Владимир Круковер - Исполнение желаний

На рынке остаются лишь те производители, которые производят действительно хорошие и нужные продукты, вещи. В то же время нет угрозы монополии, напротив — монополист по производству мороженного, например, уважаем, ведь его мороженное самое вкусное.

Возникает вопрос: не будут ли враждовать между собой представители основного, второго уровня, не станут ли они завидовать элитному первому разряду.

Допустим, инженер второго уровня хочет жить не в квартире, а в коттедже? Как живет знакомый ученый. Нет проблем, он становится в очередь таких индивидуалистов и со временем въезжает в коттедж, сдав квартиру координатору жилого района. И, зная, что знакомый ученый в очереди на привилегированную жилплощадь не стоял, он будет ему завидовать. Белой завистью. Что, возможно, заставит его учиться, совершенствоваться, изобретать и, если хватит таланта, сравняться с ученым в правах на удобства.

То, о чем я рассуждаю — утопия. И в то же время любая страна могла бы эту утопию реализовать на практике. Ведь, только экономия от ликвидации денежных взаимоотношений высвобождает в этой стране огромные ресурсы.

Кстати, люди вовсе не такие жадные на вещи и жратву, как иногда кажется. Их покупательский азарт чаще вызван постоянным стремлением выделиться среди других. Как писал Ежи Лец, «Люди покупают на деньги, которых у них нет, вещи, которые им не нужны, чтоб произвести впечатление на соседей, которым на это наплевать».

Именно так живут американцы, зомбированные рекламой и кредитом. Они все покупают в рассрочку, не заплатив, порой, даже начального взноса, потом, как рабы, отдают семьдесят процентов зарплаты за несколько приобретений, а выплатив наконец, меняют эту вещь на новую модель, сдав старую и опять получив кредит.

Получается «циркулиз визиус» — порочный круг. Капиталист производит товар, чтоб получить прибыль. Он навязывает этот товар потребителю. Потребитель затоваривается. Капиталист быстренько производит улучшенный товар, чтоб не перестать получать прибыль…

Впрочем, у Маркса с Энгельсом подробно и умно об этом рассказано. Другое дело, что то коммунистическое общество, о котором они мечтали, современный человек пока создать не может по чисто моральным причинам. Рад бы в рай, но грехи не пускают. Да и невозможно создать бесклассовое общество. Всегда будет класс элиты и класс смердов, патрициев духа и рабов желудка. Другое дело, общество без денег, без каких-либо материальных эквивалентов…

Я прервал чтение и подумал: чего я, собственно распинаюсь? Будто речь готовлю для этого Скорынина. Будто так уж мне важна его реакция?

Впрочем, надо быть честным с самим собой, скорей всего важна. Гордое одиночество не для меня. Как и реакция толпы. Не люблю коллектив. А вот с достойным одиночкой пообщаться интересно, да и впечатление на него произвести приятно. Скорынин имеет два высших образования: Университет и Высшая школа ГРУ, кандидат философских наук, четыре языка знает. В образовательном смысле на две головы выше меня. Нельзя же знания Проводника считать моими. И то, что вчера я взбесился и чуть не обрушил на этот городок циклопичную волну, тоже признак того, что я готов его уважать.

Ты меня уважаешь… Фу, противно вспоминать. А не так уж давно БОМЖ Ревокур, нажравшись одеколона, обнимал такого же бича за грязную шею. Ты меня уважаешь…

Чем он, интересно, сейчас занимается? Диктует, наверное, очередное донесение, которому в штабе не смогут поверить? Эй, Проводник?..

«Скорынин сейчас в Москве, у начальника ГРУ, — живо откликнулся Проводник. — Там еще два человека в штатском, один является незримым консультантом Президента, второй — начальник института аномальных явлений при ФСБ. Только что закончили просмотр видеоматериалов по твоей нестандартной личности».

«Остришь. Что же он и волну заснял?»

«Все заснял, каждую секунду общения».

Что ж, подумал я, глупо было бы не предполагать этого, я и представления не имею об нынешнем уровне техники у разведки. Как, впрочем, и раньше не имел. Но не этого ли я хотел? Где-то в подсознании?..

«Когда начнем шунтировать сердце?» — спросил я.

«Можно бы завтра с утра, но тебя завтра попросит о встрече Президент. Если согласишься, то лучше отложить на денек. После операции тебе с недельку придется находиться в полном эмоциональном покое».

Захочу ли я встретиться с Президентом? Еще вчера от такой вести мое сердце выпрыгнуло бы из груди (или, по крайней мере, наградило меня вторым инфарктом), а нынче… Пожелай я, Матр доставит мне Президента в одно мгновение прямо сюда. Но обижать человека не стоит. К тому же, не исключена вероятность того, что он предложит что-нибудь, что развеет мою скуку.

Я мог узнать, что мне предложит Президент прямо сейчас, но решил не портить себе удовольствие от ожидания. Став всемогущим я фактически понял римских обжор, которые специально голодали или не пили воду по несколько дней, наслаждаясь именно ожиданием. Это для обычных людей ожидание смерти подобно. Для тех, кто стоит в очередях, ожидает получку, чтоб заплатить за квартиру, ожидает день рождения, чтоб получить подарок, ожидает Новый год, чтоб получит право попраздновать. Для тех, чья жизнь сплошной праздник, ожидание похоже на приправу к экзотическому блюду.

«Ты сон мой видел?» — спросил я Проводника.

«Естественно».

Это он от меня научился, что ли. Одно из моих «вредных» словечек, ироническое «естественно».

«Продолжить можешь?»

«Достаточно вернуть ритмы твоего мозга в тот эпизод. Будешь спать?»

«Давай», — сказал я, устраиваясь поудобней.

Вялый интеллигент вошел в свою квартиру, равнодушно поцеловал жену, поставил чемодан в угол и достал плоскую бутылку коньяку.

— Постой! — остановил он метнувшуюся на кухню жену, — в чемодане у меня есть сардины, шпроты, печень трески в масле, круг московской колбасы, икра, балык, фрукты…

Все это он выставил на кухонный стол, и привычная затертая клеенка стала выглядеть скатертью-самобранкой — изобильно, дорого и вкусно.

Жена смотрела на него с удивлением, но больше с робостью. Каким-то странным стал он за прошедший месяц отлучки. Сперва уехал ни с того ни с сего, — всполошенный, нервный, — а вот теперь сидит такой высокомерный, недоступный, цедит сквозь зубы банальные слова, но что самое главное — не снял даже пиджака. «Черт, одет с иголочки, — подумала жена, — деликатесов — полный чемодан… Откуда же у него деньги?!»

В одно время мелькнула даже мысль: «Выиграл по какой-нибудь лотерее, а потом поехал в Москву деньги получать. Но… Ведь столько уже лет вместе, все беды и горе — пополам, а тут утаил?»