Завет Влюбленных - Софья Хейдекраут

В следующий миг перед ней выскочил вырколак, источающий отвратительный запах разорванной плоти, часть которой свисала из его огромной пасти, покрытой кровью. Она вскрикнула, и его нечеловеческие глаза нашли её в темноте леса. Крик застрял в горле. Он запрокинул голову и завыл на луну. Подумать только — отличное время для бегства, но ноги словно приросли к месту. Она упустила момент, когда чудовище стало двигаться в её сторону — казалось, оно осознало, что Нигма станет лёгкой целью. Она попыталась вспомнить хоть одно защитное заклинание, и, когда его когти стремительно рванули к её лицу, они наткнулись на невидимую преграду.

Нигма с облегчением вздохнула. Удерживая защиту, она старалась открыть портал, сосредоточившись на главном зале поместья Иварта, но сил оказалось недостаточно. Раньше, в спокойной обстановке, ей с трудом удавалось переместиться из спальни в ванную через стену, а тут десятки миль. Она выругалась и прижала ладони к невидимой стене. Возможно, вырколаку надоест пытаться пробиться, и он пойдёт искать другую жертву.

«Как же, как же», — шептал надоедливый голосок здравого смысла. — «Держи карман шире». Её защита постепенно слабела. Нигма изо всех сил напирала на стену, но их было недостаточно.

Подумав, что терять нечего, Нигма ткнула кинжалом наугад, полоснув лезвием по морде вырколака. Тот взвыл и отшатнулся. Серебро сработало.

Забыв про защиту, она сорвалась с места, прочь с поляны. Но когда попыталась восстановить барьер, было поздно. Когтистые лапы вцепились в лодыжки, и она рухнула на землю, усыпанную иголками. Лицо обожгло болью. Кинжал отлетел в сторону, до него не дотянуться. Волк потащил её за собой, и щека болезненно заскользила по колючему лесному ковру.

Зверь перевернул её. На плечо упала горячая кровь из его пасти. Глаза горели безумием. Зажмурившись, она попыталась выпустить огонь из ладоней, но этого было слишком мало, чтобы нанести ему вред. Всё кончено.

Ведьма уже ждала смерти, но хватка вдруг ослабла, и зловонное дыхание отдалилось от лица. Судорожный вдох, распахнутые глаза. Труп вырколака, ещё дёргающийся в конвульсиях, лежал рядом. Перевернувшись, она отползла назад, парализованная ужасом. И тут увидела его. Мужскую фигуру, возвышающуюся над мёртвым чудовищем.

— Не скажешь, что ты ведьма, — бархатный, низкий голос, словно раскат грома.

Сжавшись в комок, обхватив колени руками, она смотрела, как он вытирает длинный меч и убирает его за спину. Потом достал из сумки флягу с горючей смесью и полил тело вырколака. Резкий запах ударил в нос.

— Кто ты? — язык словно онемел.

Он не обратил на неё внимания. Закончив поливать, швырнул флягу и выставил руку вперёд. Пламя вспыхнуло мгновенно — он бросил огонь в тело монстра. Оно поглотило тушу, и алые языки осветили лес.

— Тот, кто успел спасти твою никчёмную жизнь, ведьмочка.

Огонь осветил его лицо. Тёмные волосы, собранные в хвост, и пронзительный взгляд. В его глазах было что-то хищное, в отблесках пламени они казались янтарными. Запахло жареным мясом. Знакомый запах, но на таком близком расстоянии он был особенно тошнотворным. Закрыв нос, она пыталась сдержать рвоту.

— Кьеран, — произнёс он, окинув её взглядом. — Слышала об Ордене?

Конечно, слышала. Иварт ей все уши прожужжал об этих борцах против тёмного Лорда. Нигма взглянула на догорающее тело.

— Я тебе благодарна.

В ответ он промычал что-то невнятное.

— Он ведь… уже не был человеком? — спросила она, шагнув ближе к пеплу.

Парень помедлил, проходя мимо, бросил взгляд на догорающие останки.

— Давно нет.

— Почему?

— Глупый вопрос. Дочери охотника должны быть известны такие вещи.

Всё сгорело. Только закопчённая земля и запах гари. Она присела рядом, коснулась земли пальцами, закрыла глаза, пытаясь ощутить угасающую энергию. «Запах мертвечины, страдания… Воспоминания чужих жертв… Но где же человек? Не вижу…»

Тишина. Парень ждал. Она разочарованно вздохнула и провела пальцем по земле. И земля отозвалась, выпустив тонкие стебли. Фиолетовые маттиолы вырвались из-под елового ковра, источая нежный аромат.

За её спиной хмыкнули.

— Мёртвым почести ни к чему.

Она встала, коснулась цветов и пошла прочь. Поравнявшись с ним, остановилась.

— Но живым они нужны. Забвение страшнее смерти. Как думаешь, его будут искать?

Кьеран шёл следом, тихий, как тень.

— Может, стая явится. По запаху цветов, — с брезгливостью сказал он. — Соберутся волки с вонючими пастями вокруг куста и будут вспоминать павшего товарища.

В его голосе звучала насмешка, но спорить не хотелось.

Осмотревшись, Нигма поняла, что её кобылка в страхе сбежала.

— Идём, ведьмочка, довезу до города.

Тоскливо окинув округу взглядом, она поплелась за спасителем.

— Меня зовут Нигма, — сказала она, пытаясь догнать его. — Только никогда не смей называть меня полным именем «Нигмаруэтт».

Он тихо засмеялся.

Вскоре они вышли на поляну. Под огромной елью стояла его лошадь, куда крупнее её Эльки. Нигма кое-как уселась и ухватилась за плечи парня. Лошадь рванула с места, и она чуть не вылетела из седла. Пришлось крепко прижаться к его спине.

Альентар. Сент-Эмерод, октябрь, 1998 год.

Нигма жадно глотнула воздух, выныривая из сумрака транса. Первым, что она увидела, был Иварт, бесцеремонно сидевший за её письменным столом. — Так значит, высушенная красавка способна на такие чудеса, — ухмыльнулся он, скользя пальцами по пергаменту, усыпанному пылью от измельчённой травы. — Невероятно. А я всё гадал, отчего ты так к ней пристрастилась. — Не твоё дело, — ровным тоном отозвалась она, устремив взгляд в потолок. — Да, — скучающе выдохнул мужчина, выходя из-за стола. — Как обычно. Он обошёл её лежащую на кровати фигуру, рассматривая, как диковинную бабочку, приколотую булавкой к картону. — И что ты там увидела на этот раз? — спросил Иварт, подойдя к окну и устремив взгляд на унылый осенний пейзаж. — Будущее? Прошлое? Или очередного демона, решившего пощекотать твои нервы? Нигма молчала, собирая ускользающие осколки видения. Он всегда так: появляется в самый неподходящий момент и разрушает хрупкую ткань завесы своими глупыми вопросами. — Не молчи, Нигма, — его голос стал жестче. Она подскочила на кровати, злобно прожигая взглядом его спину. — Можешь злиться сколько влезет. Я всё равно всё видел, — сказал он. — Видел, что ты делала, когда твоя душа отделилась от тела. Мне просто интересно послушать тебя. — Я не намерена вести с тобой полуночные беседы, — она схватила со стула свою тёплую накидку. — Я домой. — Ты никуда не пойдёшь. — От его голоса ей стало не по себе. Она дёрнула ручку — бесполезно, он заблокировал дверь. — Твой дом отныне тут. Забыла? Он принялся размеренно шагать к ней. — Вырколак? Помню, ты тряслась при одном упоминании о нём, — он