В плену у нарцисса - Елизавета Анатольевна Павлова
– Ну, это мы еще посмотрим! Я так-то тоже не лыком шит, – тихо, со странной усмешкой, как будто сам себе промолвил Горденко.
Девушка спешилась и, придерживая за узды лошадь, приблизилась к ним.
– Привет, Михалыч, – сказала она приятным, мягким голосом.
– Привет, милая! Ты сегодня, как и всегда, просто умничка, держалась в седле великолепно, – Михалыч расплылся в улыбке, забрал у нее лошадь и повел в загон.
– Альбина, – грациозно снимая перчатку и протягивая руку для рукопожатия, представилась она затаившему дыхание Горденко.
– Илья, – едва вымолвил он, настолько сильно был поражен даже не столько ее красотой, сколько исходящей от Альбины мощной энергетикой, которая накрыла его с головой и не оставила никаких шансов не влюбиться. Горденко подхватил ее руку, ловко повернул и прижал к губам, вместо рукопожатия, ни на минуту не забывая о том, как он хорош в этот момент и какое, должно быть, приятное впечатление на нее производит.
Альбина рассмеялась:
– А вы джентльмен.
– Какие могут быть «вы». Только «ты» и вкусный ужин в уютном ресторане, прямо сейчас. Что скажешь?
– Дерзких я люблю, – улыбнулась Альбина, – поэтому, так и быть, составлю тебе компанию.
Через час они уже сидели в видовом ресторане с приглушенным светом. Их разговор был обо всем и ни о чем. Горденко чувствовал себя окрыленным. Он всегда влюблялся быстро. Но так же быстро все, чем он изначально восхищался, либо надоедало ему, либо становилось колючей занозой в его мозгах, причиной черной зависти, ярости, бессонных ночей и мучительно навязчивых идей о том, как сбросить объект своего недавнего обожания с пьедестала на съедение своему ментальном стервятнику, чтобы тот наконец насытился и перестал пожирать его изнутри. Горденко всякий раз надеялся, что в каждой новой истории все будет как-то иначе. Будет светло, красиво и легко, как в кино. Но внутренний хищник никогда не дремал и не собирался умерять свои аппетиты. После отношений с Горденко женщины не только собирали осколки своих разбитых сердец, но и долго разгребали дымящиеся руины своей самооценки.
Пожалуй, единственной женщиной, уцелевшей в отношениях с Горденко, была его бывшая жена, о которой он очень не любил вспоминать. Она была старше его на 8 лет. Взрослая, самодостаточная, эмоционально устойчивая и материально обеспеченная женщина, не особенно красивая, но и не гонящаяся за внешней красотой. Ее в себе все вполне устраивало, и в своей жизни тоже. Она точно знала, чего хочет, и ей не интересны были американские горки и тяжелые потрясения. Поэтому после пары фирменных выходок Горденко с атакой на ее самооценку, она, аккуратно собрав его нехитрый чемоданчик, без истерик и скандалов спокойно выставила его вещи за дверь.
Оставшийся без крыши над головой, он хотел было вернуться к своей любовнице Вике, с которой бесцеремонно порвал отношения, боясь разоблачения женой, но и тут его ждал провал. Женщина лежала в стационаре психиатрической клиники с тяжелой депрессией, и имя Горденко вызвало у нее приступ панической атаки, так что здесь для него тоже все оказалось без вариантов. Пришлось подыскивать себе квартиру, пока съемную, так как дела в бизнесе в тот период еще шли не очень хорошо.
Горденко предпочитал не вспоминать о том времени, будто бы его и не было. Ведь тогда его драгоценное эго находилось между молотом и наковальней. Он выглядел жалким не только в собственных глазах, но и в глазах своих женщин, а для него это было подобно смерти.
Правда, судьба оказалась к нему благосклонной и в скором времени преподнесла подарок в виде крупного заказчика, который доверил фирме Горденко строительство сразу нескольких загородных домов в элитном поселке за Зеленогорском. На волне этого проекта Горденко выплыл из кризиса, купил квартиру, поменял машину на более престижную и снова поверил в себя.
Тогда же он записался в конный клуб, так как где-то прочитал о том, что этот вид спорта благородный, способствует установлению полезных связей и отлично снимает стресс. Правда, занятия по конной езде он посещал редко, предпочитая расслабляться в дорогих клубах с партнерами по бизнесу или мимолетными подругами без имен и лиц.
Первые несколько недель с Альбиной были полны легкости и слепого счастья. Они много времени проводили вместе. Гуляли по городу, уезжали к заливу на длительные конные прогулки, обошли все любимые рестораны Питера. У Горденко было достаточно денег, чтобы удивлять Альбину. Ему нравилось видеть ее счастливые и восторженные глаза. Ему льстило, что дочь одного из крупнейших в городе бизнесменов влюбилась в него по уши. Он был невероятно горд, что девушка, которая многим казалась недосягаемой, с ним выглядела послушной, слабой и хрупкой. Ему хотелось верить, что он единственный, кто может сделать ее счастливой.
Он изучил все ее слабости и болевые точки. В свои 28 лет эта девочка очень хотела любви. У нее были сложные отношения с матерью, которая была с ней максимально отчужденной и никогда не уделяла ей должного внимания, занимаясь исключительно своей личной жизнью и лечением эмоциональных расстройств. Отцу Альбина так и не смогла до конца простить, что он ушел в другую семью, оставив ее с холодной и скупой на любовь матерью, она не могла смириться с существованием его новой жены, которая была всего лишь на 4 года ее старше. Она не принимала и не воспринимала своего сводного 3-летнего братика Ваню и ненавидела, когда отец о нем рассказывал. Лучшая подруга Альбины Света вышла замуж за немца и уехала в Бремен. Остальные были лишь знакомыми для пустой болтовни под барные девчачьи коктейли. Одиночество Альбины было тотальным, а потребность в любви и душевной близости переросла в болезненное стремление постоянно требовать внимания, которое отпугивало молодых ненагулявшихся парней, поэтому до Горденко и отношения у нее не особо складывались.
– Я мало перед кем так открывалась и мало кому так доверяла, как тебе. Это меня пугает, – призналась Альбина, когда они лежали, обнявшись, в спальне у него дома.
Горденко было лестно это слышать. Это означало, что он лучший из ее мужчин. Он крепко обнял Альбину и покровительственно поцеловал в макушку, словно маленькую девочку.
– Не бойся, милая, ты еще увидишь, как я умею любить, – многообещающе заверил он.
Она вздохнула
Ознакомительная версия. Доступно 7 из 34 стр.