Зависимость от чудовища - Стейси Кроу

Зачем он зовёт меня туда?

И тут — ещё одно сообщение.

«У тебя час, чтобы прийти. Иначе… ты знаешь, на что я способен, когда зол. И не делай глупостей. Обещаю: с тобой ничего не случится.»

Я смотрела на экран и чувствовала, как мир сужается до размеров этой смски.

Обещает, что ничего не случится. С чего бы мне ему верить? После того, что он сделал с Брэдом? После того, как заставил меня целовать окровавленную биту?

Час.

У меня есть час.

Мне уже было всё равно. Правда.

Я видела, на что он способен. Видела его с битой, в маске, над окровавленным телом. Если он хочет меня сейчас убить — пусть. Мне нечего терять. Я действительно так отчаялась, что сама плетусь в логово маньяка.

В конце концов, мне нужны ответы. Чего он хочет от меня? Почему выбрал именно меня? И почему я до сих пор жива, если он мог меня прикончить уже сто раз?

Но прежде чем идти туда с пустыми руками…

У Стеф вроде был перцовый баллончик. Точно. Она покупала его прошлой осенью, когда ходила на свидания с каким-то стрёмным типом. Говорила, для подстраховки.

Я забежала в общагу, быстро объяснила, что мне нужно. Стеф даже не спросила зачем — просто молча достала баллончик из ящика и протянула мне.

Между нами действительно пробежала кошка. После того разговора про Брэда мы старались быть как раньше, но… не получалось. Она не винила меня, я знала. Но осадок остался. И сейчас, глядя, как она протягивает мне баллончик, я чувствовала эту неловкость. Эту трещину, которая, возможно, никогда уже не затянется.

— Спасибо, — сказала я.

Она кивнула. И всё.

Я быстро переоделась в удобное: джинсы, толстовка, кроссовки. Волосы собрала в хвост, чтобы не мешали. На всякий случай.

Стеф сидела на кровати и смотрела в телефон. Она даже не спросила, куда я. Раньше бы спросила. Раньше бы прицепилась с расспросами, предложила пойти вместе. А теперь молчала.

Я уже открыла дверь, чтобы уйти, когда она вдруг сказала:

— Сия, глянь, что мне скинули.

Я обернулась. Она протянула телефон.

На экране был мем. Картинка со спасательной шлюпкой, в которой сидела девушка с моим лицом, пририсованным в фотошопе. И подпись:

«Спасательная шлюпка Сия. Спасёт вашего парня, пока вы в отъезде.»

У меня внутри всё оборвалось.

— Это Мэнди, — тихо сказала Стеф. — Разлетелось по всем студенческим чатам.

Я смотрела на экран и не верила своим глазам.

Так вот оно что. Пока я разбиралась с Приянкой, пока меня вызывали к ректору, пока я собиралась к маньяку, по университету уже гуляла эта мерзость.

Спасательная шлюпка. Спасает чужих парней.

Боже.

— Стеф, я…

— Я знаю, — перебила она. — Я знаю, что это неправда. Но… Сия, люди говорят.

Она отвернулась. А я стояла посреди комнаты и чувствовала, как земля уходит из-под ног.

Ненавижу эту жизнь. Ненавижу всё, что со мной происходит.

И тут зазвонил телефон.

Мисс Хопер.

Я ответила, прижимая трубку к уху дрожащей рукой.

— Сия, — голос мисс Хопер звучал глухо, официально, но в нём проскальзывало что-то… виноватое? — Мне жаль сообщать. Но родители Приянки настояли. Тебя выселяют из общежития.

Я замерла.

— Что?

— Родители мисс Вайш подали жалобу. Они утверждают, что ваше совместное проживание на территории университета создаёт угрозу для их дочери. Ректор принял решение… тебя выселить.

— Но… — голос сорвался. — Мисс Хопер, но как же так? Куда мне идти? У меня даже стипендии нет. Я…

— Мне правда очень жаль, — перебила она. В её голосе действительно было слышно сожаление. — Но это решение ректора. У тебя есть три дня, чтобы собрать вещи.

Трубка пискнула и замолчала.

Я стояла посреди комнаты и смотрела в одну точку.

Мир рухнул. Окончательно. Бесповоротно.

Стеф вскочила с кровати и подбежала ко мне.

— Что? Что случилось?

Я не могла говорить. Просто стояла и смотрела.

Она обняла меня. Крепко, как тогда, в тот первый раз, когда я вернулась мокрая и разбитая.

— Сия… Сия, пожалуйста, скажи что-нибудь.

А я молчала.

Потому что говорить было нечего.

Меня выгоняют. Из единственного места, которое я могла называть домом. Из комнаты, где я впервые за много лет почувствовала себя в безопасности. Из жизни, которую я так отчаянно строила.

И всё из-за неё. Из-за этой суки с родителями-адвокатами.

— Сия, — Стеф отстранилась и заглянула мне в глаза. — Ты как?

Я посмотрела на неё. На её испуганное, встревоженное лицо.

И вдруг мне стало смешно.

Нет, не смешно. Страшно. Дико. До истерики.

— Я в полном ауте, — сказала я тихо.

Стеф сжала мои руки.

— Мы что-нибудь придумаем. Слышишь? Обязательно придумаем.

Я кивнула. Потому что надо было кивнуть. Потому что она старалась. Потому что она единственная, кто у меня остался.

Но внутри всё кричало: ничего вы не придумаете. Ничего уже нельзя придумать.

Я посмотрела на часы.

Полчаса до встречи с чудовищем.

В кармане лежал перцовый баллончик. На душе — выжженная пустыня.

Я должна идти.

Потому что даже монстр сейчас кажется меньшим злом, чем эта реальность.

— Стеф, — сказала я, высвобождаясь из объятий. — Мне правда пора. Я… я потом всё объясню.

Она посмотрела на меня с тревогой, но кивнула.

Я вышла в коридор. Спустилась по лестнице. Вышла на улицу.

Ночь. Холод. Фонари.

И геолокация в телефоне, ведущая прямо в логово.

Я шла и думала: ну