Ромео и Джульетта на книжной улице - Поппи Александер

Пока Джулс ходила выяснять отношения, Фло успела перебраться из кабинета за кассу.

– Твой телефон пищал, – сказала она и протянула мобильный, сочувственно глядя на племянницу.

Сама тетушка, несмотря на неожиданный поворот событий, излучала олимпийское спокойствие.

Джулс рассеянно взглянула на экран и открыла сообщение:

Все еще усмехаясь и качая головой, Роман вернулся в магазин. На прием по случаю открытия позвали гостей по составленному заранее, тщательно выверенному списку, и главный зал был полон. Удивительно, сколько известных и респектабельных жителей Портнита решили не отказывать себе в бокале игристого средь бела дня в понедельник. Еще бы: приглашение исходило от семейства Монтбо, известного щедростью и радушием.

Роман с довольным видом осмотрелся. Непринужденный, приветливый гул голосов нарастал. Канапе – самые изысканные и вкусные, какие только можно достать в Портните, – он заказал в ресторане «У Фрейи», новом модном заведении, которое порекомендовала сестра. Пердита в таких вещах никогда не ошибалась. Вышколенные официанты в стильных серых фартуках ловко пробирались между гостями, балансируя подносами с изысканными угощениями.

Со своего поста у входа Роман наблюдал за отцом. Генри принял у официанта очередную бутылку с салфеткой на горлышке и стал обходить зал, подливая гостям вино, похлопывая по плечу знакомых и подмигивая. Импозантный, крепкий, слегка за шестьдесят – он излучал харизму и уверенность.

Роман частенько подшучивал над отцом, называя типичным представителем белого привилегированного высшего класса, хотя тот любил рассказывать каждому встречному, что сделал себя сам.

За десятки лет Генри с помощью множества ловких деловых ходов действительно сумел приумножить семейное состояние, правда, в последнее время случались и ошибки, о которых он предпочитал не распространяться. Когда отец совсем уж раздувался от гордости, Роман замечал, что легче всего делать деньги, если они у тебя уже есть. Не помешают и фамильное поместье плюс толстая записная книжка с контактами богатых однокашников из Итона или Оксфорда.

Проведя больше десяти лет за границей, Роман немного стеснялся своего прошлого. Подростком, в окружении своих мажорных приятелей, он… ну да, вел себя как законченный придурок. А теперь изо всех сил старался не стать похожим на отца.

В Штатах ему быстро дали понять: происхождение ничего не значит, по крайней мере, в бизнесе. В светской жизни – да, аристократичная внешность и британский акцент служили надежным пропуском на лучшие вечеринки, обеды и презентации в Манхэттене, выходные на Лонг-Айленде. Было интересно… первое время.

Чтобы сделать карьеру после окончания университета, ему потребовалось несколько лет упорной работы в престижных американских корпорациях, где он научился максимально раскрывать потенциал своей команды без лишнего давления. Со временем он обнаружил в себе не только настоящий талант, но и подлинную страсть к коммерции.

И вот он здесь. Его призвали «наполнить казну» и волей-неволей постепенно принять на себя роль главы семейства Монтбо.

Не успел он вернуться, как начались бесконечные ссоры. Древняя, как мир, история – отец передает бразды правления сыну. Молодой вожак сменяет старого. Роман тяжело вздохнул, обведя взглядом праздничный зал. Он должен стремиться получить наследство, принадлежащее ему по праву, так почему же оно кажется проклятием? Бесконечные попытки матери подсовывать ему «подходящих девушек» тоже выводили из себя.

Когда Роман задумался о проекте, который мог бы считать по-настоящему своим, ему показалась заманчивой мысль нанести удар милосердия «Грациям» и открыть на их месте новый бизнес. Не обязательно книжный… Он и вправду не хотел объявлять войну Капельторнам, просто помещение идеально подходило для книжного магазина. Дело есть дело.

Сверкающий, просторный, дорого отделанный магазин выглядел сногсшибательно. Много света, современные материалы, и при этом уважение к истории: эффектный полукруглый балкон на втором этаже, высокие потолки, огромная люстра в стиле ар-деко. Полная противоположность темной, беспорядочной, захламленной лавчонке напротив.

«Знает Джулс или нет, лавка Капельторнов в любом случае обречена, – с легким сожалением напомнил себе Роман. – Максимум полгода». Даже если бы не конкуренция «Книг Портнита», финансовая мина под этим бизнесом уже заложена – и, к несчастью, тоже семьей Монтбо. К его стыду, вековая вражда продолжится. Еще подростком он тайком выяснил, как зовут девушку, делая вид, что интересуется из простого любопытства, и все равно не избежал насмешек приятелей. Когда узнал, что она – из Капельторнов, стало еще интереснее. И вот она здесь. При других обстоятельствах Роман даже попытался бы за ней приударить… До прошлого вечера он смутно помнил ее совсем юной девочкой, а теперь из ума не шла случайная встреча на вокзале. Она стала еще красивее. И была остра на язык, хотя это ему импонировало. В отличие от отца, Роман не питал интереса к покладистым женщинам. Он любил вызов и видел в Джулс достойную соперницу.

Недостатка в романтических возможностях Роман не ощущал. «Было бы желание», – подумал он, наблюдая за высокой стройной блондинкой с водопадом блестящих волос, которая беседовала с такой же лощеной брюнеткой в дорогой одежде. Похоже, одна из местных лидеров мнений, заранее намеченная жертва его блистательной помощницы, Калли. Последняя – настоящая находка. Отлично разбирается в маркетинге, особенно в социальных сетях. Талантище. Умница, красавица, выпускница Лиги плюща, согласилась поехать с ним из Нью-Йорка в Девон и ясно дала понять, что открыта к более личным отношениям… Роман, как ни странно, пока не принял ее предложения, хотя льстило, что такая возможность существует. Он взял с подноса бокал и с улыбкой поймал взгляд мэра.

Сейчас нельзя отвлекаться на женщин. Отогнав мысли о Джулс и Калли, он нырнул в толпу, улыбаясь и пожимая руки гостям. Спустя несколько минут, рассказывая о своей работе в Штатах депутату в модном синем костюме, он вдруг почувствовал на плече тяжелую руку отца.

– Мой отпрыск уже учит вас, как делаются дела? – осведомился тот. – Вылитый я в молодости, не правда ли?

Депутат пробормотал что-то с подхалимской улыбкой, а Роман, сделав над собой усилие, изобразил вежливую невозмутимость.

Да, у него хватало честолюбия, чтобы разделять стремление отца побеждать в бизнесе. Но Генри Монтбо считал победой лишь полное уничтожение противника. Он был злопамятен и любил унижать.

В этом смысле Роман не хотел иметь с отцом ничего общего.

Несмотря на поздний час, Джулс была слишком взбудоражена, чтобы уснуть. Она устроилась в ногах у Фло, обхватив руками чашку с горячим шоколадом. Тетушка смотрела на нее добрым, понимающим взглядом поверх своей. Джулс прижала руку к груди, чтобы унять бешено стучащее сердце, которое пускалось вскачь, как только она вспоминала короткую,