Прорыв - Аргус

Первых, бедных и бесплатно. Вторых — богатых, за очень большие деньги. Но тут нужно будет подумать, что лучше. Наладить массовое лечение, или лечить выборочно, самых богатых. Можно так, одного бесплатно — одного за большие деньги.

— А разве мы не сделаем это лекарство доступное для всех? — спросил Виктор.

— Если мы это сделаем, можешь с ним попрощаться! Чтобы его сделать доступным, мы должны его запатентовать. А когда мы подадим заявку на патент, менагеры которые там сидят, тут же продадут его на Запад за толику малую. И мы еще можем оказаться даже не авторами своего изобретения! И нам придется платить кому-то за право его использовать! Когда в стране главный лозунг «Обогащайтесь» каждый зарабатывает как может! — отрезал профессор, — сделав его доступным, мы на самом деле, можем отрезать к нему доступ вообще. Но не это самое главное.

— А что же еще? — вздохнул юноша.

— Я работаю над препаратом, который незатейливо назвал «Панацея»! — скромно произнес фармацевт, — как ты знаешь, Панацея — это мифическое или предполагаемое универсальное средство, способное исцелить от всех болезней или решить любые проблемы. Сейчас в медицине и науке считается, что абсолютной панацеи не существует. Термин восходит к древнегреческой мифологии. Он образован от имени богини Панакеи (Panakeia — «всеисцеляющая»), дочери Асклепия — бога врачевания.

— Я помню, — кивнул Виктор, — в медицине изначально под панацеей понимали универсальное лекарство, которое пытались изобрести средневековые алхимики для излечения абсолютно всех недугов и достижения бессмертия. В переносном смысле, это вымышленное или идеальное средство для разрешения всех жизненных проблем, выхода из кризиса или устранения любых трудностей (например, «панацея от бедности», «панацея от всех зол»). Существует тавтология, фраза «панацея от всех болезней» в строгом смысле является лексической ошибкой, так как само слово «панацея» уже переводится как средство от всех недугов.

— Так вот, когда я создам такое лекарство, то в сочетании с Хронолизином и Хонкоцидом, можно будет считать, что люди смогут жить очень, очень долго. А вот кому столько жить, а кому жить столько, сколько ему судьба отмерила, будут те, в руках которых и будут эти препараты, — ответил Константин Сергеевич.

— А Вам не кажется, что это может быть очень опасным для нас самих? — осторожно спросил зумер.

— А это все зависит о того, как мы это все организуем. Да кто-то получит личное бессмертие, как им будет казаться. Но без получения регулярных доз этих препаратов, их бессмертие быстро закончится! — усмехнулся старик, — наша задача сделать так, чтобы никто и не думал наехать именно на нас. Знаешь, что храм неприкосновенность Храма Аполлона в Дельфах обеспечивалась Дельфийской амфиктионией — священным союзом греческих племен Амфиктиония. Этот религиозно-политический статус гарантировал защиту самому святилищу, его сокровищам и всем паломникам Амфиктионии, однако на практике статус часто нарушался. Члены амфиктионии давали клятву не разрушать города-участники и защищать Дельфы от любых посягательств АМФИКТИОНЫ (AMPHICTYONES).

Дельфийский оракул и святилище считались общегреческой святыней Святилище Аполлона, бога солнца, поэтому государства признавали независимость Дельф и неприкосновенность богомольцев во время пути. Когда нейтралитет или неприкосновенность нарушались, союз объявлял так называемые «Священные войны» для наказания агрессоров, пытавшихся захватить контроль над храмом (например, фокейцами).

— Тем не менее, — возразил Виктор, — Несмотря на статус, в периоды острых конфликтов неприкосновенность святилища неоднократно нарушалась. Так Третья Священная война триста пятьдесят шестой — триста сорок шестой год до нашей эры, когда Фокейцы захватили Дельфы и использовали храмовые сокровища для финансирования военных действий. Или македонская и римская эпохи, когда Святилище подвергалось разграблениям, а его богатства вывозились завоевателями.

— Правильно! Поэтому нам придется создать такую систему, когда нас тронуть будет опасно для жизни! — рассмеялся зумер.

— Вот именно! И это будет не просто! А думать об этом нужно уже сейчас, — наставительно произнес старик.

Вечером Виктор лежал в кровати и обдумывал текущее положение дел. Вроде бы все было в порядке. Мама в новом браке родила сводную сестренку, Дашу, очаровательную кроху, и была весьма счастлива. С этой стороны было все хорошо. Сам Виктор шел на красный диплом. Ему оставался учиться еще один год. Потом он планировал поступить в аспирантуру и получить степень. Не из тщеславия, а из необходимости. Степень придавала ему необходимую солидность.

Он продолжал посещать зал Тимура. Там он оттачивал искусство владения ножом и защиты от ножа, а также поддерживал форму молниеносных поражающих ударов. Его средний уровень поражения составлял девяносто пять процентов. В фитнес-зал он давно уже не ходил. Вместо этого на своем огромном балконе он оборудовал свой личный спортзал, что ему было вполне достаточно. И с этой стороны тоже было все хорошо.

Единственная сторона его жизни, где он видел проблему, это были отношения с противоположным полом. К него было несколько непродолжительных связей с девушками со своего курса, но они быстро заканчивались, когда сокурсницы понимали, что он не собирается на них жениться. Рана нанесенная ему Леной уже зажила, но доверия к женскому полу она не добавила. А с другой стороны он был слишком занят, чтобы иметь возможность уделять своей девушке достаточно внимания и времени. Оно все уходила на разработку новых препаратов и учебу. Лучшим выходом было бы привлечь девушку к это работе. Но это требовало очень высокой степени доверия, чего пока не было. Виктор прекрасно выдел, что тех, с кем имел отношения, в первую очередь интересовали его квартира и машина.

Пока он предавался этим размышлениям, раздалось пиканье его работающего ноутбука. Он встал с кровати и сел на стул. С тех пор как на него напала шпана Виктор с отцом приняли меры предосторожности. Когда они купили автомобиль, то установили на нем четыре видеорегистратора на каждую сторону. Они вел непрерывную запись в течении суток. Когда юноша шел вечером домой он менял записывающее устройство, а то которое забирал, подключал к ноутбуку. Программа, которую написали специально для него, анализировала запись, ища повторяющиеся события. Такие как, например, одни и те же автомобили, которые следовали или неоднократно встречались с автомобилем зумера на протяжении суток. Так же происходил анализ лиц людей. И вот программа обработав сегодняшние дневные записи подала сигнал о выявлении совпадений.

Пощелкав по клавишам, Виктор увидел снимки одного и того же черного внедорожника который с утра, держась на