Охота за короной - Дмитрий Александрович Емец

Сын Зухи Пусик был размером с огромное бревно. Бревно это разевало рот, а многочисленные мамки и няньки загружали в его пасть кучу всякой еды. Причём пару раз случалось, что Пусик глотал и зазевавшуюся няньку тоже, если она не успевала отскочить.

Услышав, что и он должен погибнуть, Рап I схватился за голову.

– Велик! – воскликнул он. – Зачем я согласился отправить тебя к драконам? О, если б ты вернулся, Велик! Я бы так тебя любил!

– Мечтай-мечтай! – зевнула Зуха и опять начала ковырять в зубах.

Сегодня в них застрял уже не поварской колпак, а мольберт и кисточки придворного художника. Зухе не понравилось, что на парадном портрете она вышла слишком толстой. И это при том, что бедняга художник и без того сделал её вдвое тоньше, чем она была на самом деле.

В коридоре началась какая-то суета. Вначале ожила парадная лестница, затем стих стук ножей в кухне, и вдруг разом захлопали двери в комнатах фрейлин. Что-то радостное распространялось по дворцу, оживляя его унылые коридоры. Точно сама жизнь бежала, громко восклицая и пробуждая всех ото сна. Один из придворных музыкантов, втянутый в водоворот этой счастливой и непонятной суеты, уронил трубу, а потом подхватил её и стал хаотично выдувать марши. Вбежали пахицефалозавры Бомс и Бамс.

– Чего вам надо? – спросила Зуха с раздражением.

– Он вернулся! Он уже тут! Победа! – Бамс и Бомс находились в таком возбуждении, что врезались головами во что придётся. Всякая мелкая придворная живность пряталась от них под столы и за шторы.

– Кто он? – не поняла Зуха.

– Наш будущий король! Отважный герой! – завопили пахицефалозавры. – Он привязал к трону королеву Драконлу! Он вернул нам корону!

– Чего? – Зуха привстала и так махнула хвостом, что один из тираннозавров, задремавший на посту, не устоял и покатился по ступенькам.

Он ещё катился, когда в зал влетела Птерь Птеродаустро. Птерь летела поразительно ловко и даже не сталкивалась ни с какими препятствиями. Ну, может быть, потому что этими препятствиями были испуганные мелкие слуги, бросавшиеся от неё в разные стороны.

– Принц Велоцирапто прибыл во дворец! Прошу любить и не жаловаться! – объявила она со всей возможной торжественностью.

Едва она договорила, в зале появился принц Велоцирапто в короне своего дедушки. Корона, недавно тщательно протёртая тряпочкой, сверкала так, как ей не приходилось сиять даже в день, когда придворный ювелир впервые принёс её Церу.

Нет, несмотря на корону, принц Велоцирапто не шествовал величественно, окружённый пажами, как это обычно делают короли, а нёсся через три ступеньки – пожалуй, не менее радостно и бестолково, чем Бамс и Бомс. Он подбежал к королю Рапу и обнял его.

– Привет, ваше папское величество! – воскликнул он.

А король Рап, совершенно счастливый, обнял его и зарыдал.

До сих пор учёным не было точно известно, умели ли рыдать динозавры (хотя известно же, например, про крокодиловы слёзы!), но тот факт, что король Рап зарыдал, подтверждает, что рыдать динозавры всё-таки умели. А ещё король Рап подпрыгнул на месте и впервые в жизни перестал бояться собственную жену. Ему пришло в голову, что если уж Велик победил Драконлу, то, может, и он сам сможет победить какую-нибудь королеву? Ну, например, ту же Зуху? Но когда Зуха выпрямилась во весь рост и чуть-чуть приоткрыла пасть, король Рап сразу приуныл и решил отложить победу над Зухой на завтра.

Пока творилась вся эта суета, с десяток тётушек Птери Птеродаустро – а с тётушками Птери не связывались даже тираннозавры, потому что эти тётушки безостановочно и слишком громко галдели, – вкатили в тронный зал тележку. На ней стоял огромный ящик.

– Невкусные пирожки с невкусным папоротником! Налетай! Покупай! – кричали тётушки, наперёд зная, что ни тираннозавры, ни уж тем более Зуха, как хищники, пирожками с папоротником не заинтересуются.

Ящик был такой огромный, что в нём вполне могли бы поместиться, скажем, принцесса-дракон и её нянюшка – если бы они захотели прокатиться с ветерком. Крышка была приоткрыта ровно настолько, чтобы кто-то внутри мог дышать.

– Мы помогаем только ради того, чтобы от вас отстали! – проворчала одна древняя пратётя, толкая тележку. – Если б не Птерь, мы бы и лапой не пошевелили!

– Да-да, – поддакнула другая. – Тележку толкаем, а кубок пусть кто-нибудь другой крадёт! Мы своё дело сделали!

– Какие ещё пирожки? С ума вы, что ли, сошли? А ну, убрать отсюда этих птерозаврих! – закричала Зуха.

Тираннозавры бросились прогонять тётушек, но тех было ужасно много. Пока часть тётушек летала по залу и мельтешила, отвлекая внимание, другая часть тётушек вместе с Бомсом и Бамсом как бы невзначай оказались в углу тронного зала, где на каменном постаменте помещался кубок из драконьего дерева.

Едва это случилось, как крышка ящика приоткрылась и что-то мелькнуло настолько стремительно, что ни одна живая душа ничего не заметила. Однако кубок из драконьего дерева таинственным образом исчез с постамента. Может быть, когда-нибудь вы наблюдали, как охотится жаба, но едва ли когда-то видели её длинный язык, потому что он мелькает не просто быстро, а вообще мгновенно.

Сразу после этого тётушки Птери исчезли вместе с тележкой, позволив себя выпроводить. На пороге они чуть-чуть приостановились, чтобы принц Велоцирапто успел помахать лапой удаляющемуся ящику.

– До встречи! – крикнул он.

Все решили, что он прощается с тётушками Птери, и только сам Велик видел, как крышка ящика немного приподнялась и весело блеснули глаза Арлы.