Гори со мной - Катерина Пелевина
— Не знаю, что эта шкура сказала тебе… Но…
— Зачем ты так? — хмурюсь я. — Вы ведь встречались когда-то. Разве можно так говорить?
Вижу, как он ухмыляется в ответ на это и вздыхает, уставившись на свои пальцы. Злится… Скрипит зубами. Его желваки натянуты до предела… Граненный подбородок словно заточили…
— Ира…
— Лёша… Я сейчас меж двух огней. Она думает, что у нас с тобой что-то есть. И мне плохо… Я просто прошу тебя… Пожалуйста… Умоляю. Давай сделаем вид, что не знаем друг друга, ладно? Без общения… Без вот этого всего. Мне будет так проще…
— Тебе будет проще? — спрашивает он надсадно.
— Да, — проглатываю я ком. Внутри так сильно болит… — Пойми, что она теперь непонятно что обо мне думает. Говорит, что ты это всё нарочно. Что придумываешь, лишь бы рассорить нас. И я ей верю!
— Серьёзно? — спрашивает он, заглядывая в мои глаза. У меня прямо сейчас нутро наизнанку выворачивается. Что он хочет от меня услышать? Нет, не серьёзно… Особенно, когда ты так смотришь…
Но я не могу произнести этого вслух.
— Стоит признать, что лучше нам держаться подальше друг от друга…
— Ага… Я год пытался держаться… Что-то не особо вышло, — выпаливает он, заставив меня ещё сильнее напрячься. Что? Год пытался держаться от меня подальше? От меня? Что?!
Я смотрю на него в недоумении, только вот промолвить ничего не могу. Потому что во рту пересохло. Язык прилип к нёбу, да и слов нет. Хочется рыдать… А у него такие красные измученные глаза.
— Я ещё раз повторяю тебе, Ира… Я тебе не врал. Я сказал чистую правду. Она — не тот человек, за которого тебе следует держаться…
— А за кого мне держаться?! — выпаливаю я в ответ.
— Не плохо было бы за себя саму. Потому что ты сильнее, чем думаешь. И лучше. Только в упор не видишь этого из-за своей так называемой подруги… Не веришь мне — обзвони одноклассников. Хоть кого-то из… И спроси, что было по школе… Узнай, ради интереса, чтобы не гнать на меня то, чего нет, — говорит он, постукивая пальцами по столешнице. — Жизнь не всегда простая… Но сейчас, Ира… Ты тупо гробишь себя. Очнись, блин. Разве тебе хочется потратить всю свою жизнь на человека, которому по сути плевать на тебя? Который думает только о себе и живёт только для себя!
Каждое его слово стреляет мне в висок… И каждое хоронит заживо.
Стал бы он предлагать мне это, если бы всё было ложью? Стал бы?
— Просто обдумай это… Не торопись с выводами… — шепчет он, глядя на меня своими карими, а потом встаёт и направляется обратно к двери.
Я же дрожу…
Слышу, как он одевается, а потом бегу за ним. Потому что у меня всё внутри трепыхается, и лучше расставить все точки над «i» окончательно.
— Нет, подожди… Стой здесь…
Кидаюсь к статуэтке осла в комнате и снимаю с неё подаренную им цепочку. А потом мчу к нему, чтобы вернуть.
— Забери это, мне ни к чему! — протягиваю руку, и меня тут же обхватывают за запястье, резко тянут на себя, и я оказываюсь прямо перед ним. Перехваченная за талию цепкими пальцами, которые, словно оковы сплелись на мне намертво и не отпускают. Сообразить не успеваю, как за секунду ощущаю вкус его губ на своих. Прибивая к стене, Лёша наконец целует меня, а у меня внутри при этом происходит настоящая техногенная катастрофа… Я расхожусь по швам и трещинам… Расползаюсь на куски, словно тектонические плиты начали двигаться внутри меня.
Его руки сжимают ткань моей футболки, а я трясусь, потому что это первый мой поцелуй и… Потому что это Бессонов… Чёрт бы его побрал. Господи…
А он вызывает во мне землетрясение магнитудой все десять по Рихтеру.
Язык внутри моего рта… Я совершенно обмякшая перед ним… Сердце отстукивает в районе горла протяжным гулом, который оповещает меня о том, что через секунды мне придёт конец, если не остановить это безумие… Но как же сладко это чувствовать… Мечтать на протяжении нескольких лет и просто…
Вкусить, словно запретный плод, которого так много и так чертовски мало одновременно… Сейчас я — точно рай… Внутри меня неземное блаженство. Его запах, который проникает в каждую клеточку и создаёт что-то новое. Его тепло… Если в нём коктейль из всего самого лучшего, то я боюсь, что для меня он станет коктейлем Молотова, спалив меня дотла.
Лёша отрывается от меня, и мы сталкиваемся взглядами. Я не могу и пикнуть. Стою, зажав цепочку в руке, а он просто проводит кончиками пальцев по моему лицу, очерчивая линию моих скул, отпускает меня и выходит из квартиры, молча и тихо прикрыв за собой входную дверь…
Глава 11
Ирина Рай
Этот поцелуй — одновременно и самое прекрасное, и самое неправильное, что со мной случалось… Я чувствую, как у меня под кожей шевелится что-то. Ощущения были такими яркими, что я чуть не ослепла и не взорвалась в его руках. И он не просто вкусно целуется, как говорила мне Тася… Хоть вспоминать об этом и больно, и неприятно… Но он целуется просто божественно. Я не знаю даже, смогла бы я хотя бы раз ощутить что-то подобное к другому парню. Мне кажется, что вряд ли. Потому что я полностью принадлежу Лёше. Чисто физически и внутренне… Я по уши в нём погрязла.
И теперь, когда знаю, каково это… Целовать его. Просто схожу с ума в темноте собственной квартиры, прекрасно понимая, что уже ночь на дворе… А я всё не могу уснуть. Это слишком.
Тася больше не писала… Но я перевариваю его слова. То, что он пытался до меня донести. Вспоминаю все моменты, где она так или иначе подводила меня. Не знаю, со зла ли это было? Даже этот случай с девушкой того парня, с которым она общалась… Мне некомфортно после той спам-атаки, а она… Чувствует ли она хотя бы что-то? Вину за случившееся? Порой мне кажется, что нет…
Я хватаю свой телефон в очередной раз убедившись, что Лёши в сети не было. Ищу в контактах бывшую одноклассницу… Алёну Истомину. Потому что хочу поинтересоваться. Ведь они некоторое время общались с Тасей. Вдруг она что-то мне скажет…
«Привет, это Ира Рай. Слушай, Алёна. Я хотела спросить у тебя. Ты часом не слышала от Таси ничего дурного в мой адрес? Извини