Кассандра Клэр - Город священного огня (др. перевод) (ЛП)

— Асмодей — один из Высших Демонов бездны между мирами, — сказал Джейс, встречаясь взглядом с Клэри. Она знала, он помнил слова Лилит, также как и она. У него было такое же видение, которое им показал ангел Итуриэль.

— Как Аббадон? — поинтересовался Саймон. — Он был Высшим Демоном.

— Намного могущественней. Асмодей — это Принц Ада — всего их девять. Фати. Сумеречные Охотники даже не надеются их победить. Они могут уничтожить ангелов в битве. Они могут перестроить мир, — сказал Джейс.

— А Асмодеи — это дети Асмодея. Сильные демоны. Они осушили мир и оставили его другим, более слабым демонам, чтобы те убрали мусор, — голос Алека был слабым. — Это больше не зал Совета. Это могила. Могила для жизни этого мира.

— Но наш ли это мир? — повысила голос Изабель. — Может мы попали в будущее? Если Королева нас обманула…

— Не обманула. По крайней мере, не в том, где мы находимся, — ответил Джейс. — Мы не попадали в будущее, мы в потустороннем мире. Это зеркальное измерение нашего мира. Место, где история течет чуть изменяясь.

Он зацепился большими пальцами за свой ремень и оглянулся вокруг.

— Мир, в котором нет Сумеречных Охотников.

— Это как Планета Обезьян, — сказал Саймон, — За исключением того, что там показывали будущее.

— Да, что ж, вот это может стать нашим будущим. Если Себастьян добьется желаемого, — проговорил Джейс. Он постучал по панели с женщиной, держащей горящий скептрон, и нахмурился, а потом толкнул дверь.

Она распахнулась со скрипом петель, который пронзил воздух словно ножом. Клэри поморщилась. А Джейс выхватил меч и, осторожно, заглянул через щель в двери. Там была комната, заполненная сероватым светом. Он толкнул дверь плечом, чтобы сильнее ее открыть и скользнул через щель, указывая другим подождать.

Изабель, Алек, Клэри и Саймон переглянулись и последовали за ним, не говоря ни слова. Алек вошел первым, с натянутым луком, потом Изабель со своим кнутом, Клэри с мечом и Саймон с глазами, сверкающими как у кошки в темноте.

Внутри Зал Советов выглядел знакомо и в тоже время нет. Пол был мраморным, в трещинах и надломах. Во многих местах огромные черные кляксы поверх камня, остатки древних кровяных пятен. Крыша, которая в их Аликанте была стеклянной, давно исчезла, остались только осколки, как острые ножи на фоне неба.

Сам зал был пустым, только в центре стояла статуя. Помещение заполнено тошнотворным желто-серым светом. Джейс, стоя лицом к статуе, развернулся, когда они приблизились.

— Я же сказал вам ждать, — рявкнул он на Алека. — Ты когда-нибудь будешь делать то, что я тебе говорю?

— Технически, ты не сказал ничего, — сказала Клэри, — только показал жестом.

— Жесты тоже считаются, — сказал Джейс. — Я жестикулирую очень красноречиво.

— Ты тут не главный, — отрезал Алек, опуская свой лук. Из его позы ушло некоторое напряжение, было ясно, что, там, в тени никакие демоны не прятались. Ничто не загораживало им вид на разрушенные стены. Ничто, кроме статуи, которая осталась стоять в зале. — Тебе не нужно нас защищать.

Изабель закатила глаза и подошла поближе к статуе, наклоняя голову чуть назад. Это была статуя мужчины в доспехах, его ноги, обутые в сапоги, стояли на золотом постаменте. На нем была замысловатая кольчуга с каменными кольцами, украшенная узорами ангела с крыльями, сложенными на груди. В руке у него была железная копия скептрона, на конце с круглым металлическим украшением, в которое был вставлен красный драгоценный камень.

Кто бы ни создал эту статую, был профессионалом. Лицо человека было красивым, с квадратным подбородком, ясным взглядом, устремившемся вдаль. Но было в нем что-то большее, чем просто красивая внешность. На его лице читалась некая суровость, линия изгиба его рта говорила об эгоизме и жестокости.

На постаменте были написаны слова, хоть и не по-английски, но Клэри все равно могла их прочитать.

ДЖОНАТАН СУМЕРЕЧНЫЙ ОХОТНИК. ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ ИЗ НЕФИЛИМОВ.

— Первый и последний, — прошептала Изабель. — Это место и есть могила.

Алек присел на корточки. На постаменте были еще слова, под именем Джонатана Сумеречного Охотника. Он их прочитал:

И он тот, кто побеждает. Тот, кто чтит мои подвиги до конца. Ему я дам власть над народами. И он будет править ими с жезлом из железа, и ему я дарую Утреннюю Звезду.

— Что бы это значило? — спросил Саймон.

— Что Сумеречный Охотник Джонатан принаглел, — сказал Алек. — Он, наверное, думал, что скептрон не просто спасет его, а еще позволит править миром.

— И я дарую ему Утреннюю Звезду, — повторила Клэри. — Это из Библии. Нашей Библии. И Моргенштерн означает «утренняя звезда».

— «Утренняя звезда» много чего означает, — сказал Алек. — Так может называться самая яркая звезда в небе, или это может означать «огонь, что падает вместе с ангелами, когда они спускаются с Небес». Это также имя Люцифера, свето-приносящего, демона гордыни.

Он выпрямился.

— В любом случае, это означает то, что у статуи в руках настоящее оружие, — проговорил Джейс. — Как на рисунках на двери. Ты сказал, что скептрон — это то, что они создали здесь, вместо клинков серафима, чтобы прогнать демонов. Посмотри на отметины на рукоятке. Он был в сражении.

Изабель поправила свой кулон на шее.

— А красный камень, кажется такой же, как в моем ожерелье.

Джейс кивнул.

— Да, тот же самый.

Клэри уже наперед знала, что он скажет дальше.

— То оружие. Я его хочу.

— Ну, ничего не выйдет. Оно прикреплено к статуе.

— Нет. — Джейс показал рукой. — Смотри, статуя сжимает его, но на самом деле это две разные части. Они вырезали статую, а потом вложили скипетр ей в руку. Предполагается, что его можно вытащить.

— Не уверена, что это так… — начала Клэри, но Джейс уже закинул ногу на постамент, готовясь на него забраться. В его глазах был блеск, который Клэри любила и вместе с тем боялась. Тот самый, который говорил Я делаю то, что хочу, и к черту последствия.

— Подожди! — Саймон бросился к Джейсу, чтобы его удержать. — Простите, но кто-нибудь еще видит, что здесь происходит?

— Неееет, — протяжно проговорил Джейс. — Почему бы тебе нам не рассказать? У нас ведь полно времени.

Саймон скрестил на груди руки.

— Я участвовал во многих кампаниях…

— Кампаниях? — удивленно повторила Изабель.

— Он имеет в виду игру Подземелья и Драконы, — объяснила Клэри.