Королева Теней. Пенталогия (СИ) - Арнаутова Дана Твиллайт
‑ Сочту за честь, – улыбнулся магистр и поклонился. ‑ А теперь, боюсь, нам придется закончить процедуру пораньше. Вас просят пожаловать во дворец, и карета уже ожидает.
‑ Ну, пожалую, раз просят, – вздохнул Аластор, но не без удовольствия подумал, что визит во дворец отменяет все остальные лечебные неприятности.
В этот раз Лучано не пожелал его сопровождать, отпросившись в город, а сам Аластор, разумеется, не стал настаивать. Общество друга ему приятно, и рядом с Лу он странным образом чувствовал себя гораздо увереннее, но нельзя же всюду брать его с собой, словно леди ‑ дуэнью.
Во дворце его немедленно провели в большой кабинет, где уже собралось несколько человек, среди которых Аластор узнал только лордов Аранвена и Бастельеро. Канцлер и лорд‑протектор сидели в креслах возле массивного стола, на котором были разложены какие‑то бумаги и стоял письменный прибор. При появлении Аластора оба лорда встали и поклонились. Аластор ответил поклоном и растерянно спросил себя, должен ли он предложить им сесть? Эти двое гораздо старше него и возрастом, и положением в обществе, но… он же теперь принц, Баргот это все подери! Еще четверо незнакомцев, тоже поклонившись ему, почтительно выстроились у стены. Аластор мельком заметил, что дворян среди них только двое, а еще двое одеты очень прилично, даже богато, но без гербовых цепей и перстней.
‑ Милорды, прошу прощения, – решился он, видя, что Бастельеро и Аранвен с полной бесстрастностью чего‑то ждут. ‑ Я рад вас приветствовать, но, боюсь, еще не совсем освоился с этикетом, которому теперь должен следовать. Прошу извинить меня за любую допущенную неучтивость. Мы ведь можем хотя бы сегодня и на этой встрече вести себя согласно… прежним правилам?
‑ Если таково желание вашего высочества, – негромко отозвался лорд‑канцлер, и улыбка тронула его бледные узкие губы. ‑ Тогда на правах старшего прошу вас садиться, милорды.
Он опустился в кресло, лорд Бастельеро последовал его примеру, и Аластор сообразил, что третье кресло с бархатной обивкой сиденья и спинки предназначается для него. Один из дворян, рыжеватый и веснушчатый, возраста самого Аластора, шагнул к столу и замер возле простого стула рядом с письменным прибором
‑ Мой секретарь мэтр Вильмон, – представил его канцлер и указал взглядом на второго дворянина, немолодого и очень важного на вид. ‑ А это лорд Гранде, королевский церемониймейстер и главный распорядитель завтрашнего события.
‑ Рад знакомству, милорды, – вежливо отозвался Аластор и едва не вздрогнул, когда оба снова низко поклонились. ‑ Прошу вас, присаживайтесь.
Вильмон, скромно потупившись, присел на краешек стула и подвинул к себе чистый лист бумаги. На его правой руке Аластор заметил два перстня, один ‑ гербовый, наследника рода, другой ‑ мажеский, с белым камнем разумника. Церемониймейстер опустился на второй стул, а один из не представленной Аластору тройки подошел и замер рядом с ним, держа книжечку в бархатной обложке и карандаш.
‑ Кхм… – откашлялся канцлер. ‑ Прежде всего, ваше высочество, прошу прощения за чрезвычайную спешку, в которой готовится ваша коронация. Несмотря на все усилия и беспримерные старания лорда Гранде, кое‑что еще требует именно вашего внимания. Думаю, прежде всего следует решить вопрос с вашим нарядом, чтобы отпустить этих господ исполнять свои обязанности.
Он глянул на двоих, оставшихся у стены, и Аластор тоже посмотрел туда. Пара простолюдинов снова низко поклонилась, и в руках старшего из них он увидел обычную портновскую ленту.
‑ Вы собираетесь шить мне костюм? ‑ поразился Аластор. ‑ За один день?!
По опыту он помнил, что это обычно требует не меньше недели и пары примерок. И, конечно, следовало подумать об этом заранее, но он слишком привык, что вопросами его гардероба занимается матушка, а следит за вещами камердинер. Может, следует просто послать в особняк за вещами?
‑ Не извольте беспокоиться, ваше высочество, – не поднимая взгляда, отозвался портной с лентой. ‑ Если ваше высочество окажет милость и встанет…
Стараясь не смущаться, Аластор поднялся, гадая, не придется ли ему раздеваться до белья. Не пришлось. Портной молниеносно обмерил его, не коснувшись даже пальцем и шепотом бросая какие‑то цифры, которые второй тут же записывал. Ну да, костюм должен быть простой, траурный, но все‑таки?! Закончив, портной почтительно прошелестел:
‑ Если ваше высочество изволит выслушать, мы подготовили наряд из арлезийского бархата цвета спелой сливы. Отделка самая скромная, тончайшая серебряная канитель и только по манжетам с отворотами. Сегодня подгоним по фигуре…
Аластор лишь пожал плечами. Спелой сливы? Ну, это хоть что‑то понятное. Вполне траурный цвет… И тут его кольнула вина.
‑ А ее величество? ‑ спросил он, запоздало подумав, что у королевы, конечно, свои модистки и швеи, портной может попросту этого не знать. ‑ В чем будет она?
Но тот почтительно отозвался:
‑ Шелк цвета темной лесной фиалки, ваше высочество. И никаких украшений, кроме пояса‑цепочки.
«Я подарю ей «Звезды Арлезы», – подумал Аластор. ‑ Только на такой красавице, как она, арлезийские алмазы засверкают полным блеском… Но как же траур?»
‑ Благодарю, сударь, – сказал он и услышал пораженный, едва ли испуганный вздох портного. ‑ Можете идти.
Оба портных мгновенно улетучились, и Аластор вернулся к столу.
‑ Прошу прощения за задержку, – сказал он, садясь, и канцлер немедленно отозвался:
‑ Ну что вы, ваше высочество. Это нам следует извиняться. Милорд Гранде, позвольте предоставить слово вам.
Церемониймейстер, которого Аластор про себя решил называть просто распорядителем, встал и… разумеется, поклонился. С одной стороны, Аластор уже начал привыкать, с другой ‑ это все равно раздражало. Неужели необходимо тратить столько времени перед каждой фразой?! Да если бы у них в поместье дела велись подобным образом, оно бы точно пришло в запустение. Пока раскланяешься перед каждым приказом задать лошадям корма, и день попусту пройдет!
‑ Ваше высочество, – церемонно начал Гранде. ‑ Благодаря вашему мудрому и в высшей степени благопристойному решению соблюдать траур, мы успеем с должной скромностью украсить и дворец, и главную улицу, ведущую к храму, но следует уточнить важнейшие вопросы. Осмелюсь спросить, кого вы желаете видеть в коронационной процессии и за королевским столом? Осмелюсь также просить вас ознакомиться с порядком коронации, бракосочетания и свадебного пира. Согласно вашему решению вступить в брак, сама церемония в храме будет разделена на две части, собственно ваше бракосочетание и последующую коронацию. После этого лорды Трех Дюжин и магистры Ордена во главе с Великим Магистром принесут вам присягу лично, а остальные дворяне королевства сделают это в течение месяца в любом ближайшем храме без вашего присутствия…
Он перевел дух, и Аластор кивнул, показывая, что слушает и понимает. Вслух он удержался, но про себя не смог не подумать, что лорду Бастельеро, получается, придется приносить ему присягу дважды? Как главе своего рода и как Архимагу? Или лорд‑протектор совместит это в одной присяге?
Надо же, всего несколько месяцев назад ему было бы безмерно приятно увидеть лорда Бастельеро на коленях, клянущимся в послушании и верности. Прежняя детская ненависть больше не имела смысла, и даже попытку принести его в жертву Аластор предпочитал считать нацеленной на благо Дорвенанта. Но не собирался забывать, что из‑за этого человека мог погибнуть месьор д’Альбрэ, а им с Айлин пришлось путешествовать без припасов, заводных лошадей и охраны. Если бы не Лу…
А сейчас этот человек сидел рядом с канцлером, храня надменное молчание, и сверлил Аластора ледяными синими глазами, в которых, как и в брезгливой складке губ, не читалось ничего, кроме презрения. Под этим взглядом Аластор едва не почувствовал себя снова напроказившим мальчишкой, а потом… вспомнил совет Раэна решать все самому и урок Лучано насчет овец и овчарок. О, лорд Бастельеро ничем не походил на беззащитную овечку, скорее уж на матерого волка, но… их волкодавам тоже бояться не пристало.