Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

— А я все это время изучал тебя, — продолжил он. — Очевидно, недостаточно хорошо. Тебе по-прежнему удавалось скрывать от меня свои мысли и чувства. Впрочем, я не удивлен. Ты умна, но твои манеры…

Его пальцы медленно поползли обратно вверх.

— Ты ни разу не солгала мне прямо в лицо. До сих пор.

Ее глаза расширились, и она попыталась отпрянуть. Но он оказался быстрее, а она сейчас была слишком слаба. Его пальцы сомкнулись на ее горле, удерживая ее рядом.

— Не думал, что смогу разочароваться в тебе еще сильнее, — прорычал он ей на ухо. — Но ты умудряешься раз за разом доказывать, что я ошибаюсь. Объясни мне, как после всех этих гребанных десятилетий ты смеешь так со мной поступать, Эвиана?

Она не могла ответить, потому что он сдавливал ей горло. А потом она уже не могла говорить вовсе: дверь распахнулась, и в комнату втолкнули Корбина и Лэнга. Двое из трех находившихся здесь стражей, один из которых был из Наследия Ариуса.

Нет!

— Скажи мне, — произнес Вальтер, развернувшись так, что теперь стоял у нее за спиной. Он притянул ее к своей груди, крепче перехватив за горло. — Скажи, почему семилетний ребенок предан мне больше, чем мой чертов Источник?

Корбин и Лэнг смотрели на нее, широко раскрыв глаза, явно не зная, что делать и что сказать.

А потом она попыталась закричать сквозь хватку на горле. И тут тени Вальтера рванулись вперед и обвились вокруг мужчин. Оба закричали от боли: тени впивались, скручивались, сжимались. Они рухнули на колени, предметы в комнате летали по воздуху: Лэнг отбивался своей магией ветра. Корбин обратился, но магия не разбирала форм. Тьма оплетала кошачье тело так же беспощадно, как и Лэнга: душила, рвала кожу, пускала кровь.

Нет! Нет, нет, нет!

Она ничего не могла сделать. Они оказались здесь из-за нее. Пришли за ней. Чтобы помочь. А теперь погибнут из-за нее.

Десятилетиями она почти ничего не чувствовала, но сейчас ее захлестнули вина и сожаление. Лучше бы она никогда их не встречала. Никогда не втягивала в это. Не тащила за собой в эту бессмысленную погоню… ради чего?

Чтобы найти дочь? И смотреть, как она медленно становится такой же, как сама Эвиана?

По ее лицу катились слезы, она билась в хватке Вальтера. Он лишь сильнее сдавил ей горло, шепнув на ухо, что это все ее вина. Это она причина их мук.

Как будто она и без того этого не знала.

— Что ты делаешь?

Вальтер замер, услышав этот тихий, полный ужаса голос. Хватка на горле Эвианы чуть ослабла, и она повернула голову: в дверях стояла Прия. Если в ее голосе был ужас, то на маленьком личике он был в тысячу раз сильнее. Она видела то, что ни один ребенок не должен видеть.

— Эти фейри пришли, чтобы навредить тебе, Прия, — процедил Вальтер. — Я тебя защищаю. Как и обещал, всегда буду.

Ее бирюзовые глаза метались от Вальтера к фейри, к Эвиане и обратно. От нее волнами исходил страх.

— Уходи, Прия, — голос Вальтера стал жестче, грубее. — Позволь мне разобраться. Иди с Бенсоном. — резко бросив приказ стражу из Наследия Ариуса, он добавил: — Где, черт возьми, Аннис?

— Я не хочу к Аннис, — Прия попятилась, когда Бенсон шагнул к ней.

— Иногда мы не выбираем, что хотим делать, — сквозь зубы выдавил Вальтер, теряя последние остатки терпения. — Иди с Бенсоном. Сейчас же!

— Не трогай ее! — выдохнула Эвиана.

Хватка Вальтера еще немного ослабла. Его внимание разрывалось между ней, Прией и тем, чтобы удерживать Лэнга и Корбина тенями.

Лэнг перестал отбиваться и теперь тратил магию лишь на то, чтобы дать воздух себе и Корбину, пока тени Вальтера сжимались все туже. Кровь струилась по их телам, магия жгла, оставляла клейма.

— Я верну твою покорность, даже если это будет последнее, что я сделаю, — прорычал Вальтер. Он отпустил ее горло и схватил за волосы. Рванул назад и швырнул в книжный шкаф за столом — она рухнула на пол. Слишком слабая, чтобы сопротивляться. Слишком истощенная из-за этих проклятых ограничителей.

— Стой! Отпусти меня! — кричала и плакала Прия, а Эвиана вцепилась в край стола, подтягиваясь, чтобы встать.

Бенсон боролся с Прией, а девочка отбивалась изо всех сил: пиналась, кусалась. Она была бойцом, этого у нее не отнять, но против стража из Наследия Ариуса у нее не было шансов.

Вальтер шагал через комнату, в руке блеснул кинжал; первым он направился к Лэнг.

— Убери ее отсюда, Бенсон! — взревел он.

Ни один ребенок не должен этого видеть, но часть Эвианы была даже рада. Она понимала, что это делает ее ужасным родителем. И еще она понимала, что именно поэтому ей никогда не стоило становиться матерью.

Но увидеть правду о мужчине, которым она была так очарована?

Это оставит шрам. Она всегда будет помнить. Всегда будет осторожна в доверии: и она должна такой быть. Тот, кого она сочтет достойным доверия, должен его заслужить.

— Блядь! — рявкнул Бенсон, и Эвиана обернулась: Прии впилась зубами глубоко в его руку. Он отшвырнул ее, и девочка тяжело рухнула на пол.

— Прия! — вскрикнула Эвиана, и боль обожгла изнутри.

Проклятье, наверное, она сломала ребро, когда Вальтер швырнул ее в шкаф.

А потом Бенсона швырнуло через всю комнату: свет и тьма подняли его в воздух и прижали к стене. В дверь ворвалась Тесса, от нее волнами расходилась сила. Подняв руку, она удерживала Бенсона на месте. За ней шли Теон, Аксель и Лука. Эти трое были похожи на саму смерть.

— Как, блядь, вы сюда попали? — рявкнул Вальтер, отшатываясь.

Улыбка Тессы была воплощенной яростью. Она крутанула кистью, и по комнате прокатился треск, а Бенсон мешком рухнул на пол.

Переполох застал Вальтера врасплох, его хватка ослабла, и Корбин с Лэнг жадно глотали воздух. Корбин