Измена. Я тебе отомщу - Анастасия Пырченкова

Честно говоря, эти люди – последние, с кем я сейчас хотела бы встречаться и уж тем более общаться. Было очень стыдно и чуточку страшно перед ними за содеянное. И объясниться язык не поворачивался.

К тому же оставалась ещё вероятность, что они очень даже в курсе о выходке их младшего сына. Тогда тем более не было смысла как-то оправдываться.

Хотя мне всё больше казалось, что это не так. Слишком много растерянности царило на их лицах, когда братья ссорились. Они выглядели, как люди, не понимающие происходящего.

Или мне просто хотелось в это верить…

Они ведь мне в самом деле очень понравились. И я не желала быть разочарованной ещё и в них.

Вот и Александр, по-моему, был того же мнения. Смотрел на них и мягко улыбался.

– Вы не ушли, – произнёс будто бы даже с затаённой радостью, удобнее перехватывая мою ладонь, на которой остался невидимый след от прикосновения его губ.

Я едва сдержала порыв отобрать руку. А чтобы наверняка, сжала ещё крепче, буквально со всей силы вцепилась в чужую конечность в попытке удержать контроль на месте. Особенно, когда от Льва Самойловича послышалось строгое:

– Наш старший сын только что женился, где нам ещё быть?

Я нервно сглотнула. И сделала ещё один маленький шажочек поближе к Александру.

Так, на всякий.

Вдовесок накрыла наши сцепленные ладони свободной рукой.

К сожалению, мои манёвры ни от кого не укрылись, а потому я спешно опустила взгляд в пол.

Да, я ни в чём не виновата. Но от этого совсем не становилось легче. Стыд жёг щёки хуже смущения за наш с Александром поцелуй.

Я очень безрассудно поступила, поддавшись эмоциям обиды и страха. Теперь я это поняла. Но поздно. Содеянного не вернёшь. Оставалось принимать последствия за своё необдуманное решение.

Зато я в своём уме и твёрдой памяти, защищённая от участи стать овощем. Это важнее, чем гордость и свобода.

К тому же, регистрация в ЗАГСе – не венчание. Её всегда можно отменить по желанию.

В общем, справлюсь!

Или нет…

– Отойдём, переговорим наедине? – попросил Лев Самойлович.

Хотя скорее приказал. Не зря дожидаться ответа сына не стал, направившись дальше по коридору, не сомневаясь, что за ним последуют.

И тогда я останусь с Анной Валерьевной наедине.

Ой, мама!..

– Саш… – посмотрела на него в ужасе, цепляясь за руку, как за спасательный круг.

Мужчина улыбнулся, поднёс свободную ладонь к моей щеке и едва осязаемо провёл по ней пальцем.

– Эй, всё хорошо, я рядом, – шепнул ласково.

А затем склонился и снова поцеловал. Действие вышло столь неожиданным, быстрым и коротким, что я его и обдумать не успела, как он уже отстранился.

– Если что, кричи, – подмигнул он мне.

И ушёл.

А я осталась наедине с его мамой и её вопросами.

Боже, как же мне теперь ей всё объяснить?

Ещё беременность, которую Александр непонятно зачем выдумал.

То есть мотив мне ясен, но это же враньё. А он сам говорил, что врать не намерен. Я бы тоже предпочла этого не делать, но… поздно.

Да и если уж на то пошло, это я нас втянула в эту ситуацию. Хотя помогать мне никого не заставляла.

Да блин! Что мне делать-то?

На моё несчастье Анна Валерьевна тоже что-то говорить не спешила. Только смотрела на меня. Но это было даже хуже, чем если бы она ругалась.

– Простите меня, – не выдержала я нашего затяжного молчания. – Я не хотела, чтобы так вышло.

– Зачем тогда сделала, если в самом деле не хотела? – поинтересовалась она ответно.

Тон звучал холодно и хмуро, отчего стало только больше не по себе. Обхватив плечи обеими руками, я судорожно вздохнула и выдохнула.

– Так получилось, – нашлась с единственно подходящим ответом.

– Получилось, что ты, встречаясь с одним моим сыном, забеременела от другого?

Звучало… отвратительно. Будто я в самом деле девица лёгкой морали. Вертихвостка, как говорили наставницы в пансионе.

– Я не…

Хотела сказать, что не беременна. И не спала с её сыном. Ни с одним. Но вовремя прикусила губу.

– Простите, – повторила. – Я не собиралась доводить до такого. Даже не думала об этом.

– Но довела.

– Да.

Между нами воцарилось молчание. Анна Валерьевна смотрела на меня, явно пытаясь считать мои эмоции, я же как могла избегала её взгляда.

Может стоило рассказать про Мишу? Вдруг Александр занимался сейчас как раз тем же? Но если нет, то я подставлю нас обоих этой правдой.

Ох и кашу я заварила…

Даже о легенде толковой не подумала для нас. Как-то так вышло, что Александр взял ситуацию полностью в свои руки, и я послушно отошла в сторону. Теперь платила за свою трусость новыми сомнениями.

Трудно быть взрослой. Очень трудно.

– Просто скажи мне одно. Если тебе понравился Александр, зачем ты согласилась стать женой Михаила? – вновь подала голос Анна Валерьевна.

Потому что дура.

Но то вслух я, конечно, не сообщила.

Мне всё больше начинало казаться, что родители не в курсе деятельности своего младшего сына. И как-то не возникало желания раскрывать им такую правду самой. Всё же он их ребёнок, а я о нём вот так. Хотя хотелось. Очень хотелось. Но, боялась, что это только усугубит и без того непростую ситуацию. Пожалуй, сперва лучше обсужу это с мужем.

Как подумала, так и забыла быстро обо всём на свете.

На меня запоздало, как внезапный поток ледяной воды, обрушилась правда.

Я вышла замуж!

Я. Вышла. Замуж!

За мужчину, которого сегодня видела второй раз в жизни. Общалась и того первый.

Капздец!..

Щёки вспыхнули от смущения и ужаса, и я поспешила накрыть их обеими ладошками. Правда, Анна Валерьевна приняла это на иной счёт. Решила, что мне стыдно из-за её вопроса. Поджала губы сильнее и явно собралась продолжить меня отчитывать. Не вышло.

– Это моя вина, – послышался в тот же миг за спиной голос Александра.

Через миг на мои плечи легли его руки, прижав к себе. И я с облегчением выдохнула.

– Оля не предавала твоего сына, – продолжил он. – Это я её вынудил.

Вот тут я о своём смущении быстро позабыла, подняв голову, уставилась на него в настоящем шоке.

Что он такое сказал?

Как это он меня вынудил?

Анна Валерьевна тоже не поверила.

– Ты? Вынудил? – растерянно