Вызов Хроноса - Ирина Малаховская-Пен

– У сестры, – нехотя сказал Никита. – Ты не цыганка. Ты бы не поняла… не приняла.

– Я не цыганка? – возмутилась Надя. – Какой же ты… да я до десяти лет в таборе росла!

– Точно. Я и не подумал…

Девочку звали Ева, ей уже исполнилось пятнадцать лет. У Никиты ещё до встречи с Надей был роман с её мамой, ничего серьезного. Но девушка родила. Он сказал, что помогать будет, но замуж не возьмёт. Договорились полюбовно, а через год после того, как Никита женился на Наде, мама Евы умерла от воспаления лёгких. Пришлось ему в одиночку решать судьбу девочки. К себе в семью Никита и не подумал взять дочь, отвёз к сестре в Красноярск. Часто навещал. Наде правду так сказать и не решился.

Когда всё выяснилось, Никита после недолгих Надиных уговоров привёз дочку домой. Не всё было просто и гладко поначалу, но как-то научились жить одной семьёй. Всё сложилось в конце концов наилучшим образом, и Надя с Никитой была очень счастлива. И детей всех любила, и на своих-чужих не делила. Вот только червячок сомнения по поводу верности Никиты так и не уполз совсем из Надиной души. Нет-нет, да обращалась она к Лизе с просьбой погадать по-дружески. Вот и сегодня заехала в гости, привезла вино и тортик. Улыбалась своей совершенной неотразимой улыбкой, беспечно откидывала назад волшебно-гладкие черные волосы, а потом:

– Лиза, погадай, а?

Лиза разложила карты. Изучила их.

– Ничего нового… всё чётко, как в банке. Никита по-прежнему твоя судьба, и не изменяет тебе.

Надя выдохнула и разлила вино по бокалам:

– Уф. Ну и ладненько. И спасибо тебе, красавица моя. Ты меня порадовала, как всегда.

Они выпили, и Надя вдруг спросила:

– Слушай, у тебя никогда такого не бывает… вдруг возникает ощущение, что ты находишься не там, где должна быть. Не с тем. Не в тех обстоятельствах. Мелькает это чувство, выводит из равновесия на пару мгновений, и снова исчезает. Не бывает, нет?

– Не бывает, нет! – засмеялась Лиза. – Откуда? Я же ещё молодая совсем.

– Ну, не скажи… всё относительно. Пора бы и тебе уже о личной жизни подумать. Есть кто-нибудь на примете?

– Ой, да когда мне, Надь… я то учусь, то бабушке помогаю, а то сама уже начала людей принимать. Всё одна сплошная магия, даже влюбиться некогда. Да и не в кого.

Лиза

Лиза лукавила. Несколько дней назад произошла с ней интересная история. Ехала она на своей машинке, и врезалась в какую-то старую русскую колымагу цвета «мокрый асфальт». Уронила сотовый, полезла поднимать, и не увидела, что впередиидущая машина затормозила. Ба-бах!

Она выскочила из авто и посмотрела на размеры катастрофы. Ничего особенного не случилось. Второй участник ДТП выбрался из машины и шёл к ней, хмуря брови. Но по мере того как подходил, лоб его разглаживался.

– Извините! – воскликнула Лиза, когда парень подошёл.

– Ничего страшного, – завороженно сказал он. – Можете врезаться в меня ещё раз, если хотите.

Лиза промолчала. Тогда парень сказал:

– Я немного тороплюсь. Но если вы будете кого-нибудь вызывать, подожду.

Лиза хотела сказать, что будет вызывать. Чтобы ждать вместе с ним. Но повреждений почти не было, а те, что были, не стоили траты времени. Молодые люди с сожалением расстались, и теперь Лиза всё видела про этого парня третьим глазом. В любой момент могла посмотреть, где он находится, и что делает. Она уже знала, что парень живёт один в старом доме номер семь по улице Горького. Работает журналистом в местном поселковом издании. И зовут парня Андрей – так обращались к нему друзья и начальник. Перестать думать об Андрее и видеть его у Лизы никак не получалось. Если бы она была способна предсказать свою судьбу, то поняла бы – это она и есть. Но редкая ведьма может увидеть своё будущее.

Андрей

И почему он, дурак, не попросил у неё телефон? Торопился. У них в газете заранее готовилась большая статья о героях войны из Сибири. Он как раз возвращался из Красноярска от одной пожилой пары. Пётр и Людмила – Андрей думал, супруги. А оказалось – брат с сестрой. Они рассказывали о своём двоюродном брате по имени Захар Тимофеевич Берёзкин, который погиб на фронте в сорок третьем году. Показывали фото. Морозов переснял старую фотографию статного молодого мужчины в форме на сотовый, а рассказ племянников записал на диктофон. Периодически угукал да огокал, а сам слушал не очень внимательно, потому что мучительно думал: откуда ему так знакомы имя, отчество и фамилия героя великой отечественной? В конце концов Андрей не придумал ничего лучше, как задать вопрос совершенно не по делу:

– А по какой линии он вам брат? По материнской?

Пётр помотал седой головой:

– По отцовской. Его отец, Тимофей, был родным братом нашего отца, Марка.

– Это он вас так сильно старше?

– На двадцать пять лет почти меня старше, – усмехнулась Люда. – Мы его никогда не видели, конечно. Но дядька Тимофей им безумно гордился до самой своей смерти. А наш батя…

– Людмила, помолчи, – строго перебил её брат.

– Нет, вы скажите, – Морозов выключил диктофон. – Что вы хотели сказать про своего отца? Я нигде это не опубликую. Просто вы меня уже заинтриговали.

Пенсионеры переглянулись, и Пётр сказал:

– Наш отец считал Захарку дураком. Мол, погиб не пойми за что. Надо было спрятаться, не ходить на ту войну.

– А ваш отец жив? – спросил Морозов.

Они посмотрели на него, как на умственно отсталого.

– Ах, ну да. Простите.

Их отцу, Марку, сейчас было бы хорошо за сто. Мало кому удаётся прожить сто и больше лет. Но почему вся эта история кажется ему такой знакомой?!

Андрей попрощался с Петром и Людмилой и поехал в редакцию. Хотелось спихнуть материалы в стол, – не горит. И прогуглить Захара Берёзкина. Может, ему где-то раньше попадалась какая-нибудь информация о нём? А тут случилось ДТП по дороге в офис. Он сначала психанул, а потом увидел ЕЁ. И тут же втрескался по уши. А ещё испугался – слишком хороша была для него незнакомка в маленькой хорошенькой иномарке. Так испугался, что ни имени не узнал, ни телефона