Ольга Чигиринская - Мятежный дом

— Родную сестру этой драхмы вы вытащили из кармана одного из киллеров, — сказал Морита. — В истории обеих монет последняя запись гласит, что они — часть выплаты экипажу шхуны-брига «Паломник» за левиафана, проданного дому Мак-Интайров.

— Верно, — Ройе прокатил монетку в пальцах. — И что из этого?

— Вы получили сведения о том, что руководила исполнителями некая Дэлва Бай, погибшая, извините за тавтологию, при исполнении.

— Допустим.

— Деньги «Паломника», — медленно проговорил господин Морита, — все до последней драхмы получил Мосс Нейгал. Такова была цена за голову его родного отца. Ну, собственно, голову отца Мосс не должен был добывать, его задачей было перекрыть Эктору Нейгалу все каналы связи с внешним миром, чтобы он не мог попросить о помощи. Но так или иначе Нейгал был обречен. Он оказался плохим отцом, вы не находите? Хорошего отца продали бы по меньшей мере за триста тысяч.

— И у вас есть доказательства того, что именно Мосс Нейгал оплатил убийство моего брата деньгами с «Паломника»? — голос звучал как чужой. Ройе попытался бесшумно прочистить горло, и не преуспел.

— Да. О, да. В казне «Паломника» лежала некруглая сумма. Пять тысяч семьсот две драхмы, если быть точным. Нейгал-младший отдал Дэлве Бай ровно пять тысяч, а остальное потихонечку слил на рынке Гэнбу через каналы клана Дусс. Рано или поздно ваше расследование привело бы вас на Гэнбу, и вы бы обрушились на клан Дусс со всей яростью, за которую вас называют Детонатором. Вы объявляете вендетту и сносите всю верхушку клана — после чего на свет появляется миротворец, скромный служащий Мосс Нейгал, приносит вам извинения, выплачивает компенсации и становится во главе сильно прореженного клана. Как, скажите на милость, у такого безупречного вавилонского рыцаря, каким был Эктор Нейгал, могла вырасти такая мразь?

«Это не доказательства, а всего лишь спекуляции», — хотел сказать Ройе, но почувствовал, как язык присох к горлу.

— Вы хотите сказать, что доказательств я пока не привел, — улыбнулся господин Морита, глядя Ройе в глаза. — Но не можете. Потому что вдохнули токсин, который я нанес на бланк. Вы большой законник, господин Ройе, вы должны были его тщательно проверить. Как радостно видеть, что я в вас не ошибся.

Ройе все еще мог двигать веками и закрыл глаза. Он сам не помнил, в какой момент расслабленные мышцы отказались напрячься. Огромным усилием он смог открыть рот и издать… тихий шипящий звук.

— Как тяжело, когда хочется кричать, а голоса нет, — серьезно сказал господин Морита. — И как унизительно, когда собственное тело не повинуется тебе. Если я перебрал с дозой — а я вообще страшный перестраховщик, мастер Ройе, — у вас вскоре расслабятся еще и сфинктеры. Вы непременно захотели бы проверить, говорю ли я правду. И допросили бы меня под шлемом или наркотиком, а у меня аллергия на некоторые препараты и сильное отвращение к шлему. Что поделаешь, моя жизнь мне дороже вашего достоинства. Я принял меры к тому, чтобы избежать допроса. Вы наверняка подумали — почему такой мелкий жулик так много болтает? Теперь вы знаете: я ждал, пока подействует токсин.

Ройе снова открыл глаза — главным образом потому, что это было единственное доступное ему действие.

— Доказательства здесь, — визитер положил на стол мнемопатрон. — Я взломал терминал Нейгала еще тогда, в первый раз, он так и не поставил новую защиту. Логи своих переговоров с Дэлвой он стер, а вот стереть журнал выходов на связь не догадался. Впрочем, вы уже поняли, что деньги «Паломника» Мосс Нейгал получил из моих рук. Думаю, вы окончательно мне поверите, когда Мосс подбросит парочку «доказательств» причастности клана Дусс к вашей семейной трагедии.

Синоби встал с кресла и обошел Ройе кругом. Слышать его голос из-за спины и не мочь повернуть голову — в жизни Ройе было мало более жутких моментов.

— Госпожа Бай была сожительницей некоего Джориана, мелкого бандита и работорговца. Когда наш мальчик выпотрошил Джориана прямо в тайсёгунском дворце, ей пришлось свернуть лавочку: Джориан был пилотом, она — нет. Она сумела устроиться мелким посредником при клане Дусс. Нейгал-младший помог ей: немного взаимного шантажа, немного выгоды — и вот она занимается оптовыми закупками рабов для клана в космопорте Лагаш. Дела идут относительно хорошо: на шахтах Гэнбу неприспособленные рабы мрут быстро, спрос стабилен. И вдруг все рейдеры разом оказываются в немилости, госпожа Бай опять вынуждена скрываться.

Обойдя кресло Ройе сзади, Моро вышел с другой стороны и сел на стол, покачивая ногой.

— Куда она бросается за помощью? Конечно же, к старому приятелю Моссу. Тот, сами понимаете, не рад. Она — преступница, он — укрыватель. Что делать? От Дэлвы надо избавляться, но она не одна, с ней еще два головореза, а Мосс, в отличие от отца, не боец.

И тут он получает новости о шумихе в Киннане и его осеняет. Ричард Суна, Дэлва и вы. Все яйца в одной корзине. Теперь только бы успеть. Он берет катер, сажает туда Дэлву и ее товарищей по несчастью и несется в Киннан. Я уж не знаю, чем он ее соблазнил, помимо денег — вы это из него вытянете сами. Но положение у Дэлвы было отчаянное, Нейгал платил имперской твердой монетой, да и отомстить вам за свои невзгоды и Дику за своего любовника она, скорее всего, хотела совершенно искренне. Моссу казалось, что он ничем не рискует — на всей Картаго только он и я знали происхождение этих денег. Меня он в расчет не принял. Зря.

Моро опять достал из рукава футляр для документов и начал вертеть его в пальцах.

— Вы можете даваться вопросом, каков мой интерес в этом деле. А может, вы уже догадались, что я всей своей черной душой питаю неодолимую извращенную страсть к нашему юному капитану и просто желаю смерти людей, покушавшихся на него. Потому что покушаться на него — моя исключительная привилегия. Я бы убил поганца Мосса лично — и у меня все еще чешутся руки. Вы себе не представляете, какой жертвой с моей стороны было поехать к вам, а не вернуться на Гэнбу, чтобы укоротить его на голову. Но предпочтительней, чтобы Мосс Нейгал умер от вашей руки, и чтобы клан Дусс при этом оказался слит с кланом Сога или уничтожен. Если вы этого не сделаете, его подгребут под себя Кимера, и вы владетелям Сэйрю будете уже не соперники. А поскольку вы моему капитану благоволите, мне выгодней ваша победа, — Моро склонил голову набок и засмеялся.

Ройе не мог даже скрипнуть зубами — мышцы лица расслабились, челюсть отвисла, слюна не катилась изо рта лишь потому, что голова запрокинулась под собственной тяжестью.

Моро в считанные доли секунды переменился так, что теперь любая могила с ним рядом могла бы выглядеть легкомысленно.