Врачебная тайна 2 - Дия Семина

у законов — возмещение морального ущерба. У тебя этот ущерб колоссальный, и виновник сей трагедии не Даниил, а его отец. Послушай, я была точно в такой же ситуации и прошла все круги ада, в том числе и пансион, притом что моя мать — баронесса, а отец — бывший Действительный тайный советник и боярин. Меня это не спасло, скажу больше, я сейчас между молотом и наковальней. В любой момент могу попасть в какую-то ужасную историю. Потому мне нужна помощь Даниила Романовича, и тебе нужна. Он единственный понимает, с чем мы сталкиваемся каждый день.

Лиля всхлипнула, отвернулась и смотрит в окно, пытаясь понять мои слова, не умом, но сердцем.

— Да, всё так. Но это…

— Это беззаконие, но таков этот мир. Прошлого не вернуть, и нам с тобой надо исправлять ошибки наших отцов и предков, чтобы детям стало намного легче. Только Аракчеев сможет нам помочь найти Ирочку…

— Её так зовут? Я мечтала дать ей имя Инесс, а если бы был сын, то назвала бы Егор, ты во всём права Анастасия, во всём. И лучше так, чем…

Мы снова молчим, я и без слов понимаю, ход её тягостных мыслей, о том, что не родись она от Аракчеева старшего, родилась бы от разночинца, и жизнь всё равно не была бы к ней благосклонной, а так есть хоть какой-то шанс пусть не на счастье, но на достойную жизнь.

— Иди спать, завтра ранним утром мы проедем к твоему брату и составим обстоятельный разговор, мне, конечно же, попадёт, за то, что я забрала тебя из дома мужа. Но ребёнку срочно нужна помощь, ему скоро два года, а он не говорит, и этим вопросом я хочу заняться в ближайшие дни, как только Миша привыкнет к новым людям, и обстановке. Так что идём заданным курсом, временами получаем от жизни тумаков, отряхиваемся и снова двигаем вперёд.

Мой словарный запас иссяк, точнее, запас слов вне научной лексики, пока рано строить из себя специалиста, нам нужно наладить прочный дружеский контакт, чтобы она начала по-настоящему доверять мне.

Лиля пожала плечами, и этот жест сомнения направлен на внутренний непростой диалог. Душа не принимает данность, но разум помнит всё, и потому она сделала верный вывод:

— Спасибо тебе, я уже готова была на что угодно, только бы сбежать от мужа, и найти дочь, но увы, без помощи, без средств — я пустое место.

— Не смей так о себе говорить, знаешь, как муку мельница мелет? Не сами жернова крутятся, их крутит вода. Вот ты вода, без которой многое в этой жизни не получилось бы.

— Как умело и образно ты объясняешь сложные вещи, я пока верю в удачу, ведь ещё вчера, казалось, выхода нет, а сегодня я в шикарном доме и не в комнатах для прислуги.

— Вот видишь, Вселенная на каждого имеет свой план. Завтра встанем в шесть утра, нужно успеть поймать графа до того, как он уедет в Канцелярию, семейные дела лучше обсуждать дома.

— Хорошо, спокойной ночи, — Лилия поднялась с диванчика, вздохнула и вышла к себе. А я легла спать, потому что сегодня день не простой, и завтра тоже будет весьма напряжённое.

Чувствую, что мои новые родственнички дадут о себе знать, такие люди никогда не тянут с прессингом.

Ранним утром под моросящим дождём мы с Лилией отправились навестить графа Аракчеева.

Казалось бы, совершенно невинный визит, однако, если рассматривать всё в деталях…

Первое, мы выехали слишком рано, в такое время нормальные люди завтракают и не помышляют принимать гостей, а некоторые так и вовсе спят.

Второе, мы едем без приглашения, без уведомления и даже без намёка на визит, хотя я почему-то уверена, что Гриша уже успел уловить моё серьёзное намерение встретиться и предупредил графа. Чувствую это и уповаю на снисхождение, ведь дела очень непростые, и лучше о них поговорить до того, как наши враги активируются.

Третье, я взяла с собой трость. После нападения на самого графа я вполне могу оказаться следующей. Елене проще всего от меня избавиться, даже в обход планов новой родни.

Анатолий довёз нас довольно быстро, особняк Его сиятельства притаился за небольшим сквером на очень милой улочке. Приятное, тихое место с элитными строениями, идеальной мостовой, шикарными фонарями и коваными заборами.

Многоэтажная «резиденция» Гринёвых довольно сильно уступает в богатстве и роскоши местным особнякам. Всё потому, что наш дом проектировался как доходный, многоквартирный, видимо, его когда-то перекупил Сергей Михайлович и переустроил под свои нужды.

А этот «дворец» изначально создавался для одной семьи. Трёхэтажное светлое здание встречает гостей парадным крыльцом с торжественной колоннадой — словно приглашая войти в мир утончённой роскоши. Плавные линии эркеров мягко выступают из фасада, добавляя вычурности, мол, нельзя просто так взять и обойтись лаконичными формами, если можно создать нечто утончённое и кричащее о статусе хозяев. Эркерам и колоннаде вторит изобилие декоративной лепнины, здесь и завитки аканта, и изящные гирлянды, и медальоны с барельефами, только знаменитых мраморных львов нет по сторонам лестницы. Однако я ошиблась, на кованой двухстворчатой двери, больше напоминающей врата, есть-таки две симметрично расположенные львиные морды с кольцами.

Постучать мы не успели, стоило подняться по мраморным ступеням, как дверь беззвучно раскрылась и на пороге возник холёный лакей. Тихо, учтиво поздоровался и пригласил войти.

Я оказалась права, Гриша чувствует меня на расстоянии и уже предупредил своего «компаньона». Тем проще, мне не придётся изматывать его сиятельство пересказом всех событий, случившихся за бесконечно долгое вчера.

В этом доме не оказалось парадной, мы сразу попали в богатое, изысканное фойе, поднялись на несколько ступеней и прошли в парадные залы.

— Прошу вас в гостиную, сейчас подадут завтрак, — лакей распахнул перед нами следующие двери на первом этаже и предложил войти в светлую, довольно милую гостиную в стиле рококо, всюду причудливый декор, позолота, картины с пасторальными сюжетами и цветы в вазах.

Появилось неприятное чувство ревности. Такая комната совершенно точно создавалась женщиной и для женщины. Неужели он женат, а я со своей ложной проницательностью этого не заметила. Подумала и покраснела, сама в теле замужней женщины, а туда же…

— Очень красивый особняк, — шепчу Лилии, мы остались одни и осматриваемся, стесняясь присесть, пока не появился хозяин.

— Да, он принадлежит роду уже третье поколение, если не ошибаюсь, не могла удержаться и навела некоторые справки, но