Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Вы все прекрасно видели, что я не давал ей ни одного повода так взбеситься и превратиться в мегеру!

— Черт, это уже ненормально! — восклицает Эдвард. — За эти пару дней вы успели поругаться уже несколько раз в моем присутствии!

— И за эти пару дней эта девушка уже здорово потрепала мне мозг. Мне уже и самому хочется свалить куда-нибудь, чтобы не слышать ее криков и истерик. Эта девица все больше вызывает у меня желание послать ее к черту. И найти себе нормальную, неконфликтную девчонку.

— Но что с ней происходит? — недоумевает Анна. — Почему она заводится на ровном месте и говорит все эти вещи?

— Это тебе лучше спросить у Кэмерон. – Терренс резко выдыхает. — Извини, Анна, но твоя подруга стала просто невыносимой . С ней стало невозможно находиться на одной территории.

— А она только сейчас стала такой? Или раньше с ней тоже такое бывало?

— Эта девчонка всегда была со своими тараканами в голове. Она никогда не была такой паинькой, какой ее хотели видеть Алисия и мистер Кэмерон.

— Я, конечно, мог бы предположить, что она нервничает из-за Наталии, — задумчиво говорит Даниэль. — Но как же сильно должна переживать Ракель, чтобы она вот так выплескивала агрессию на другого человека?

— Лучше не пытайся понять, что происходит в ее голове, — устало говорит Терренс, присаживается на диван и прикладывает руку ко лбу, тихо выдохнув. — Ох, черт, как же все это сложно… Вы прекрасно знайте, что я безумно люблю эту девушку. Но иногда с ней очень тяжело находиться, и мне хочется бежать от нее со всех ног.

— Ни в коем случае не осуждаю тебя, приятель, но, по-моему, ты и сам сказал не очень много хорошего, — спокойно отмечает Даниэль, закинув руку на спинку дивана. — Уж точно не стоило просить ее не кричать как истеричка.

— А как мне, по-твоему, называть ее, если она и правда орет на весь дом как больная истеричка? Но не хочет этого признавать и заводит разговор о том, что я – псих!

— Может, она и правда так переживает из-за того, что произошло в последние полтора года? Мне кажется, тебе не стоит обесценивать ее страдания и убеждать в том, что она думает о каких-то глупостях.

— Да, Терренс, почему ты не мог промолчать и поддержать ее? — интересуется Анна. — Ведь Ракель только что сказала, что она оказала тебе поддержку, когда тебе это было нужно. Так почему же не ответить ей взаимностью? Она же нуждается в тебе и надеется на твою поддержку!

— А я разве не нуждаюсь? — чуть громче удивляется Терренс, тыча в себя пальцами. — Разве мне не нужен кто-то, кому я мог бы выпалить все на одном дыхании? Да из всех нас мне сейчас хуже всех! Вы все знайте, сколько проблем свалилось на мою голову! И после такого никто не может сказать, что мне сейчас легко!

— Мы все понимаем, приятель, но постарайся хотя бы сделать вид, что понимаешь ее. Вы ведь обещали, что будете вместе, несмотря ни на что. Так надо выполнять свои общения.

— Да, но как нам находиться вместе, если даже в самой трудной ситуации она находит повод к чему-нибудь придраться? — разводит руками Терренс.

— Я все понимаю, но ведь ты и сам видишь, как сильно она нервничает и переживает. Похищение Наталии заставляет ее переживать за свою подругу и рвать на себе на волосы из-за того, что сейчас ничего нельзя сделать.

— Однако ты прекрасно видела, что я пытался помочь ей расслабиться.

— Я знаю, Терренс. Но не надо говорить, что ее слова звучат как бред, глупость и тому подобное. Раз Ракель чувствует себя виноватой в том, что произошло с Наталией, не надо говорить, что ее мысли бредовые. Да, мы все знаем, что она ни в чем не виновата, но надо же переубеждать ее как-то мягко. А не так, как ты – хватит нести бред, ты просто сумасшедшая, что ты себе вбила в голову…

— Но согласись, Анна, это реально звучит бредово ! Она бы еще заявила, что виновата в том, что Майкл хочет убить ее, меня, маму, Эдварда и даже Наталию!

— А для нее это вовсе не бред! — отмечает Даниэль. — Неужели тебе было трудно проявить терпение, придержать язык за зубами и найти более мягкие слова, чтобы убедить ее в невиновности?

— Ха, будешь тут терпеть с такой крикливой особой, — хмыкает Терренс, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку дивана. — Теперь уже и мне хочется свалить подальше, лишь бы не видеть ее. Кэмерон знает, что я и так не умею сдерживать себя и легко взрываюсь, но все равно действует мне на нервы и будто бы специально провоцирует меня.

— Послушай, Терренс, мы прекрасно понимаем, что сейчас вам обоим тяжело. Но нельзя огрызаться друг на друге в такие тяжелые моменты, как бы сильно плохо вам ни было.

— Она сама во всем виновата! Это ей хочется поскандалить и повопить как ненормальная. И все это объясняется словом из трех букв – П. М. С.

— А может, вам просто надо пережить это время? — предполагает Анна. — Ведь лучше выговориться о том, что находится внутри, чем хранить все в себе.

— Да, именно! — соглашается Даниэль. — Вы оба прекрасно видели, до чего довела себя Наталия, когда хранила все в себе. Этой девушке крупно повезло, что вы вовремя спасли ее и помогли хоть как-то прийти в себя.

— Я с радостью выслушаю ее, если она хочет чем-то поделиться со мной. Но только пусть не орет так, чтобы сделать меня глухим. Если бы Ракель сказала бы все, о чем переживает, то я бы еще мог понять ее. Но поскольку я постоянно слышу в свой какие-то упреки и обвинения, а вчера получил от нее крепкую пощечину, то у меня нет никакого желания выслушивать ее жалобы. Пусть сама разбирается со своими проблемами, если она