Смотритель маяка. Книга 4 - Дмитрий Черкасов

— Какой кошмар, Вадим, ты выглядишь как шахтёр на угольной шахте. Это вот всё, — она покрутила пальчиком передо мной, — возможно будет отмыть вообще? Ты же чёрный весь.

Я оглядел себя. Действительно, зрелище я, наверно, представлял ещё то: наобнимался с колёсиками я от души, и это только одно колесо установлено.

— Кажется, в этот раз, госпожа баронесса, откисать в ванной пару часов придётся мне.

— Вот‑вот. И, похоже, делать вы это будете, господин смотритель, не раздеваясь. Какой кошмар, — Юлия шла впереди меня и хваталась за щёки.

На обед у нас была привычная пшеничная каша с добавлением копчёной свинины и лука. Ели все молча, только Юлия и профессор, периодически посматривая в мою сторону, мотали головами.

— Сколько времени у вас ещё уйдёт на ваши работы, Вадим? — спросил профессор, когда мы уже пили чай.

— Ну, на это колесо ушло много времени, потому что пришлось искать решения. Дальше, я думаю, пойдёт лучше. Но лучше не загадывать. Очень уж тут всё древнее.

— Тогда мы с Юлией, наверно, походим по залу, посмотрим, если вы не возражаете, конечно. Я так понимаю, помощи от нас вам в вашей работе не требуется.

— Да, конечно. Я сам. Вот если бы вы там нашли какой‑нибудь сварочный аппарат… — начал я и понял, что такого тут вообще могут и не знать, так как с электричеством местные учёные почему‑то не работают вообще.

— Что, простите? Варочный аппарат? Печку? — удивился профессор.

Баронесса посмотрела на меня выразительно и сделала строгое лицо: видимо, это такой посыл, что я много болтаю неположенного.

— Ну, не знаю. Что‑то такое, что может железные детали соединять. Вдруг у древних было такое — очень бы пригодилось сейчас, — выкрутился я.

— Никогда о таком не слышал, но это интересно. Наверняка что‑то такое у них должно было быть, не правда ли, Юленька?

— Вполне возможно, Борис Моисеевич. Вон тут сколько всего нового для нас открылось. Если у них есть оборудование, чтобы так резать камень, то вполне возможно, что есть и то, чем его соединить.

— Мне бы только масштабом поменьше, — уточнил я с улыбкой, — резать небольшие детали стокилограммовым резаком очень неудобно.

— И весьма расточительно, — заметил профессор.

После чая я снова отправился возиться с колёсами на платформе. Хорошо, что Юлия ушла вместе с профессором, потому как у меня иногда сквозь зубы вырывалось матовое шипение. Каждое колесо надёжно крепилось к ступице шестью болтами, и каждое же колесо было соединено десятью болтами: итого шестнадцать болтов на каждом колесе мне предстояло открутить, и далеко не все они вели себя хорошо. Многие капризничали и упирались.

На замену всех оставшихся колёс у меня всё равно ушло три часа. По‑хорошему, надо было и резиновые сайлентблоки на рессорах поменять, но это уже было выше моих сил: надо и с шахтёрами с матросами поделиться трудовым подвигом, поэтому сами запчасти я прихватил с собой.

Подшипники бы тоже смазать не помешало, кстати, потому как одно из колёс не хотело крутиться на оси совсем. Но смазочных материалов я тут не нашёл, пришлось просто брызнуть пару раз «балистолом»: всё равно что огнестрельную рану подорожником лечить, но, может, в пути и под нагрузкой раскрутится.

Я подогнал платформу к стоящему на кирпичах орудию и, соорудив пандус из двух П‑образных профилей, затащил орудие на платформу при помощи лебёдки багги. Хорошо, что профессор ещё не появился из недр склада, а то бы опять вопросы появились: лебёдкой‑то управлял я с помощью дистанционного пульта.

После погрузки на платформу более чем ста килограммов заклинившее колесо передумало и решило начать крутиться, издавая страшный скрип. Я брызнул ещё немного «балистола»: подорожник не подорожник, а ведь заработало же. Я даже сделал несколько кругов по площадке, оглашая окрестности неимоверными скрипами и стуками.

Пришлось идти на склад и искать какую‑нибудь толстую проволоку для моего прицепного устройства, так как стропа нужна была для крепления орудия на грузовой платформе. Пока искал проволоку, увидел профессора с Юлией и поспешил их обрадовать скорым отъездом.

После того как я «модернизировал» прицепное устройство куском ржавой, но толстой проволоки, подогнал прицеп к штабелям ящиков с зарядами для орудия и загрузил три ящика с двадцатью снарядами в каждом. Также прихватил и четыре ящика с эфирными элементами, по двадцать штук в каждом. Профессор указал на явное несоответствие снарядов и взрывателей, на что получил мутный ответ о возможных осечках.

Насколько было приятно ехать в эту долину и по ней на тихом электробагги, настолько же было неприятно возвращаться на нём же, волоча за собой скрипяще‑грохочущий прицеп. Да ещё и ехать со скоростью в сорок километров в час. Зато в этом прицепе мы везли довольно серьёзный аргумент в нашем споре за право обладать своей землёй и тем, что на ней существует.

22 июля, вторник, продолжение.

— Митрич, это же простая «семидесятка», — вынес вердикт Фёдор, хлопая здоровенной ладонью по стволу орудия, лежащего в прицепе. — Не, она, конечно, тоже лишней не будет. Заряды в ящиках?

— Мпф, — фыркнул стоящий рядом профессор, по‑прежнему имеющий своё собственное мнение о всех военных, бывших или настоящих.

— Нет, Фёдор, это как раз то самое и есть. Не самое мощное, но камень режет даже не как масло, а как воздух. Мы из него постреляли там. Проверили.

— Да быть не может! С виду так такая же пушка…

— Фёдор Сергеевич, это не пушка вообще, — влезла и Юлия, которой тоже, видимо, не понравилась интонация Фёдора. — Это горнопроходческое оборудование. Им скалы режут.

— Простите, Юлия Вольфовна, но коли оно выглядит как обыкновенная пушка, так я и зову это пушкой.

— Так вы хорошенько посмотрите, Фёдор Сергеевич. На казённую часть, например.

— Ага, — кивнул Фёдор и перешёл к казённой части. — А где запальное?

Я запрыгнул на платформу и извлёк винград на глазах у изумлённого Фёдора.

— Сюда, — я показал ему нишу для цилиндра, — вставляется эфирный