Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт

— Ты на меня не злишься. И не говоришь, что я несправедливо обвинила твою маму. Это, знаешь ли, странно!

— Не странно, потому что я знаю, какую тайну все это время скрывала моя мать. Я нашел своего брата. Того, о котором говорили ты и целитель Ротген.

Чем больше рассказывал Риаран, тем сильнее у меня лезли на лоб глаза. Потому что мысль о заточенном в недрах земли драконе не укладывалась в голове. Я за время своей службы всякого повидала, но Валенсия переплюнула большинство преступников, с которыми я имела дело.

Держать своего ребенка в подземелье десятилетиями? Это бесчеловечно!

Но это много объясняло, например, искру в Эстель. У драконов-близнецов была схожая магия и уровень силы.

— Нам нужно вернуться во дворец как можно скорее, — сказал Риаран. А я уже не удивилась тому, что у нас с ним сходятся мысли. — Мне нужно освободить брата и разобраться с Оромондом.

— Нам нужно разобраться, — поправила его я. — Я не останусь в стороне.

— Нам, — хмыкнул Риаран. — Я уже понял, что лучше держать тебя у себя на виду. А то вдруг сегодня мы все-таки зачали будущего князя, не хочу, чтобы ты снова нашла себе приключения на свою прекрасную задницу.

А я поняла, что половину слов прослушала после темы про «зачали». Меня оглушила мысль, что почему-то сейчас я вообще не против того самого зачатия, и идея, что у нас будут дети, больше не вызывает во мне приступы паники. Скорее, наоборот, интерес и воодушевление. А вот с оперативными буднями совершенно точно покончено! Никакой работы под прикрытием и выслеживания преступников. Мне хватило этого с головой.

Я хотела, чтобы мы с Риараном жили долго и счастливо, и собиралась приложить в этому все свои усилия. В конце концов, мне будет чем заняться. Например, мне еще только предстоит научиться быть княгиней.

Но это потом. Сначала мы разберемся с Валенсией и Оромондом.

Вместе.

Все оказалось гораздо сложнее, чем я представляла. Хотя в какой-то мере даже проще, но только не для Риарана. Я не думала, что он тешил себя иллюзиями по поводу матери, особенно после того, как она поступила с Ниярой, но все равно узнать о том, что у тебя есть брат…

Брат, который родился на полчаса позже.

Брат, которого Валенсия сразу приказала спрятать, чтобы не возникло проблем при наследовании.

Риарану просто «повезло», что он родился раньше. Иначе в цепях под землей сидел бы он.

— Я все делала для тебя! Все! — заявила Валенсия с видом до глубины души оскорбленной добродетели. — Твоя сестра — это было для тебя. Твой брат — тоже. Как будто…

Она покосилась на меня, потому что Риаран приказал всем выйти и оставить нас втроем. Я ей существенно мешала в этом разговоре, но выбора у Валенсии не осталось.

— Как будто ты не понимаешь, что наличие равного по силе близнеца привело бы к распрям! К заговорам. И к кровопролитной войне.

Он посмотрел на нее так, что волосы дыбом встали у меня.

— Ты делала это не для меня, а для себя, мама. Чтобы у тебя была спокойная жизнь.

— Чтобы тебе не пришлось отстаивать свое право на трон!

— А даже если бы и пришлось?! — Риаран зарычал так, что содрогнулись стены. — У меня был бы брат! Это же твой сын! Родная кровь! Да что с тобой не так, мама?!

От его рыка у меня внутри что-то перевернулось, потому что гнев, боль и ярость, смешавшиеся внутри, ударили и по мне тоже. Даже если бы я не была его Искрой, я бы это почувствовала, а так это было усилено десятикратно, и все, что я могла сейчас сделать — это его обнять.

Я подавила желание придушить его мать, которая стала причиной этой боли. Просто подошла и взяла его за руку, отдавая всю свою любовь, все свои чувства к нему, чтобы смягчить то, что он сейчас испытывал по милости Валенсии.

— Я не сомневалась, что ты сможешь меня понять. Как правитель! — воскликнула опомнившаяся Валенсия. — И ты бы понял, если бы на горизонте не появилась эта…

— Лучше молчи, — перебил ее он. — Молчи, потому что если ты сейчас что-то скажешь про Аню, я могу не удержаться и казнить тебя на месте.

Валенсия захлопала глазами.

— Ты… да как ты можешь… я твоя мать…

— Ты мне не мать, и никогда не была ей. Стража!

— Уберите руки! — теперь уже зарычала Валенсия, когда ее попытались вывести из покоев по приказу Риарана. — Я пойду сама. А ты пожалеешь! Никто и никогда не будет безоговорочно на твоей стороне! Так, как мать!

Она вышла, вздернув голову, следом, подчиняясь приказу князя, нас оставили стражи.

— Я тебя люблю, — тихо сказала я, поглаживая его сильные плечи. — Я безумно тебя люблю.

Вместо ответа он притянул меня к себе и, склонив голову, уткнулся ею мне в плечо. Никогда раньше князь не позволял себе такого, и я осознала, что вот она, высшая степень доверия. Когда даже такой сильный мужчина не боится показать крупицу своей слабости рядом с тобой.

Не знаю, сколько мы так простояли, до того, как Риаран отстранился и произнес:

— Мне надо забрать брата.

— Мне пойти с тобой?

— Нет. Я должен сделать это один.

— Хорошо.

Мы вместе вышли из покоев его матери и разошлись в разные стороны. Я направилась к Эстель, он — к брату. Дракон по-прежнему оставался под землей, и, к сожалению, прогнозы Ротгена не давали надежд.

Его с детства держали в драконоформе, и человеческий разум угас, предположительно, еще когда он был совсем ребенком. Не выдержав такой жестокости. Поэтому теперь брат Риарана был исключительно драконом.

Он чуть не умер вместе с Эстель, когда его Искру отравили, но выжил, потому что выжила она.

И что теперь с этим делать, не знал никто.

* * *

Потому что Эстель оставалась Искрой дракона. Дракона, который никогда не станет человеком.

Валенсия действительно берегла эту тайну как зеницу ока, и избавлялась ото всех, кто к ней прикасался. Например, мать Данстона была той, кто помогал ей спрятать второго мальчика. Правда, о том, что с ним случится, об истинных