. СунОк «всасывает» ещё пару ложек оздоровительного варева.
— Я позвоню мудан, — говорит мама. — Договорюсь о тебе.
— ЗАЧЕМ? — не разгибаясь, всё так же над тарелкой, вопрошает СунОк.
— У тебя сейчас сложный период в жизни. Подведение итогов и планы на будущее перед днём рождения. Советы духов, полученные в такие дни, особенно ценны.
— У меня давно — сплошной «сложный период», — недовольно бурчит в ответ дочь. — С момента, когда она головою о машину треснулась…
— Не только у тебя. Вспомни, как она в Анян сидела.
Не обращая внимание на мамины слова, СунОк выпрямляется, слегка запрокидывая голову назад. На её лице — выражение человека, внезапно понявшего очевидную вещь.
— Он у меня был с самого начала! — восклицает она. — С самого момента, как она родилась, сложный период! Сколько времени я на неё потратила! Сидела, гуляла, кормила, убирала, уроки помогала делать! И зачем? Если бы я занималась только собой, то давно бы уже… Хотя бы парня себе нашла!
СунОк с превосходством и довольством смотрит на маму, как бы говоря: «смотри, какая умная у тебя дочь! Прозрела! Своим умом!» «Родительница», понимая, что в семье действительно наступили раскол и катастрофа, болезненно морщится, словно её в сердце укололи спицей.
— Мама? — встревоженно вопрошает СунОк, насторожившись и мгновенно сбросив с лица маску самодовольства. — Как ты себя чувствуешь?
— Плохо, — признаётся мама.
— Что, голова? Или сердце?
— Хуже! Мои дочери воюют друг с другом.
— Я не воюю. Это она!
— Вы обе стоите друг дружки! Вместо того, чтобы быть вместе, одними глупостями занимаетесь! Одна другой уступить не хочет! Как же я вас воспитала, что вы выросли такими дикими?
— Пусть она мне уступает!
— Ты старше! Ты умнее!
— Я уже была «старше» и «умнее»! Ничего хорошего мне это не принесло! Теперь её очередь!
— Боже, ну что за упрямица⁈ Потому, что ты взрослее, я тебе и говорю!
— Ну и что с того? Она — эгоистка! Невозможно поступать по–правилам, если она на них плюёт!
— ЮнМи повредила голову!
— Вот, сама говоришь — она ненормальная! А я — нормальная! Будь на моей стороне!
— Не смей так говорить о своей сестре!
— Как же мне о ней говорить? Пожалеть денег на учёбу родной онни! Кто может быть таким? Только жадина и эгоистка!
— Всё! — восклицает мама. — Остановились!
— Почему ты заставляешь меня молчать? У меня тоже есть чувства, и я имею право их высказывать! Нельзя копить в себе негатив! От этого заболеть можно!
— Быстрее заболеешь, слушая вашу ругань. Всё, я сказала! Закончили!!
Сделав каменное выражение на лице, СунОк вновь наклоняется к тарелке.
— Значит, так! — решает мама. — Я договорюсь о встрече с мудан… И не возражай! Договорюсь, и мы с тобой к ней сходим. Она узнает у духов, как совладать с твоей проблемой!
— Зря только деньги потратим, — бурчит в ответ дочь. — Помнишь, что она прошлый раз нагадала? «Мужа тебе найдёт младшая сестра. Она поможет»! Ага, щас! ЮнМи вообще