Чаровница - Айна Суррэй

– Хочешь устроить бой на кладбище? – поинтересовался парень. – Здесь лежат мои родители и много других людей, любимых родными. Прояви уважение.

– Если отпущу тебя сейчас…

– Тогда мы встретимся в другой раз. Давай заключим сделку.

– Хочешь мозги мне запудрить?!

– Нет. Предлагаю дуэль за пределами города. Если идти отсюда на запад, там будет лес с полянкой.

– И думаешь, я поверю тебе?

– Поверишь, – ответил Рансу. – Это в твоих же интересах, условия таковы: первое – бой состоится после того, как я разберусь с Луи. Второе – если я выиграю, ты отдашь мне один артефакт твоей семьи. Если же выиграешь ты… Я отдам тебе меч, рассекающий душу.

– И ты думал, что я… Что? – Альберт только собирался поразглагольствовать на тему его неубедительности, но, осознав последнюю фразу, сразу все мысли исчезли. – Отдашь меч? В смысле «рассекающий душу»? О чем ты?

– Да. Я не могу сразиться с тобой раньше, поскольку он мне будет необходим. Спустя две недели после моей победы над Луи, в ночь на понедельник, встретимся на той самой поляне. Приходи один и принеси артефакт. Я не стану отнимать его силой, если ты победишь меня. В тот день, дома… одаренный выхватил меч и убил солдата. Душа покинула тело, но на ней остался след от лезвия. Призрак раскололся на части и растворился. Я не знаю почему. Не знаю, как такое возможно.

– Что? – Альберт удивленно уставился на него. – Стоп, ты не шутишь? Если это действительно так, твой меч… Это самое страшное оружие, какое только может быть. Человек больше не сможет переродиться. Он умрет… насмерть.

– Странно звучит, но ты прав, так и есть. А теперь артефакт.

– О каком артефакте ты говоришь?

– Обсидиан Туманности.

– Ладно, – Альберт опустил руку, отменяя энергетический захват. – Эта вещица пылится у нас поколениями, и никому она не нужна. Что ты собираешься с ним делать?

– Стабилизировать себя, – Рансу поправил плащ, вешая катану обратно на пояс. – Этот артефакт не является оружием, просто вспомогательная приблуда. Поскольку маги хорошо себя контролируют, особенно чистокровные, им такая вещь ни к чему. Лучше скажи, что сделаете с мечом?

– Не могу ответить, понятия не имею. Вообще, за всю историю существования чистокровных такого оружия никогда не появлялось, или же о нем просто нет сведений. Меня радует, что ты понимаешь всю его опасность.

– Не говори так, будто сомневался в моих умственных способностях, – Рансу накинул капюшон на голову. – В любом случае решать его судьбу будут твои родители. Я могу лишь надеяться, что он продолжит свое существование, ведь в нем заключена последняя воля моих родителей и их желание защитить меня.

– Он дорог тебе, но ты все равно готов отдать его? – Альберт искренне не понимал Рансу. Он смотрел на него удивленно, без доли издевки, коя присутствовала в начале их разговора. Чем больше юноша слушал Рансу, тем лучше понимал, как сильно все заблуждаются на его счет.

– Это последняя вещь, оставшаяся у меня от них. Будь он простым мечом, остался бы со мной, но этот… Не место ему здесь. Когда я умру, от старости или по другим причинам, а быть может, его кто-то украдет – так или иначе другой человек завладеет им. Неизвестно, какие у него будут намерения, как он станет пользоваться им. Я не хочу стать причиной прекращения круговорота душ и скрепя сердце отдам его тебе в случае честной победы. Если же ты проиграешь… Я найду способ связаться с твоей семьей в нужный момент и передам меч на дальнейшее хранение. Если вдруг Луи убьет меня, ты должен забрать его. Понял?

– Я… Да, я понял, – Альберт немного растерялся.

– Благодарю, – Рансу направился к выходу с кладбища. В темное время суток оставаться здесь было крайне некомфортно. К тому же ему еще нужно найти еды на двоих.

Парень надеялся встретиться с кем-то из семьи Яр чуть позже, но так даже лучше. Главное, чтобы этот несмышленыш ничего не напутал и не извратил его слова во время пересказа родителям. Аж захотелось, чтобы те ему оплеуху прописали за необдуманные действия, ведь наверняка пошел к нему, никого не предупредив, чтобы доказать, какой он крутой. Молодой еще, кровь так и кипит. Правда… Рансу ведь тоже еще молодой. С каких пор его восприятие стало столь старческим? Быть может, из-за их разницы в боевой подготовке? Кто знает.

За все это время Альберт стал причиной его улыбки, отчего на душе полегчало. Иногда в жизни не хватает какого-то внезапного дурака. Свалится как снег на голову, а потом будет надоедать всю оставшуюся жизнь, не давая соскучиться и состариться душой. Сразу камень с плеч. Теперь семья Яр будет знать о желании Ахонена передать им меч, и, возможно, этот факт поможет немного сгладить острые углы между ними.

Рансу вернулся с сумкой продуктов в третьем часу ночи. Он тихо подошел к уснувшей на матрасе подруге, укрывая ее одеялом, а сам направился в соседнее помещение, чтобы не мешать ей. Парень присел на старый стул, открывая булочку, откусывая край. Безумно хотелось вернуться в прошлое, снова попробовать вкусные блюда мамы, оказаться в своей комнате, спать на мягкой кровати… Тоска накатывала от одной лишь мысли об этом. Юный маг задумчиво смотрел на стену, размышляя о будущем.

Джоелл же проснулась после возвращения друга. Она очень плохо спала, беспокоясь за него. Девушка не стала заходить к Рансу, останавливаясь рядом с дверью в комнату, прислоняясь спиной к холодной стене. Она опустила взгляд на свои руки, излучающие мягкое темно-красное сияние. Тревожить уставшего Ахонена ей совсем не хотелось, поэтому Джоелл осталась стоять так, прижимая ладони к груди.

Пасмурные тучи сгустились над городом. Погода стала просто отвратительной. Дождь лил как из ведра почти неделю. Осень наступила слишком стремительно.

В заброшенном доме похолодало еще сильнее. Джоелл научилась согревать себя с помощью магии, тем не менее постоянно концентрироваться на поддержании тепла в теле было довольно сложно. Выследить Луи оказалось еще сложнее: после произошедшего он залег на дно. Никто из одаренных не хотел конфликтовать с Рансу. Ладно, в банде не без дураков – некоторые особо умные товарищи возомнили себя всесильными, ходили, орали, вызывали его на бой, в итоге получив абсолютнейший