Час двенадцати печатей - Денис Варфонум

Кольцов дернулся в сторону и каким-то чудом успел отскочить. Зверь пробежал мимо, а затем развернулся и вновь бросился на Глеба. Тогда он опять попытался сбежать, но не успел. Медведь таки достал его своей когтистой лапой и вспорол спину. Металлические прутья доспеха отлетели в разные стороны, будто щепки. ЭТО ЖЕ КАКАЯ СИЛА У ПОДОБНОЙ ТВАРИ⁈ Рвёт металл словно траву!

В этот момент Глеб понял, что ему точно конец. Бежать больше было некуда, он оказался окружён огромной толпой из тварей и своих же союзников. На земле лежало множество трупов, которые тоже мешали передвижению, а сил теперь добраться даже до Врат не осталось.

ЭТО КОНЕЦ…

Глеб почувствовал подступающий к телу предсмертный холод, хотя раньше с ним никогда такого не было. А затем произошло то, что он запомнит на всю свою жизнь. Последовал очередной раскат грома, и внезапно изнутри его почти что разорвало. В районе груди вдруг затрещало, и он понял, что с ним что-то происходит. Тело завибрировало, глаза закатились, а затем он будто взорвался волной невиданной прежде энергии. Оскаливший пасть медведь, который уже намеревался атаковать парня, вдруг отскочил в сторону, громко зарычав, а затем упал замертво. Глеб затрясся, пытаясь сдержать нахлынувшую волну огромной силы, но куда там. Освободившаяся алая энергия направилась прямиком на тушу того самого медведя и ещё нескольких призывников.

Увидев это, Дарион отскочил в сторону, дабы не попасть под «раздачу» и радостно завопил. Глеб даже толком не успел понять, что с ним произошло. Ведь последнее, что он увидел, был шипастый ящер, который выпустил из своей пасти очередной огненный метеорит прямо в толпу воинов и призывников. Раздался чудовищный взрыв, волна от которого отбросила Кольцова куда-то в сторону, а затем он почувстовал очередной всплеск боли и потерял сознание…

Провинция Квазион

Клейн

Центральный Дворец Управления

К сожалению, моё предположение оказалось правдивым. Мы действительно должны были отправиться в самое пекло этого мира. А места опаснее, чем Разлом Хаоса, я попросту не знал. Даже в Томе Достоинства указывалось, что это высшая форма, к которой может привести «Чёрная Погибель». С другой стороны, меня просто безумно сильно радовало то, как сложилась в итоге наша судьба. Повелитель Ксархейма Саррос’Морден — тот, кого стоило бы нам всем бояться, оказался совершенно необычным человеком. Хотя человеком он, по сути дела не являлся. Я даже не знал, к какой расе его можно отнести. В его мире они назывались как-то по-другому. Но суть остаётся той же, он не был тем абсолютным злом, как мы считали ранее. Его мучала совесть за гибель своего мира, я это отчётливо видел, а потому он хотел помочь хотя бы нам. Так что Саррос на нашей стороне и это огромный плюс.

Вместе с ним отправились и те самые девять воинов. Как позже объяснил нам Повелитель, в Ксархейме они значились регулумскими легионерами, что бы это не значило. По сути его личная гвардия, как я понял. Но у меня возникло немало вопросов касаемо того, как теперь прекратить ритуал. Разве сам Верховный Повелитель и сильнейший воин того мира не способен его завершить?

— Я не причастен к Падшим, — глухо пробормотал он через свой шлем, — и контроля над ними у меня тоже нет. Вы хотите знать, откуда они появились? Всё началось с Гражданской Войны в Ксархейме. Тогда, борясь между собой, Хранители не заметили, как был создан опасный вирус, названный «Чёрной Погибелью». Лекарства от него не было и даже наши сильнейшие целители разводили руками. Тогда вирус постепенно поглотил одну армию за другой. Жители теряли рассудок, теряли свой прежний вид и становились теми самыми Падшими. Я поздно стал Повелителем и уже не успел толком ничего предпринять, ведь война к тому моменту практически завершилась. Вирус поглощал города, целые поселения становились Падшими. Хуже всего было то, что эта хворь стала наносить непоправимый вред и природе. Тьма к тому моменту уже поглотила нашу планету, примерно так же, как и сейчас вашу страну. Эта фиолетовая луна — символ проклятья, больше никогда не покидала Ксархейм с тех пор.

— Но как возникла связь с Древним Зодиаком? — не до конца понял я, — они же провели первый ритуал.

— О, я помню тот день, как вчерашний, — прошипел Саррос’Морден, — когда часть моих людей, мой народ, который я хотел спасти, ещё не попала под влияние вируса, образовались эти самые Врата. Раньше между нашими мирами уже существовали скрытые тропы, а потому возникновение ещё одной такой же не стало большим сюрпризом для нас. Я вдруг понял, что у меня появилась надежда на спасение своего народа.

— Вы планировали переселить их в Этернейт… — догадалась мама.

— Именно так, — не стал скрывать Повелитель, — как вы понимаете, я вынужден был пообещать тем высокомерным одарённым то, чего у них не было в вашем мире. Бессмертие, великая сила и слава. Но упрямцы оказались стойкими и закрыли Врата. Путь к спасению был отрезан. А когда у меня наконец получилось найти способ сохранить рассудок, было уже слишком поздно. Я успел спасти себя и своих легионеров, как и небольшую горстку тех, кто оказался мне предан. Но что с того? Ксархейм сам превратился в Падший мир и исправить это я уже не смог. Да, благодаря Чёрной Погибели мы обрели вечную жизнь, но она — самое настоящее проклятье. Нам недоступна пища, нет радости и горя, лишь опустошение внутри и вечные страдания. Потом, спустя годы, я понял, что был неправ. Если бы Древний Зодиак впустил нас, вирус продолжил бы свое существование через ваш мир. Они поступили правильно, когда закрыли Врата. И я наконец это осознал. Мой мир погиб, но хотя бы выжил ваш. Вот почему я так разозлился, когда узнал, что ритуал вновь проводится. Вот почему я казнил Имперский Зодиак и хотел казнить вас.

— Но почему сейчас, при существовании этих Разломов, вирус не активен? — задумался отец, — я не видел ещё тех, кто заразился бы им.

— Потому что этот вирус — крайне коварная вещь. Захватив тело разумного, он живёт внутри ограниченное количество времени. Этого вполне достаточно, чтобы навсегда изменить разумного, лишить его рассудка и мутировать, но может быть недостаточно, чтобы заразить остальных. Ныне переносчиком инфекции является лишь одно существо, которого всем нужно боятся. Только в нём