Юрий Леляков - Великая тайна Фархелема
«Но почему «одежда»? Просто покровы тела, спадающие при линьке, как у всех членистых! — сообразил Джантар. — И… этого они не поняли за полгода?»
«А людоед, из одежды которого при попытке её снять выпал какой-то грех? — услышал он мысль Талира. — Не всё так просто…»
— … Нам приходится скрывать даже то, что мы получаем указания от Международной Комиссии через штаб экспедиции, — заговорил, появляясь в кадре, уже кто-то другой (кажется, Раманау, хотя в этом Джантар не был уверен). — Один раз нам уже едва удалось обойти вопрос: каким образом нам стали известны новые указания нашего руководства, о которых мы раньше никогда не упоминали — если всё это время находимся здесь? Так что мы опасаемся, как бы нас не заподозрили во лжи и нечестности… Может быть, Международной комиссии всё же следует разрешить нам открыть западной стороне основные принципы радио- и телесвязи — конечно, насколько они сами окажутся в состоянии их понять?..
— … Международная комиссия, — продолжал диктор (почему-то на фоне уже знакомой панорамы полей и кубических построек), — дала такое разрешение, так как иначе не только становилось невозможно выяснить подробности общественного устройства жителей Западного континента, до тех пор тщательно скрывавшиеся от участников экспедиции, но и могла возникнуть прямая угроза для них самих в связи с их мнимой неоткровенностью. Также им были даны инструкции о том, в каких пределах им разрешено знакомить западную сторону с общественным устройством нашего человечества, учитывая общий примитивный уровень развития местной цивилизации. И вот что узнали участники экспедиции…
«Примитивный уровень? — эти слова почему-то возмутили Джантара. — Но так ли давно вы сами не знали радиосвязи?»
— … Местные жители, как оказалось, действительно считают нас «детьми седьмого запрета», но при этом, как мы поняли — из особо знатных семей, и именно потому с нами всё же считаются и принимают нас всерьёз, — заговорил с экрана (судя по отчётливому аухарскому акценту) Дейрени. — А вот принципы радиосвязи они, как нам кажется, так и не поняли — но решили, что это мы, так как мы ещё дети, оказались не в состоянии это им объяснить. И вообще, нам часто кажется, что нас понимают очень приблизительно, и соглашаются с нами скорее просто из вежливости. Что же касается самой их цивилизации, то она представляется нам крайне примитивной. Отвлечённые, абстрактные области знания не развиты или развиты слабо, религиозные представления элементарны: есть верховное божество, создавшее мир, сами люди Иорары, «иные люди» — и всё. Все дисковые книги, которые нам до сих пор пришлось видеть, содержат описания каких-либо чисто практических действий. Общественное устройство, насколько мы его узнали, также характерно для примитивных обществ: наследный вождь или монарх, родовая аристократия, жрецы, совет при монархе из пяти министров, функции которых даже чётко не разграничены между собой. Таково устройство общества того племени или государства, на территории которого мы сейчас находимся, однако приблизительно таково же оно и на других населённых территориях, расположенных здесь вдоль реки. Данное же племя, государство или территория, как мы поняли, называется Нимбара, названий других мы не знаем… — продолжал Дейрени (при этом вдруг резко сдвинувшись на экране, что выдало видеотехнический стык). — …Уровень техники здесь соответствует нашей глубокой древности, примерно эпохе рабовладения… (Джантар вспомнил: ни одного профессионального историка в посадочном отряде экспедиции не было, Даже как вторая специальность кого-то из них — история нигде не упоминалась.) …Но самого рабства здесь не знают, есть только система сбора дани с низшего сословия, занятого земледельческим трудом. Нам даже показалось, что их шокирует сама постановка вопроса о рабовладении, сама такая идея. И военнопленных, и тех из своих, кто неудачно вёл хозяйство и обеднел, просто убивают, так что не существует ни рабства, ни нищеты. А ещё здесь есть сословие или учебное заведение — вот это мы не вполне поняли — называемое «анина», в которое можно уйти, отказавшись от земледельческого труда, но отвергнутых претендентов на вступление туда тоже ждёт смерть. Вообще войны здесь — не редкость, все мужчины-земледельцы — также и солдаты, данники своих офицеров. Причём надо ещё сказать, что само понятие «населённый пункт» здесь незнакомо, так как заселена сплошь вся территория вдоль реки почти на всём её протяжении: от истоков где-то в предгорьях до внутренней дельты, теряющейся в пустыне… (Джантар обратил внимание: и эти фразы перемежались стыками, о чём свидетельствовала и не вполне удачная последовательность изложения — будто в оригинале между этими словами были ещё другие, которым не пришлось дойти до зрителя) …Влажный воздух просто необходим им для дыхания… (новая особенно неудачная стыковка фраз подтвердила это) …а даже сухие горные местности, не говоря о самой пустыне, для них — «мёртвые места». Нам же — по их понятиям, «иным людям Иорары» — влажный воздух для дыхания не так уж и обязателен. И вот этот вопрос вплотную подводит нас к вопросам анатомии и физиологии их организма, а их, соответственно, нашего… — судя по интонации, Дейрени не собирался так заканчивать, но в записи его рассказ вдруг оборвался, завершившись так же странно, как странно и был смонтирован. А следом вновь появился кадр с заседанием Международной комиссии (Джантар вдруг понял: тот же, что вначале — но здесь и он был с пометкой «вырезать». Наверно, на особо секретном заседании даже не велась съёмка — и оно было представлено кадром предыдущего)…
— … На заседании Международной комиссии, состоявшемся 25 сахвея, — продолжал на фоне этого кадра уже диктор, — было принято решение о взаимном ознакомлении с анатомическим строением организма представителей обоих человечеств, для чего участникам экспедиции было разрешено вступить в прямой контакт с организацией «анина», владеющей фактически всеми, в том числе и медицинскими, знаниями человечества Западного Континента…
— … И мы сразу едва не попали в очень глупое положение, — стал рассказывать уже тот, кого Джантар определил как Раманау. (Рядом стоял другой участник экспедиции — судя, по росту, Уатафа.) — Дело в том, что «анина» — это, по сути, закрытое учебное заведение, своего рода монастырь-университет, представляющий собой к тому же для представителей здешнего низшего сословия единственную возможность войти в высшее. Однако снова становишься студентами мы, естественно, не собирались — тем более, что даются там в основном чисто практические знания, накопленные методом проб и ошибок. Но и вообще вести разговор на сколько-нибудь серьёзные темы с посвящёнными высших степеней разрешается только тем, кто сам прошёл там довольно строгий отбор и был посвящён в ученики…