Карл Великий - Альфонс Вето
Если, строго говоря, нет убедительных причин оспаривать франкское происхождение святого Арнульфа, то, с другой стороны, оно достаточно подтверждается обстоятельствами, сопровождавшими его вступление в общественную жизнь. Он родился около 582 года в самом сердце Австразийского королевства, где романские семьи были редки и мало влиятельны. Место его рождения, называемое хронистами Лайум, вероятно, находилось недалеко к северу от Нанси.
Едва выйдя из подросткового возраста, он был принят в дворцовые службы при дворе Меца. Это была самая почетная карьера для молодого франка: уважение других левдов, как и королевская милость, прежде всего доставалось тем антрустионам, которые, оставив управление своими владениями, занимали при особе принца должности высшей дворцовой службы. Он обучался своим новым обязанностям под руководством одного из первых сановников дворца, по имени Гондульф, которому через пять или шесть лет предстояло быть возведенным на епископскую кафедру Тонгерена и которого некоторые историки, хотя и без убедительных доказательств, считали дядей своего молодого ученика. Тот отличился своей храбростью и быстро достиг высокого положения среди доместиков короля Теодеберта. До тридцати лет он прошел различные ступени иерархии; он был в числе оптиматов королевства и, облеченный герцогской властью, его юрисдикция распространялась на шесть графств.
Но уже человеческие почести не имели для него привлекательности. Течение идей, едва заметное в суровой среде, где он жил, овладело его душой: он стремился к покою и монастырским размышлениям. Идеал христианского совершенства, открытый завоевателям Галлии святым Колумбаном, начал тогда распространяться в этих краях и находить последователей. Увлеченный духовными упражнениями, Арнульф нашел доверенное лицо и наставника в лице одного из своих товарищей по королевской дружине, Ромарика, будущего основателя аббатства Ремирмон. Они мечтали вместе удалиться в Лерин, самый знаменитый монастырский центр древней Галлии. Но Ромарику одному удалось осуществить этот план и оставить государственные должности, чтобы принять, не в Лерине, а в Люксее, строгую дисциплину регулярного духовенства. Арнульф, удерживаемый прямым приказом Теодеберта, тем не менее, в ожидании возможности смягчить своего господина, вел жизнь, близкую к монашеской, тем более свободно, что его молодая и знатная супруга, Дода, родившая ему двух сыновей, приняла постриг в Трире. Наконец представился случай использовать его преданность Церкви, не нанося ущерба государственному управлению, где он занимал важное место. Когда освободилась епископская кафедра Меца, он был избран на нее.
Ни обстоятельства, ни точная дата этого события неизвестны. Некоторые современные авторы утверждают, что возведение Арнульфа в епископы произошло после политической революции 613 года, что оно даже стало наградой за его содействие успеху Хлотаря II и, как они говорят, его долей в военной добыче. Но эта гипотеза, необоснованно неблагоприятная для его характера, противоречит хронологическим данным, вытекающим из древнейших документов. Болландисты, напротив, приводят веские доводы, что он должен был быть посвящен между 610 и 612 годами. Новый епископ, таким образом, действительно, несколько опередил канонический возраст тридцати лет, установленный соборами VI века; но примеры подобных исключений не редки, и, чтобы назвать лишь несколько самых известных, разве Григорий Турский не занял свою кафедру в двадцать девять лет, а святой Ремигий – в двадцать два?
Поэтому именно в качестве прелата Арнульф принял участие в заговоре с целью свержения Брунехильды. Нравы того времени не запрещали ему делать это. Более того, как мы уже видели, церковь была достаточно заинтересована в том, чтобы сбросить иго королевы, чтобы оправдать такое вмешательство с политической точки зрения.
В этом начинании, в котором обе аристократии – церковная и светская – одержали победу, именно Пипин возглавил и представлял, в частности, воинскую власть.
Домены, находившиеся под покровительством Пипина, были почти эквивалентны королевству. Они простирались между Мёзом и Рейном, от леса Шарбоньер, продолжения Арденнского леса, до фризской границы, на северной оконечности Галлии, которая соответствует современным государствам Бельгия и Голландия, и которая была местом первого поселения салийских племен. До отца Пипина Карла (Карломана), чье имя сохранилось в истории, об этом роде не упоминается. Но мы знаем, что он уже пользовался княжеской властью, несомненно, заслуженной его неустрашимостью в защите франкского берега Рейна от постоянных нападений варваров, саксов, тюрингов и других. Его обычная резиденция находилась недалеко от Льежа, в пагубе Хасбаниенсис, которую франки на своем языке называли Хасингоу или Хеспенгау. Эта страна, ограниченная реками Бернер, Мёз и Меан, и сегодня известна как Хесбай, хотя и в более ограниченных границах. Здесь находилась знаменитая вилла Ланден, место погребения первого Пипина, чье имя так и осталось за ним.
В седьмом веке этот род героев приобрел новую славу. Не довольствуясь защитой мечом земель, которые она населяла, она взяла на себя гораздо более трудную задачу – воплотить в жизнь христианскую цивилизацию. Пепин Ланденский, муж святой (святой Итты) и сам причисленный церковью к лику блаженных, дал сигнал к большому движению религиозной пропаганды в Гесбае, которое должно было привести не что иное, как к социальному преобразованию региона. Именно он основал первый в стране монастырь Калфберг в Мельдерте, недалеко от Хассельта. Его пример нашел горячих подражателей, особенно в его семье, которая в течение трех поколений обеспечила агиологию длинным рядом канонизированных фигур, включая не менее двадцати восьми основателей или благотворителей аббатств.
Религиозное и нравственное воспитание были не единственными благами, которые эти монашеские общины приносили франкскому населению. Сама их мораль была полезной и красноречивой проповедью. Строго регламентированный образ жизни, подчинение единой для всех дисциплине, латынь в качестве официального языка, применение к сельскохозяйственным работам и механическим искусствам духа метода и отточенных процессов самых цивилизованных обществ – так много центров римского влияния они сформировали. Защищать их и поощрять их расширение означало способствовать слиянию элементов будущей французской нации. Пепин де Ланден был первым, кто добился этого прогресса в бассейне реки Мёз.
Именно он в союзе со святым Арнульфом возглавил австразийскую аристократию в период кризиса, последовавшего за смертью Теодеберта.
Современные хроники, почти лишенные подробностей о финальной стадии конфликта Брунехильды с великой партией, рассказывают нам лишь о трагическом исходе. Спустя всего год
Ознакомительная версия. Доступно 21 из 104 стр.