Назад в СССР: Классный руководитель, том 7 - Евгений Алексеев
— Так стекло же испортилось? — не понял я.
— Нееет, — протянул Тимур. — Вмятины есть, но стекло целое.
— И с моим так же будет?
— Конечно. Выстрел даже дырки не оставит. Да ты сам можешь убедиться.
— Нет. На моём не надо так испытывать, — предупредил я.
— Да нет. Никто на твоём автостекле этого делать не будет. Не переживай. Я тебе покажу такое же, но только на стенде. Пошли.
Он провёл меня до самого конца этого помещения, открыл дверь, и мы оказались в длинной комнате, смахивающей на тир. Слева я увидел закрытую на кодовый замок дверь. Парень поколдовал над ней, сдвинул тяжеленую плиту, и я увидел за ней на полках целый арсенал из пистолетов, винтовок и даже нескольких «калашей».
В метрах десяти на раме поблёскивало стекло. А перед ним в тисках был закреплён пистолет Макарова. Тимур снял его и подал мне.
— Хочешь пострелять?
— Не откажусь.
С десяти метров попасть в мишень размером метр на метр — плёвое дело.
— В центр стреляй, а потом по краям, чтобы треугольник образовался, — объяснил Тимур.
Потом подал мне наушники и сам надел такие же и кивнул, мол, давай.
Я прицелился. Нажал спуск. Бах! Ровно в центре образовалась лунка, испортив прозрачность стекла. Бах! Бах! И мои выстрелы образовали равнобедренный треугольник.
— А если из калаша пальнуть? — поинтересовался я с азартом. — Чего будет?
— Дыра будет, но стекло все равно не разобьётся. В этом вся фишка. Подожди, сейчас другое стекло поставлю.
Он вытащил со стеллажа другой кусок стекла, установил в раму. И, вернувшись ко мне, передал мне из арсенала АК-74.
— Ну давай, стрелок.
И сам отошёл чуть в сторону. Я проверил магазин, под завязку. Грохот выстрелов, запах пороха. Стекло покрылось небольшими ямками, но пули даже не пробили его насквозь. Это удивило меня. Даже в постсоветское время я наблюдал испытание подобного стекла. Там пули оставляли здоровенные дыры, от которых расходились трещины. Хотя стекло все равно не разбивалось. А тут ни — одного отверстия.
— Ну, ребята, вы молодцы, сделать такую штуку — это крутизна.
— Ну а то? — С гордой улыбкой ответил Тимур. — Стараемся.
— И куда это стекло идёт?
— Да куда угодно, на КПП, для автомобилей разных больших шишек. После того как на Лёню было покушение, все машины обязали оборудовать подобными стёклами. Аналогов в мире нет.
— А не боитесь тут хранить такой арсенал? — Я кивнул на ряды выставленного оружия.
— Ну ты ж видел, какая у нас тут охрана. Мышь не проскочит.
— Мышь-то может и не проскочит, а вот люди…
В дверь громко застучали. Тимур открыл и, услышав ответ, обернулся ко мне:
— Они всё сделали. Принимай работу.
Я не поверил. Но когда мы вернулись в основной зал, то я увидел свою машину с уже другим задним стеклом. А моё оргстекло, которое я поставил как времянку, стояло прислонённое к стене.
— А как вы успели его сделать? — Удивился я. — Его ж надо вырезать, края обработать, согнуть.
— У, как ты хорошо технологию знаешь. Мы сделали по чертежу. У нас на все тачки есть. Естественно, при тебе мы бы не успели.
— А если бы я не приехал?
— Другим бы поставили. Не переживай. — Он похлопал меня по плечу. — Ну, попробуешь?
Он взял со стола здоровенную кувалду и передал мне.
— Нет. Не хочу. — Я положил обратно эту здоровую балду. — Верю на слово.
— Ну, если ты удовлетворён, пошли рассчитаемся, — подмигнул мне.
Он отвёл меня куда-то в конец помещения, где я увидел конторку со столом, на котором лежала большая канцелярская книга в потрёпанной картонной обложке. В углу — сейф.
— Сколько с меня?
— Как договорились. Штука.
Я не стал возражать, вытащил портмоне, стал отсчитывать купюры. Тимур аккуратно пересчитал и положил в свой бумажник. Потом подошёл к шкафчику, висевшему над сейфом, достал пузатую бутылку с янтарной жидкостью. Выставил два бокала.
— Тимур, я пить не буду, извини. За рулём.
— Да ладно тебе! Никто тебя ночью не остановит! Все гайцы дрыхнут.
— Нет, — я отрицательно покачал головой. — Лучше скажи, где у вас тут комната для раздумий. Хочу отлить перед дорогой.
— А, ну это просто. Вот тут по коридорчику пройдёшь до конца, — он махнул рукой за конторку. — И там дверца заветная.
Он ушёл, а я добрался до сортира, облегчился в маленькой каморке, где находился унитаз и открытая душевая кабинка, отделанная грязно-жёлтой плиткой, с лейкой, закреплённой на смесителе. И решил вернуться. Но стоило мне дойти до конторки, как я услышал странный шум в зале. Громкие вскрики и пару раз грохнул выстрел. И в ноздри начал заползать острый запах пороховых газов.
Я добрался до выхода, осторожно выглянул и мысленно выругался. Там нарисовалась троица явно чужих — двое коротко стриженных парней, один высокий, сутулый и худой, другой пониже и более плотный, с округлыми плечами. Одеты в обычную полевую солдатскую форму с автоматами наперевес. Возглавлял невысокий парень в куртке, спортивных штанах и в кепке, надвинутой на глаза.
Все техники стояли у стены на коленях, заложив руки за голову. А главарь, приложив пистолет к виску Тимура, чего-то требовал у него.
Я присел и почти ползком добрался до здоровенной станины, над которой висели манипуляторы-краны, закреплённые на рельсовых направляющих. И отсюда я не только хорошо увидел, что происходит в зале, но и услышал, как главарь выкрикнул громким тенорком:
— Ты слышал? Код от оружейной! Быстро! Код! Иначе дырку сделаю в твоей башке!
— Какой код? Какая оружейная? — бормотал Тимур. — О чем вы, товарищи? Нет тут ничего.
Промелькнула мысль, откуда этот ублюдок знает, что здесь есть тир, оружейная? И как они вообще смогли с автоматами пробраться в это защищённое помещение? Значит, на КПП их пропустили. Или они сняли того ленивого охранника, который проверял мой пропуск? А может быть, его уже давно подменили? Двое парней в солдатской форме походили на дезертиров, сбежавших из гарнизона, прихватив с собой оружие. Но третий выглядел иначе.
— И пусть ключи от тачки отдаст, — подал голос один из солдат.
— Это само собой, — согласился главарь.
Ну это уже совсем меня не устраивало. Мало того, что эти отморозки собирались ограбить арсенал, так ещё и угнать мою машину.
— Ладно-ладно, — вдруг согласился Тимур. — Я вам все покажу. Пошли.
Один солдат остался держать под