Венец ведьм - Антон Чижъ

— Понимаю ваше удивление, Варвара! — сообщил Филин. — Всё просто: место тут пустынное, отдалённое, кругом лес, жилья и дач нет. Раньше было несколько ферм, они давно исчезли. Вилле очень повезло. Счастливое исключение. Так бывает раз на миллион. Мы сделали бережный ремонт, фактически убрали пыль и паутину. И поменяли название. Теперь наш отель называется Satu. Оригинально, правда?

— Не понимаю по-фински, — ответила Варвара.

— «Сказка»! — Филин светился гордостью. — Позвольте продолжить. На первом этаже расположены номера и на втором тоже. Мы туда поднимемся. А вот там чудесный сад. — Он указал на скопление нестриженых кустов и деревьев кривого, диковатого вида. Чудесным в саду был каменный столб со следами копоти, возвышавшийся над зеленью.

— Это менгир? — спросила она, глядя на каменную верхушку.

— Вы правы, мадемуазель, Варвара! Памятник, так сказать, эпохи неолита или ещё древнее. Всегда тут стоял.

Позади хлопнула дверь. Варвара оглянулась. Произошёл второй случай окаменения живого человека. В этот раз неприятность случилась с женщиной.

Простую мудрость деда Варвара помнила: внешний вид и одежда женщины говорят о ней больше, чем она хочет скрыть. Эта женщина пряталась в чёрном: кожаная жилетка облегала грудь, такого же материала лосины подчёркивали стройность ног в лакированных сапожках до колен, голые руки стягивали браслеты чернёного металла. На идеально накрашенном лице выделись чёрные губы и молнии бровей. Упругий хлыст чёрной косы до колен был схвачен кожаными кольцами.

Моментальный портрет добавил: она привыкла к тому, что ей подчинялись, может быть груба, надменна, за словом в карман не полезет, занимается спортом. За кожаным занавесом пряталось то, что иногда хочет скрыть женщина. Например, что ей за тридцать и она одинока. Чёрные глаза жгли угольками. Варвара не позволила взять над собой верх, не отвернулась. Филин наслаждался происходящим. Вовремя понял, что дуэль взглядов затянулась.

— Варвара, позвольте представить нашу замечательную гостью — Майю Кристалл! — тут же воскликнул он, словно конферансье.

Майя моргнула первой, глянула на него брезгливо, окинула Варвару с ног до головы.

— Вау, — выдала она, повернулась и ушла через стеклянную дверь.

— Майя чудесная, вы подружитесь, я уверен! — Филин старательно гасил неловкость. — Что мы стоим? Пройдёмте дальше!

На второй этаж Варвара поднялась, придерживая юбку, что оказалось легко и удобно. Филин привёл на кухню, сверкавшую полированным металлом. В окружении плит стоял деревянный чурбан для разделки мяса. На нём лежала курица. Не по своей воле. Её подруги ждали свою судьбу в клетке.

— А это наш великолепный повар Жан! — доложил Филин. — Привет, Жан, это Варвара.

Повар напоминал минотавра с головой человека, совершенно лысой. Закатанные рукава белого кителя открывали канаты мускулов в татуировках. Он задержал на Варваре взгляд, взял топорик, казавшийся в его лапе игрушкой, и лёгким движением отрубил курице голову. Тело затрепыхалось, пытаясь вернуть голову на место. Брызнула кровь.

Филин закрыл собой смерть птички:

— Не будем мешать Жану. Милейший человек, мы зовём его Синяя Борода. Остроумно, да?

Своё мнение Варвара оставила при себе.

Из кухни Филин вывел её на открытую терассу, уставленную лёгкими столами и стульями.

— Какой вид! — восхитился он, вдохнув морской воздух.

Вид действительно был: бескрайнее море и небо над ним. По бокам сосны.

— Здесь у нас проходят завтраки с восьми до десяти. Начиная с часу дня — шведский стол без ограничений. А сегодня вечером… впрочем, я не имею права раскрывать секрет, скоро узнаете, мадемуазель Варвара. Позвольте познакомить с нашей очаровательной гостьей.

Он направился в дальний конец террасы, к столику, за которым сидела женщина с чайной чашкой. Варвара отметила прямую спину и светлые, завитые волосы, аккуратно уложенные. Нагнувшись, Филин что-то быстро прошептал женщине на ухо. Варвара остановилась напротив.

Женщина выглядела великолепно: вероятно, ей было за пятьдесят, но на вид можно было дать лет на пятнадцать меньше. Ни единой морщинки. Даже макияж молодил. Кремовый пиджак с юбкой только казались скромными. Обоняние ласкал тонкий, изысканный аромат особенных, редчайших духов. Из украшений на глаза попалась нитка жемчуга на шее. Варвара поверила, что жемчуг настоящий, старинный.

— Позвольте представить — Галина Евгеньевна Катова! — провозгласил Филин.

Дама, по-иному не сказать, окинула взглядом Варвару так, будто проверяла, всё ли на месте. Взгляд её казался сильным и бодрым. Немного тяжёлым.

— Вас правда зовут Варвара? — спросила она дружелюбно и чуть ласково.

— Могу показать паспорт.

Катова легонько коснулась юбки, будто хотела разгладить складку:

— Сами подобрали платье?

— Меня отговаривали, я не послушалась.

— Кто же вам возражал?

— Нина с Маженой. Сказали, что платье не подходит ведьме Тентис.

— Правильно сделали, Варвара. Всегда поступайте, как считаете нужным. А ведьм не слушайте. Они же ведьмы.

— Дамы, не смею мешать! — Филин поклонился и исчез, лавируя между столиками.

Глянув ему вслед, Катова вздохнула:

— Приглашаю вас на полдник с чаем и тортиками. Полдничать предпочитаю в пять, перед закатом. Вы любите тортики, Варвара?

— Трудно не любить тортики. Тоже играете в фэнтези?

Катов улыбнулась краешком губ:

— Как много вопросов, Варвара. Встретимся здесь. Нам есть о чём поболтать. Не опоздайте на открытие. Платье вам очень идёт. Как будто всегда было ваше…

Опустив глаза и поднеся чашку к губам, она дала понять, что разговор окончен. Мгновенный портрет нашептал нечто странное. Варвара подумала: нет, не может быть. Показалось.

* * *

Солнечные блики прыгали по волнам. Ветер вёл себя вежливо. Песок шуршал подолом юбки. Мир был похож на счастье. Варваре захотелось пройтись в платье по берегу. Сняв балетки, она двинулась медленным шагом, чувствуя, как ступни мягко погружаются в тёплый упругий песок. Мелкие волны тянулись к ней, не доставали, откатываясь. В двух шагах от отеля пляж был не слишком ухожен. Если не сказать «запущен»: засохшие водоросли, ветки, камешки, мусор — всё, что выбросило море, лежало нетронутым. Варваре пришлось переступать, чтобы не пораниться.

Сочные кусты подступили близко, оставив песку узкую полосу. Сразу за ними стояли корабельные сосны, прямые и высокие, которые раньше шли на мачты парусников. Отель отдалился, став игрушечным замком,