Равнины гнева - Изабелла Халиди
Боль разрывала ее сердце надвое, сама ее душа истекала кровью, когда она смотрела, как из Катала вытекает кровь. Какой-то внутренний инстинкт заставил ее схватиться за ручку. Заставил ее вытащить кинжал из его груди и броситься на него, прикрывая зияющую рану собственным телом. Ее руки и ноги обвились вокруг его безжизненного тела, когда она прижалась к нему и крепко обняла.
Она закрыла глаза, желая, чтобы он жил, изливая всю свою бесконечную любовь и преданность мужчине, лежащему под ней. Слезы горя текли по его обнаженной груди.
— Ты не можешь умереть, — прошептала она вслух. — Ты не можешь бросить меня. Пожалуйста. Пожалуйста! Пожалуйста, не уходи! Мы только что нашли способ вернуться друг к другу. Пожалуйста!!!
Тепло разлилось по ней, когда ее мысли наполнились воспоминаниями о них двоих. О боли и страданиях, о борьбе и мучениях. О радости и блаженстве, которые она испытала в объятиях Катала.
Ее голос дрогнул: — Ты обещал мне вечность.
Горе захлестнуло ее, сильная дрожь сотрясала тело, пока Дуна все плакала и плакала, мучительная боль разрушала ее, как будто сама ее душа разрывалась на части.
— Пожалуйста, живи! — Она с хрипом хватала ртом воздух. — Пожалуйста, вернись ко мне! — Резкий крик агонии вырвался из ее горла. Ее пальцы впились в спину Катала, прижимая его еще глубже к себе. — Пожалуйста! ПОЖАЛУЙСТА!!!!!
Волны энергии колыхались вокруг них, Солнце, наконец, пробилось сквозь облака, осветив их своими яркими лучами, как маяк надежды. Все тело Дуны задрожало, когда свет окутал их, омывая их смертные тела, заставляя ее поднять голову и открыть глаза.
Зелень и серебро врезались в нее, прекрасное лицо Катала смотрело на нее с благоговением. Великолепный яркий свет сиял вокруг них, как будто само солнце спустилось с неба и окутало их обоих своим великолепием.
— Ты жив! — Закричала Дуна сквозь рыдания, бросаясь к нему, осыпая влажными поцелуями и хватаясь за его здоровое лицо.
Словно внутри нее прорвало плотину, все ее страхи хлынули наружу, приняв форму мерцающих слез, которые хлынули бесконечными волнами, все ее тело содрогнулось, когда она уткнулась лицом в его шею.
— Ш-ш-ш, все в порядке, — сказал Катал едва слышно, его рука совершала успокаивающие круговые движения по ее спине. — Я здесь, все в порядке.
Спустя, казалось, несколько часов, Дуна наконец подняла голову, и их взгляды встретились. Он изучал ее лицо, упиваясь непоколебимым взглядом. Обхватив ее рукой за талию, он удержал ее на месте и пробормотал: — От тебя захватывает дух. Твои глаза, как два Солнечных шара. — Словно в ответ, его тени вырвались вперед, сливаясь с величественным белым светом, который исходил от нее.
Дуна ахнула, когда ее осенило.
Она была источником света.
— Я… я не понимаю. Что… что это такое?
Как только слова слетели с ее губ, свет потускнел, а затем и вовсе исчез, как будто его никогда и не было.
Неверие сменило первоначальный шок, прежде чем облегчение и гнев, наконец, взяли верх. — Как ты мог так напугать меня!? — она закричала на Катала, слезая с него. В ярости из-за того, через что он только что заставил ее пройти. — Я ДУМАЛА, ТЫ, БЛЯДЬ, МЕРТВ!!
Очень медленно Генерал поднялся на ноги, рана на его груди теперь полностью затянулась, кровь, все еще окрашивающая его кожу, была единственным признаком того, что она когда-либо была там.
— Никогда больше не выкидывай что-нибудь подобное, УБЛЮДОК!
— Дуна…
— Ни единого гребаного слова!! — Кипя от ярости, она вторглась в его пространство и оттолкнула его с едва сдерживаемой яростью. — В следующий раз я выслежу тебя и убью сама!!!!
— Я УМЕР!!! — проревел он в ответ, опустив голову, когда схватил ее за запястья, прижимая к своему крепкому телу. Его глаза заблестели, пронизывая ее насквозь, когда его тон смягчился: — Я умер. Ты вернула меня к жизни…
Дуна застыла, его признание поразило ее, как осколки льда. Отрицание и неверие, не позволяющие ей зациклиться на серьезности его откровения.
— Что? — Она покачала головой, нахмурившись. — Это не смешно.
Он обхватил ладонями ее влажное лицо, повернув его к себе. — Я видел тебя сквозь темноту. — Его голос дрогнул. — Я видел тебя, когда моя душа парила наверху. Это ты удерживала ее в этом мире, привязывала к себе. Связь настолько крепкая, что даже смерть не смогла ее разорвать. Я никогда ни к чему не испытывал такого притяжения, никогда. За все мое существование.
— К… как… — У нее пересохло в горле, и она могла только смотреть на него.
— Я не знаю. Но ты… Ты пришла за мной и спасла меня. — Яркие галактики кружились в его изумленном взгляде, таком ослепительно прекрасном, что она потеряла способность произносить слова. Он наклонился, коснувшись губами ее губ, когда заговорил: — Ты невероятна. Моя бесстрашная, отважная пара. Что я такого сделал, чтобы заслужить тебя?
Воспоминания пронзили ее разум, когда его язык скользнул наружу, приоткрывая ее рот. Дуна открылась для него, его язык вторгся в нее. Они поцеловались, пробуя друг друга на вкус долгими, томными движениями. Наслаждаясь присутствием друг друга, осознавая, что они избежали большой трагедии.
Сердце бешено колотилось, жар поднимался в ней подобно лесному пожару, воспламеняя ее кровь и желание к этому великолепному существу, которое снова заявляло на нее права одним лишь прикосновением своих сочных губ.
Температура внезапно упала, когда сильный порыв ветра пронесся над ними, прервав их поцелуй.
Катал застонал, прикусив губу, прежде чем отстраниться. — Я мог бы оставаться так вечно, но мы должны идти. — Он чмокнул ее в губы, костяшками пальцев задев ее щеку. — Мы должны предупредить остальных.
Реальность ударила Дуну по лицу. Игнорируя непостижимый подвиг, который, по словам Катала, она только что совершила, ее следующие слова сорвались с языка: — Что случилось? Где Мадир? Ты ведь на самом деле не убивал его, верно? И король Лукан… Я… я не хочу, чтобы из — за меня разразилась война, пожалуйста…
— Шшш, — он погладил ее по лицу, — сделай глубокий вдох. Это не так просто. Король Лукан мертв. — Ее рот открылся от шока, когда слеза скатилась по ее лицу. — И Мадир, — он сделал паузу, подыскивая нужные слова, пока большим пальцем поглаживал ее щеку. — Мадир все еще жив, но не в том смысле, в каком ты думаешь.
— Что? — Она покачала головой, не понимая. Все запутывалось быстрее, чем ее разум мог воспринять и проанализировать. — Что ты имеешь в виду? Как умер Лукан?