Парфия и Рим. Четыреста лет побед и поражений - Леонид Анатольевич Наумов
«Так как к Антиоху перешли все народы, у парфян не осталось ничего, кроме их отечественных земель… в то же время, не будучи в состоянии превзойти Антиоха силами, он (Фраат II, брат Родогуны.– Примеч. Л.Н.) повсюду делал попытки одолеть его путем коварства[164]. Антиох разместил свое войско вследствие его многочисленности на зимовку по разным городам. Это обстоятельство и стало причиной его гибели. Когда города увидели, что их отягощают поставками на войско, и испытали на себе насилия со стороны солдат, они перешли на сторону парфян. В заранее условленный день они коварным образом напали на расквартированные отряды, и притом напали одновременно, чтобы эти отряды не могли прийти друг к другу на помощь. Когда об этом донесли Антиоху, он выступил с тем отрядом, который зимовал в одном месте с ним, чтобы подать помощь гарнизонам, расквартированным наиболее близко. В пути он столкнулся с парфянским царем; сам Антиох сражался храбрее, чем его войско, но, хотя он и превзошел врагов храбростью, он был покинут своим трусливым войском и пал»[165].
Но слава победы Фраата II в борьбе с Антиохом VII меркнет по сравнению с успехом Орода в борьбе с римским полководцем Крассом в 54–53 гг. до н.э.
Первая римско-парфянская война. Ород и Красс
Во вступлении уже упоминался поход Красса, сейчас пришло время разобрать этот эпизод подробно. Детальный рассказ об этой войне сохранился у Плутарха, который, вероятнее всего, опирается на информацию римского полководца Кассия[166]. В войне было два театра военных действий: Месопотамия и Армения. Римляне собрали для похода на восток большую армию: семь легионов, четыре тысячи всадников и четыре тысячи легковооруженных[167]. После некоторой дискуссии главное наступление планировалось в Месопотамии, армянский царь Артавазд (союзник Рима) не смог убедить Красса нанести главный удар из Армении, поэтому свою страну он защищал сам[168].
Ород, разделив с самого начала свои силы на две части, сам наступал в Армении, а полководцу Сурене поручил борьбу против римлян – «и поступил он так отнюдь не из высокомерия, как говорят иные»[169]. Дело в том, что Сурена принадлежал к одному из самых знатных парфянских родов, он управлял правинцией Сакастан, и ему принадлежала почетная привилегия короновать парфянских царей. Считается, что он был потомком скифов – саков, которые поселились в восточных районах Парфии и признали власть Аршакидов.
Сурена руководил конным корпусом («тысяча конных латников и еще большее число легковооруженных сопровождали его особу; всех же всадников, клиентов и рабов было у него не менее десяти тысяч»)[170].
Итак, 43 тысячи против 10 тысяч – и в итоге полный разгром римлян. Конечно, успех парфян надо чем-то объяснить. Уже древние историки перечислили все возможные причины.
Версия первая: римская армия была плохо подготовлена к войне. Красс в Сирии занимался не «проверкою своих вооруженных сил… и не упражнением солдат в военных состязаниях»[171]. Римляне, по мнению Плутарха, не были готовы ни к столкновению с конными лучниками, ни к противостоянию катафрактариям: «Раньше они были уверены, что парфяне ничем не отличаются ни от армян, ни от каппадокийцев, которых Лукулл бил и грабил сколько хотел, считали, что самое трудное в этой войне – предстоящий долгий путь и преследование беглецов, ускользающих из рук, а теперь, вопреки надеждам, предвидели борьбу и большие опасности»[172].
Карта похода римской армии в Парфию и бой под Каррами в 53 году до н.э.
Но на самом деле римляне представляли себе сильные и слабые стороны тяжелой конницы[173]. Парфянские лучники действительно были для них неожиданностью, но и выиграть конным стрелкам сражение с легионерами трудно, а как покажет опыт похода Антония – невозможно. Поэтому Дельбрюк совершенно прав: «Конные стрелки из лука не могли особенно сильно противостоять сомкнутой и хорошо вооруженной для стрельбы пехоте. Жуткие описания наших источников об ужасных нападениях парфян, имевших в резерве целые караваны стрел, не должны нас вводить в заблуждение относительно того, что эти конные лучники не те, которых мы встречали в древней истории Греко-персидских войн»[174]. Иными словами, если фаланги Александра Македонского справились с этой угрозой, то что мешало легионерам?
Версия вторая: ошибочная стратегия ведения войны, которая проявилась в четырех ошибках.
Первая ошибка Красса – в начале войны, «вместо того чтобы идти вперед и занять Вавилон и Селевкию, города, неизменно враждебные парфянам, дал врагам время подготовиться». Однако современные историки находят этому довольно простое объяснение: еще не прибыла галльская конница[175], а без нее отправляться в поход было опасно.
Вторая ошибка – Красс дважды отказался от предложения армянского царя Артабаза нанести удар через его страну. «Царь убеждал Красса вторгнуться в Парфию через Армению, так как там он не только будет иметь в изобилии все необходимое для войска – об этом позаботится сам царь, но и совершит путь в безопасности, будучи защищен он врага горами, непрерывной чередой холмов, словом, местностью, неудобопроходимой для конницы – единственной силы парфян»[176]. Правда, Красс отказался по вполне ясной причине – он оставил римские гарнизоны в Месопотамии и не хотел их бросить[177]. Кроме того, он действительно рассчитывал на поддержку греков Селевкии. Скорее всего, полководец ошибся с выбором театра военных действий – в дальнейшем римлянам удавалось победить, лишь контролируя Армению. Но это не может быть причиной той катастрофы, которая произошла: легионы совсем не далеко продвинулись от Евфрата, сохранялась возможность маневра и отступления.
Драхма Орода II
Третья ошибка – Красс отказался следовать совету Кассия двигаться на Селевкию вдоль Евфрата (а спустя 170 лет Траян добьется успеха именно так). В этом случае суда, идя рядом с войском, смогли бы доставлять продовольствие, и «река защитит войско от обходов с фланга, и оно будет в постоянной готовности встретить противника лицом к лицу и вступить в