Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

Марта, конечно, первым делом собралась отругать Тессу. Уперла руки в бока привычным жестом, так что даже Милена съежилась на краю постели, но потом отважно бросилась за защиту подруги:

— Не пугай Терезочку, тетя Марта!

— О, наша Терезочка, похоже, ничего не боится, малышка. — Фельдшерица сразу смягчилась под натиском Милены. — А иногда надо бы! Ну куда ты полезла в гущу драки, Тесс? Чудо, что ты осталась жива, что тьер Мортенс подоспел вовремя!

— Я не могла иначе, — тихо сказала Тесса. — Нужен был целитель. Ну как я могла уйти?

— Эх, дурында! — в сердцах воскликнула Марта и неловко обняла Тессу, стараясь не слишком сдавить хрупкие плечи и не потревожить рану.

Найт притащил коробку пирожных и развлекал Тессу байками из отделения. Она была уверена, что он присочиняет, но при этом давилась от смеха, держась за плечо.

— С утра приходила дона Викс. Ты ведь ее помнишь?

Дона Викс, пожилая и одинокая старая дева, была завсегдатаем отделения. Она едва ли не каждую неделю придумывала себе новые недомогания, и Тесса думала, что женщине просто очень одиноко и хочется поговорить.

— Что на этот раз?

— Жаловалась на сдавленность в груди… — Найт сделал театральную паузу. — А оказалось, что она слишком туго затянула корсет. И где только раздобыла это монструозное сооружение из металлических пластин.

— А сейчас много пациентов?

Тесса всей душой рвалась вернуться в отделение скорой целительской помощи, ставшее ей домом, но понимала, что сначала надо как следует поправиться, иначе какой из нее целитель, если она станет валиться с ног?

— Дона Викс ушла, так что теперь остался один пациент. Не пациент, а мечта. Смирный, тихий, ни разу не пожаловался, лежит себе спокойненько.

— Найт! — Тесса вытаращилась на смеющегося коллегу. — Мне не нравится, как это звучит!

Найт расхохотался.

— Да он криалл. Прибыл в Лорн из северных провинций и от жары впал в спячку. Опрометчиво было приезжать в столицу в разгар лета. Ему ничего не угрожает, мы его обложили льдом, который наморозил дон Иверс, ждем, когда он проснется хорошо отдохнувшим. Думаем, к вечеру.

Наступил день, когда тьера Бернси, начальница хирургического отделения, осмотрела Тессу, проверила рефлексы и сказала, что утром выпишет ее домой.

— На работу не раньше, чем через десять дней! — грозно предупредила она. — Увижу в отделении скорой помощи, всем надаю по шапке. Особенно Дарену.

И хотя Тессе ужасно не хотелось скучать дни напролет в маленькой и душной комнатушке, она понимала, что целительница права: надо выздороветь полностью, прежде чем лечить других.

«Ничего, у меня есть чем заняться!» — успокоила она себя, думая о конспекте, который забросила, о справочнике по нечеловеческим расам, который не дочитала.

Утром Тесса собрала немногие накопившиеся за время пребывания в палате вещички: кружку, тапочки и халат, которые раздобыла заботливая Марта. Она переоделась в чистое платье, которое фельдшерица по ее просьбе принесла, наведавшись к ней в квартирку, — старое, пропитавшееся кровью и разрезанное ножницами, пришлось выкинуть. Тут дверь приоткрылась и в палату заглянула довольная мордашка Милены. За ее спиной возвышался тьер Мортенс. Что-то в его облике показалось Тессе непривычным, она наморщила лоб и сообразила: начальник отделения был одет в гражданскую одежду, а не в форму, в которой она видела его каждый день. Плечи обтягивала бледно-сиреневая рубашка, которая удивительно ему шла.

— Мы идем гулять на берег моря! — воскликнула Милена и захлопала в ладоши.

— Я так за вас рада! — искренне сказала Тесса.

Наконец-то Дарен прислушался к просьбам дочери и взял выходной.

— Мы вместе идем! Папуля говорит, что свежий морской воздух полезен для выздоровления!..

— Милена, погоди. Ты совсем запутала Тессу. — Дарен положил ладонь на макушку дочери, урезонивая ее пыл, а Тесса не могла нарадоваться, глядя, что он без опаски прикасается к малышке. — Тесса, я хочу предложить тебе прогуляться с нами. Если ты не против…

Обычно уверенный в себе начальник отделения выглядел смущенным и взволнованным, как мальчишка перед первым свиданием. Неужели правда боялся, что Тесса откажет?

— С удовольствием прогуляюсь с вами! — ответила она.

Дарен и Милена расцвели в совершенно одинаковых улыбках.

— Ура, Терезочка!

— Тесса, оставляй вещи, я вечером помогу тебе донести их до дома.

— А еще у нас есть корзинка с печеньем, паштетом, булочками, сыром и… — начала перечислять Милена, явно стараясь ничего не упустить. — И лимонадом!

Добирались на извозчике: Тесса пока не одолела бы такую длинную дорогу. Они миновали городские кварталы, пыльные улочки. Скоро ветер принес с моря прохладу, запах соли и водорослей. Повозка остановилась у складов, дальше пришлось идти пешком, с насыпи вниз, к берегу, покрытому светлым ракушечником, к шипящим и пенящимся волнам, что накатывались на полоску пустого пляжа. Тесса помнила о трудности Дарена, его пока не до конца решенной проблеме с прикосновениями, и собиралась спускаться сама, но Дарен тихо сказал:

— Пожалуйста, держись за мой локоть.

Пока они осторожно спускались, Милена бегала вокруг, то вниз, то вверх, и Тесса только диву давалась, сколько же нерастраченной энергии в маленьких детях.

Дарен присмотрел несколько плоских валунов у кромки воды и подвел к ним Тессу, помог сесть, рядом поставил корзину. Тесса замерла, глядя вперед, на мерцающую воду глубокого синего цвета. У самого горизонта виднелись лодчонки рыбаков, прозрачные как тени. Справа по берегу, вдали, вырисовывались контуры портовых кранов, силуэты причалов, размазанные морской дымкой, доносились звуки порта, но лишь едва-едва, не нарушая уединения.

Если уж на то пошло, жизнерадостные крики Милены заглушали любые другие звуки. Она носилась по берегу, сняв ботиночки. Играла с волнами в догонялки.

— Не поймаешь, не поймаешь! — кричала она, удирая от пенящейся воды.

Дарен вынул из корзины шелковый палантин и укутал им плечи Тессы.

— Как хорошо, — прошептала она. — Как красиво.

Дарен

Устроившись рядом так, чтобы чуть касаться плеча Терезы, Дарен украдкой взглянул на свои ладони. Он всё ещё опасался, что его прикосновения могут навредить. Вот работа — другое дело.

В зале скорой целительской помощи его руки были инструментом, проводником магической энергии, потоки которой он строго контролировал. Сейчас он словно всё ещё ощущал прикосновения мягкого