Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко
Нет, это совершенно невозможно — держать такое чудо рядом с собой! Мне лечиться нужно и работать, а не отвлекаться на всякие ненужные дела! Как мне от неё избавиться? Просто прогнать? Тогда она получит нагоняй у себя на службе, а Като только что сказал, что её наградить решили. Оставить? Ни в коем случае!
В этот момент звонит мой сотовый телефон. Достаю, смотрю по номеру — Акиро.
— Прошу прощения, — извиняюсь я перед своими посетителями, одновременно радуясь возможности взять паузу перед принятием решения. — Важный звонок.
— Конечно, госпожа, — вежливо наклоняет голову японец. — Говорите, сколько вам нужно. Мы подождём в коридоре.
Не успев сообразить, нужно ли мне возражать на это, провожаю удивлённым взглядом «шпиёнов», выходящих из комнаты.
— Слушаю вас, Акиро–сан, — отвечаю я на звонок, увидев, как закрылась дверь в переговорную.
— Кто–то есть рядом с тобой? — интересуется тот, видимо среагировав на официальный стиль обращения.
— Сотрудники иммиграционной службы. Но они только что вышли, можно говорить свободно.
— Удивлена? — довольно спрашивает японец.
— Чем?
— Возвращением Харуко–сан. Знаю, между вами возникла дружеская симпатия, и ты не хотела с ней расставаться. Я переговорил кое с кем из её руководства, и в итоге они решили её оставить. Ты довольна?
«Довольна»⁈ Да я бли–ин! Вот, оказывается, кому я обязан возвращением Харуко–сан! И «сплавить» куда–нибудь «шпиёнку» теперь не получится, иначе Акиро обидится. Человек старался, хотел сделать сюрприз. Единственно, забыл спросить: нужен ли мне такой сюрприз?
— ЮнМи? — немного встревоженно спрашивает в трубке собеседник. — Почему ты молчишь?
— Ищу лучшие слова, — отвечаю я, что, в принципе, недалеко от истины.
— Не торопись, — советует японец. — Найдёшь и скажешь их при нашей встрече…
Это что, намёк на то, что ЮнМи ему должна⁈
— … Сейчас мало времени для разговоров. Позвонил сообщить, что я договорился. Ты получишь всё, что хотела. И орден первой степени, и налоговые льготы.
Офигеть… Ну теперь точно ЮнМи ему должна!
— … Принцесса?
Опять я молчу! Чё сказать–то? Что вообще в таких случаях говорят?
— Нужно осмыслить, — признаюсь я в трубку. — У меня опять нет слов, одно ошеломление.
Судя по интонации прилетевшего в ответ хмыканья, Акиро доволен моей реакцией.
— Занимайся своими делами, — щедро предлагает он. — И ни о чём не беспокойся. Я позабочусь обо всём.
«Просто очешуеть, — изумлённо думаю я. — Фига се я попал! Аж страшно становится…»
Вторая ветка сакуры потеряла второй лепесток…
Лепесток третий
Время действия: девятое августа. Примерно полдень.
Место действия: Токио, Япония.
Тишина в комнате для переговоров. Начальник шпиёнки, в очередной раз не добившись от меня чистосердечного признания владения магией и колдовством, только что свалил, оставив меня и Харуко вдвоём. Неловкая пауза. Вот о чём с ней говорить?
— ЮнМи–сан, вы сердитесь на меня? — спрашивает Харуко, первой нарушая молчание.
— С чего ты взяла? — интересуюсь я, с некоторым усилием произнеся слова.
— Вы молчите. И я чувствую ваше недовольство…
Ха! Тоже мне, — эмпатка! Вот чёрт, опять нужно выдумывать, «рулить ситуацию». Созданную, кстати, исключительно по собственной инициативе! Серёга, когда ты научишься держать рот закрытым⁈ Или ты необучаемое животное⁈
— Харуко, ты ошибаешься. Я сейчас чувствую смущение.
— «Смущение»? Почему?
— Я сказала тебе — сайонара. Было легко сказать о своих чувствах, зная, что больше тебя не увижу. Но ты вернулась и мне стыдно за свои слова…
— «Стыдно»? Значит, ваши слова — неправда?
— Они были искренними, — вздыхаю я. — Но они уже в прошлом. После прощания я закрыла дверь в «прекрасное лето», а ключ бросила в «море памяти», чтобы больше его не найти. Но ты вновь говоришь со мной. И я не знаю, как поступить.
— Вы хотите меня прогнать?
— Нет. У тебя будут неприятности.
— ЮнМи–сан, спасибо, что заботитесь обо мне.
— Пытаюсь уменьшить свою вину. Слишком много болтала.
— Вы ни в чём не виноваты. Чувства сильнее людей.
С интересом смотрю на взволнованную девушку. В принципе… В принципе. Отмазка хороша. Любовь, как и война, — всё спишет. Но не хочу использовать даденную подсказку.
— Если человек слаб, то да, сильнее, — говорю я. — Сильный контролирует себя, думает, прежде чем открыть рот, не создавая бессмысленных проблем себе и другим.
Харуко молча отрицательно мотает головой, показывая несогласие. Сделав два шага, оказываюсь к ней вплотную.
— Зачем тебе я? — спрашиваю, глядя ей в глаза. — Ты ведь нормальная девушка, и ты меня не любишь.
— ЮнМи–сан, вы — нормальная девушка! — горячо восклицает шпиёнка. — Совершенно!
— Харуко, я не «нормальная», а талантливая. И мы с тобой об этом знаем. А что насчёт любви?
Собеседница, набравшая уже воздуха для возражения, «сдувается». Секунду посмотрев мне в глаза, она опускает взгляд вниз.
— Спасибо, что не врёшь, — благодарю я и предлагаю: — Давай будем договариваться о нашем дальнейшем сотрудничестве. Харуко— тян, ты мне симпатична, и можешь рассчитывать на моё расположение к тебе. Но никаких «отношений» у нас не будет. ЮнМи родилась творческой личностью, поэтому… Слишком много эмоций, слишком много чувств и переживаний. Порою её «заносит» и она не всегда замечает момент, когда нужно остановиться, чтобы кого–нибудь собою не «сбить»…
(«–тян»- уменьшительный суффикс в японском языке. Указывает на близость и неофициальность отношений, используется в общении с детьми и женщинами. Также может употребляться по отношению к возлюбленным (женщинам) и близким друзьям. Прим. автора.)
— … Возвращаемся к тому, что было раньше. Дружеские, деловые отношения, основанные на взаимном уважении. И только!
— Я действительно, в тот миг тебя любила, — тихо говорю я, смотря девушке в глаза. — Это была не ложь. Но всё прошло. Чувства, они проходят, ты же знаешь. Иногда это случается очень быстро. А я — «ненормальная».
— Харуко–сан, искренне рада вашему возвращению, — говорю я, с улыбкой смотря на растерянно хлопающую глазами японку. — Рядом с вами я чувствую себя в безопасности. Уверена, наше совместное времяпровождение оставит после себя исключительно приятные воспоминания, которые будут радовать нас до глубокой старости.