Mr. Sex - Эве Лин

что юбка задирается до самой талии. Колготки я еще не ношу, так что между нами только одна преграда — это мои трусики. Но он не снимает и не рвет их, а просто отодвигает полоску и рывком входит в меня, заполняя сразу всю. Да, я скучала по нашему дикому сексу, по нему, по моему Ка. Мы одновременно стонем друг другу в губы. Все происходит очень быстро, жестко и без ласк. Но они нам не нужны. Мы изголодались и хотим получить все сразу. Он ускоряется еще больше, глубже, жёстче. Мы оба задыхаемся, но останавливаться никто не намерен. Я царапаю его мускулистые плечи и спину через футболку. Я стараюсь быть не слишком громкой, но из моих уст так и вылетают тихие всхлипы и стоны. Мы уже близко, по моим бедрам идет крупная дрожь, тело горит, а легким не хватает кислорода. И тут меня разрывает, в глазах темнеет, и все, что я могу, — это хрипеть и держаться за его плечи, чтобы не упасть. Он опять накрывает мои губы своими, глотая мой крик. Еще несколько мощных толчков, и он следует за мной, рыча в мои губы, преодолевая сопротивление моих мышц. Мы оба ловим от этого настоящий кайф. Мы и правда изголодались друг по другу.

Дышим, пытаемся прийти в себя. Я так и держусь за его плечи, чтобы не упасть, но потом отстраняюсь, чтобы наконец-то привести себя в порядок. И собрать вещи с пола. Он начинает помогать мне в этом. Мы все так же молчим. Но Ка первый нарушает тишину:

— Я правда хочу объясниться, Ви, и показать тебе, кто я на самом деле, я не врал тебе.

— Даже если это так, я — учительница твоего сына. Это неправильно. И меня могут уволить, а мне нужна эта работа.

— Кто тебе сказал, что это неправильно? И с какой стати тебя уволят?! — хмурится он.

— Неважно, найдут за что. Даже твой сын этого не поймет. И я тоже не смогу принять, что ты работаешь в подобном клубе и встречаешься с разными женщинами.

— Мой сын не глуп и хорошо о тебе отзывается. А насчёт женщин… Я не сплю с другими, если у меня серьезные отношения с…

Мужчина не закончил, так как я перебила его:

— Но это твоя работа.

— Нет, и поэтому я и хочу, чтобы ты поехала со мной в клуб. Сейчас, — твердо сказал он.

Я только покачала головой. Что я могу услышать в клубе, если он там работает?

— Нет, я не поеду с тобой, — жестко ответила я. И опять перешла на деловой тон: — И да, прошу тебя выйти из моего кабинета. Мне нужно прибрать все и закрыть класс. Мой рабочий день уже закончился.

Он немного помолчал, смотря на меня. А потом встал.

— Хорошо, значит, не поедешь. Ладно, Виктория Романовна, я ухожу. Вашу информацию принял и понял. Не прощаюсь.

И он правда оставил меня одну. После того, как он ушел, я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью и… расплакалась. Сначала одна слезинка, потом две… Не понимаю, почему мне так сильно нравится он. Ведь мы почти не знакомы. Но, едва встретившись вновь, я отдалась ему. И получила от этого удовольствие! Почему я попала в это замкнутый круг, из которого невозможно выбраться?

Успокоилась я где-то через час. Посмотрев на дисплей телефона, я увидела, что уже почти шесть вечера. Быстренько собрала свои вещи, закрыла кабинет и сдала ключи охраннику, попрощавшись с ним.

Выйдя из стен школы, я направилась домой, поникшая и опустошённая. Поэтому не заметила, как справа появилась тень. Я даже не успела пикнуть и что-либо сделать, как меня схватили за талию, и вот я уже на плече Кирилла. Лицезрю его спину. Вот именно так воруют людей средь бела дня, и даже пикнуть не успеешь.

— Что ты делаешь?! — начала брыкаться я, не веря, что он так быстро все это провернул. — Ты знаешь, что это смахивает на похищение?!

— Я это знаю, да, это похищение, — как ни в чем не бывало сказал он. — Но ты сама не захотела идти со мной цивилизованно. Поэтому буду вести себя как пещерный человек. Можешь даже потом меня наказать, строгая учительница Ви. Да… давно мы не развлекались так…

От воспоминаний того, что мы и правда так развлекались, я покраснела. Этот неандерталец вообще потерял всякий здравый смысл. А я-то думала, что он просто решил уйти, а он, оказывается, поджидал меня.

— Ты ненормальный! — стукнула я его по спине, но ему все было нипочем. Этой груде мышц мои удары как поглаживание.

— Может быть, но это только с тобой.

И тут я почувствовала, как мою пятую точку нежно поглаживают.

— О да, я скучал по этим мягким половинкам. Которые требуют наказания.

— Ай, — вскрикнула я оттого, что он ущипнул одну. — Больно!

— За обзывание тебе, — и опять принялся гладить мою попу.

Мы подошли к его черному внедорожнику, под стать своему хозяину, такому же огромному и устрашающему. Открыв переднюю дверь, он усадил меня на сидение и сразу же заблокировал замок. Потом обошел машину и сел за руль.

— Выпусти меня! — приказываю я, дергая ручку двери в надежде, что она откроется.

— Он нет, Ви, только после клуба, — ответил он, заводя мотор.

До клуба мы ехали в полном молчании. Этот неандерталец даже не включил радио в машине. Хотя, наверно, оно было ему не нужно, он был в прекрасном расположении духа, напевая что-то себе под нос и барабаня в такт пальцами по рулю. Что за невозможный человек! Я только скрестила руки на груди и всю дорогу смотрела в окно, лишь изредка поглядывая на него, когда чувствовала, что он наконец-то оторвал от меня свой прожигающий взгляд. Приехали мы минут через сорок, пришлось постоять в пробках, особенно в центре города, так как был как раз час пик, а на одной полосе вообще образовалась авария. Кирилл заехал на специальную стоянку, только для клиентов, ну и, соответственно, для сотрудников тоже. Для него, оказывается, и подписанное место было. Он припарковался, заглушил мотор и, взяв меня за плечо, развернул к себе, внимательно смотря на меня, проговорил:

— Давай только без фокусов. Сейчас мы спокойно выходим из машины, и ты никуда не убегаешь, и даже не думаешь об этом. Если убежишь, я точно догоню, но тогда идти ты будешь опять у меня на плече, а потом еще и накажу. Надеюсь, все ясно?

Каратель нашелся.