Кассандра Клэр - Город священного огня (др. перевод) (ЛП)

— Ерунда какая-то, — сказал Саймон. Он встал поближе к Изабель, и теперь они стояли плечом к плечу. Джейс протянул руку и пробежался пальцами по волосам Клэри, позволяя локонам скользить сквозь пальцы. Алек вспомнил момент, когда понял, что Джейс влюблен в нее: он смотрел на своего парабатая на другом конце комнаты, пока тот ловил каждое ее движение. Он еще тогда подумал: Она это все, что он видит.

— У нас у всех были сны, — сказала Клэри, — они ничего не значат. Помнишь, что я сказала ранее? Мы останемся вместе.

Джейс поцеловал ее в лоб и встал на ноги, протянув ей руку. Спустя миг Клэри приняла ее, и выпрямилась рядом с ним.

— Я ничего не видел, — сказал он мягко. — Хорошо?

Она колебалась, явно не доверяя ему, но, также явно, не желая настаивать.

— Хорошо.

— Терпеть не могу мешать, — сказала Изабель, — но кто-нибудь видел выход отсюда?

Алек вспомнил о своем стремительном подъеме на холмы в поисках остальных, видя только горизонт перед собой. Он увидел, как его компаньоны побледнели, оглядываясь вокруг.

— Думаю, — предположил он, — что отсюда нет выхода. Ни отсюда, ни по туннелю. Думаю, он закрылся за нами.

— Так это было путешествие в один конец, — сказала Клэри со слабым трепетом в голосе.

— Не обязательно, — сказал Саймон. — Мы должны добраться до Себастьяна, ведь мы знали это. И раз мы попали сюда, Джейс мог бы попробовать использовать священный огонь или что там… не в обиду.

— Ничего страшного, — ответил Джейс, поглядев на небо.

— И когда мы спасем заложников, — сказал Алек, — то Магнус сможет вернуть нас. Или мы сможем выяснить, как Себастьян уходит отсюда и возвращается. Есть несколько выходов из этой ситуации.

— Звучит оптимистично, — заключила Изабель. — А что если мы не сможем спасти заложников или убить Себастьяна?

— Тогда он убьет нас, — сказал Джейс. — Тогда уже не будет важно, что мы не знаем, как вернуться назад.

Клэри расправила свои хрупкие плечи.

— Тогда нам лучше немедленно найти его, разве нет?

Джейс вытащил свое стило из кармана, и снял браслет Себастьяна с запястья. Он сжал его пальцами, используя стило, чтобы нарисовать поисковую руну на тыльной стороне ладони. Спустя мгновение, а затем еще одно, и на лице Джейса появилось выражение сильной сосредоточенности. Он поднял голову.

— Он не так уж и далеко, — сказал он. — Один или два дня пути, — он снова натянул браслет на запястье. Алек многозначительно взглянул на него, а затем на Джейса. Если не могу склонить Рай — Преисподнею воздвигну.

— Если я буду носить его, то не потеряю, — объяснил Джейс, и когда Алек ничего не ответил, он пожал плечами и начал спускаться вниз по склону. — Нам пора, — сказал он, оглядываясь через плечо. — Нам предстоит долгий путь.

— Пожалуйста, только не оторви мне руку, — воскликнул Магнус. — Мне нравится эта рука. Мне она нужна.

— Хм-м, — произнес Рафаэль, стоя рядом с ним на коленях и держа руки на цепи, тянущейся между наручниками на правой руке Магнуса и металлическим кольцом из адамаса, глубоко замурованным в полу. — Я лишь пытаюсь помочь. — Он с силой дернул цепь, Магнус вскрикнул от боли и уставился на него. У Рафаэля были длинные мальчишеские руки, но внешность была обманчива: он обладал силой вампира и в данный момент использовал ее на то, чтобы с корнем выдернуть цепи Магнуса.

Клетка, в которой они находились, образовывала круг. Пол был выполнен из наложенных друг на друга гранитных плит. Внутри вдоль стен тянулись скамьи. Двери заметно не было, лишь только узкие окна — узкие, словно бойницы. В них не было стекол, и сквозь них можно было разглядеть, что стены толщиной не меньше фута.

Когда Магнус проснулся в этой комнате, вокруг него собралась группа Темных Сумеречных охотников в красном облачении, которые прикрепляли его цепи к полу. Прежде чем дверь за ними с лязгом захлопнулась, он увидел стоящего в коридоре Себастьяна с ухмылкой, как на черепе.

Теперь у одного из окон, выглядывая наружу, стоял Люк. Никому из них не дали переодеться, поэтому на нем по-прежнему были брюки от костюма и рубашка, которые он надел на ужин в Аликанте. Вся передняя часть рубашки была покрыта рыжими пятнами. Магнусу приходилось напоминать себе, что это вино. Люк выглядел измученно, волосы спутались, одна из линз в очках треснула.

— Что-нибудь видишь? — спросил Магнус, когда Рафаэль передвинулся на другую сторону, чтобы посмотреть, не проще ли освободить левую руку. Только Магнус был на цепи. К тому времени, когда он проснулся, Люк и Рафаэль уже не спали: Рафаэль прислонился к одной из скамеек, а Люк звал Джослин, пока не охрип.

— Нет, — коротко ответил Люк. Рафаэль, вскинув брови, посмотрел на Магнуса. Он выглядел взъерошенным и юным, зубы впились в нижнюю губу, а костяшки пальцев, сжимающих звенья цепи, побелели. Цепи были достаточно длинными, чтобы позволять Магнусу сидеть, но не стоять. — Только туман. Серо-желтый туман. Может, горы вдалеке. Трудно сказать.

— Думаешь, мы все еще в Идрисе? — спросил Рафаэль.

— Нет, — коротко произнес Магнус. — Мы не в Идрисе. Я чувствую это в своей крови.

Люк взглянул на него.

— Тогда где мы?

Магнус чувствовал жжение в крови, начало лихорадки. Она щекотала его нервы, сушила рот, вызывала боль в горле.

— Мы в Эдоме, — сказал он. — В измерении демонов.

Рафаэль выронил цепь и выругался по-испански.

— Я не могу тебя освободить, — явно разочарованно проговорил он. — Почему слуги Себастьяна посадили на цепь только тебя и никого из нас?

— Потому что Магнусу нужны руки для магии, — ответил Люк.

Рафаэль удивленно взглянул на Магнуса. Тот пошевелил бровями.

— Что, не знал этого, вампир? — сказал он. — Я думал, ты уже все понял, ты довольно долго живешь.

— Возможно. — Рафаэль присел на корточки. — Но я никогда особо не имел дела с магами.

Магнус бросил на него взгляд, говорящий: «Мы оба знаем, что это неправда». Рафаэль отвел глаза.

— Жаль, — проговорил Магнус. — Если бы Себастьян поискал получше, то узнал бы, что в этом измерении я не могу творить магию. В этом нет необходимости. — Он загремел цепями, как Призрак Марли.

— Так, вот где все это время прятался Себастьян, — проговорил Люк. — Вот почему мы не могли его отследить. Это его операционная база.

— Или, — произнес Рафаэль, — это всего лишь место, где он нас оставил умирать и гнить.

— Он бы не стал так заморачиваться, — сказал Люк. — Если бы он хотел нашей смерти, то мы бы уже были мертвы, все трое. У него план посерьезнее. Как и всегда. Я только не знаю, зачем… — Он замолчал, посмотрев на свои руки, и Магнус вдруг вспомнил его гораздо моложе, с развевающимися волосами, взволнованным взглядом и сердцем на рукаве.