Прорыв - Аргус

— Ну что, Воронов, как твои дела с девушкой ради которой ты так изменился? — улыбаясь спросила она с интересом рассматривая преобразившегося юношу.

— Никак, я решил, что меняться ради девушки это глупо! Меняться нужно только ради себя! — ответил Виктор, — и теперь я не Воронов, а Крашенинников, по своему отцу, который меня нашел!

— Ну успехов, — пожелала ему девушка и отошла. А успехи были. Время, потраченное летом зря не пропало. Учителя были поражены не только преображением в его внешности, но и знаниями, которые он стал демонстрировать. Они были такими, что его стали послать на олимпиады. По английскому языку он показал такие успехи, что экзамен по ЕГЭ ему потом зачли автоматом. Так же было по истории, где произошел курьез. Там Виктор сцепился с экзаменатором, обвинив того, в незнании темы. Это ему подсказал отец, бывший профессор. Произошел скандал, но правота юноши подтвердился. А когда узнали, кто его отец, он получил первое место и тоже освобождение от выпускного экзамена.

А еще была олимпиада по китайскому языку, который организовало посольство Китая. По совету отца, Виктор тоже принял участие. От их школы были он и Лена. Они прошли районные, городские и областные соревнования, и дошли до финала. В ожесточенной борьбе победил Виктор.

После получения диплома на улице к нему подошел разъяренный жених Лены.

— Ты что себе позволяешь, босяк? — прошипел он ему в лицо, — Лена расстроилась, а с ней расстроился и я! А сейчас расстроишься и ты! За его спиной маячили два мордоворота охранника.

— Это было честное соревнование, — процедил Виктор, — нужно было лучше учить язык. Отвали, и не брызгай слюной мне в лицо.

— Ах ты, сученыш! — и жених попытался ударить юношу в лицо. Зумер блокировал его руку и воткнул согнутый палей еле заметным резким движением ему в солнечное сплетение. Тот стал широко раскрывать рот, как рыба выброшенная на берег и стал оседать. Виктор его подхватил и усадил на скамейку. К ним приблизились телохранители.

— Ему вдруг плохо стало, — пояснил юноша, — жарко, а он сильно переволновался наверное.

Но жених, разевая рот стал тыкать пальцем в сторону Виктора. Охранники набычившись и разминая кулаки двинулись с угрожающим видом в сторону зумера.

— Господа! — с опаской спросил победитель конкурса на знание китайского языка, — я так понимаю, вы хотите меня побить?

— Еще как! — прорычали громилы, приготовившись начать экзекуцию.

— Жаль! Но не в этот раз! — резко ответил Виктор и пробил с обеих рук согнутыми пальцами в кадыки охранников. Те выпучив глаза, захрипев и схватившись руками за горло стали оседать на асфальт. Виктор подхватил их и усадил рядом с женихом на скамейку. А потом наклонившись к нему тихо сказал:

— Отвали от меня, баран! А не то я залезу ночью к тебе в спальню и перережу горло. Я контуженый после аварии, у меня справка есть! Бывай, не кашляй! — и выпрямившись не оглядываясь юноша отправился к станции метро.

— У него точно справка есть? — спросил отец Лену. Они наблюдали за всем происходящим из внедорожника.

— Он же в аварии головой треснулся об стойку, два дня без сознания пролежал, — пожала плечами дочка, — папа, он что просто так уйдет? Он же унизил и избил Джамиля!

— Твоего жениха давно было пора проучить, для его же блага. Он ведет себя неадекватно! А ведь он мог нарваться и на пулю! Это Москва. Тут всякое может быть. Пусть идет, а то он отоварит и наших охранников. Идем поможем ему, а то неудобно, вроде бы будущий родственник, — произнес Федор Иванович, выходя из машины.

Последствий это происшествие для Виктора не имело. Жизнь продолжалась. Он переехал в трёхкомнатную квартиру в новостройке, а до этого, еще учась в школе, купил хороший внедорожник, на котором стал ездить на занятия, чем вызвал там новую волну фурора. Но машина ему была нужна не для понтов, а для поездок в фармацевту.

Там однажды стоялось расширенное заседаний научного совета ООО «Хронолизин».

— Константин Сергеевич, — обратился к фармацевту Виктор, — я много думал, и мне кажется, что препараты просто продлевающие жизнь, с коммерческой точки не очень удачны.

— Это почему? — сварливо произнес старик.

— Сами подумайте, это годится только для совершенно здоровых людей. А где Вы таких видели среди богатых людей? Они предаются всем порокам, какие только существуют. Этим наш препарат им не поможет! А значит и покупать они его будут вряд ли! — задумчиво произнес юноша, — и потом, как мы докажем, что наш препарат продлил им жизнь? А это не произошло само по себе? И без наших препаратов? Они могут решить, что мы жулики и шарлатаны, которые парят им уши!

— В твоих словах есть большая доля правды, — согласился фармацевт, — что ты предлагаешь? Свернуть работу, которой я посвяти всю свою жизнь?

— Ни в коем случае, Константин Сергеевич, ни в коем случае! — произнес зумер, — это гениальное открытие и изобретение, просто мы изменим его предназначение. Скажите, профессор, мы уже производим сам хронолизин с помощью биотехнологии.

— Да, мы встроили ген, продуцирующий этот гормон, в генный аппарат кишечной палочки, и ее культура в биологическом реакторе нарабатывает его в промышленных масштабах. Он нам нужен, для производства диагностических иммуноферментных систем, — подтвердил фармацевт, — мы использовали такой же подход, который использует фирма Eli Lilly для производства инсулина марки «Хумулин» с тысяча девятьсот восемьдесят второго года.

— Отлично! Теперь нам нужно получить фармакопейную форму Хронолизина, для того, чтобы мы могли вводить его в организм человека, — сказал Виктор.

— Не понял, — растерялся ученный, — мы всю дорогу пытаемся нейтрализовать действие это гормона в организме, а ты предлагаешь ввести его? Мы же убьем пациента ускоренной старостью! Хотя, если предложить спецслужбам такой способ умерщвления врагов, то никто никогда не поймет от чего умер человек! Отличная идея, Виктор! — оживился старик.

— Никого убивать мы не будем! И тем более связываться со спецслужбами! — строго произнес юноша, — этого еще не хватало! Нас посадят в закрытую лабораторию из которой мы никогда не выйдем! Вот оно нам надо?

— Тогда объясни, чего ты хочешь? — не