Наследник Тумана - Сергей Витальевич Карелин

— Как скажешь, Койот… Тебе виднее, ты же у нас проводник. Но если мы сдохнем, это будет на твоей совести.

Вот заладил. Если мы сдохнем, то до этого уже никому дела не будет.

Машинально посмотрел в зеркало заднего вида, висящее в кабине водителя, увидел там свое отражение и оторопел. На меня смотрел незнакомец. Это было мое лицо, и в то же время не мое.

Короткая прическа, волосы темные, с небольшой сединой на висках. Возраст лет двадцать пять или тридцать, точно сложно сказать. Но вот глаза…

У того, кем я себя видел в воспоминаниях, глаза были серыми. Обычными. У человека в зеркале радужка была темной. Это как так?

В голове вспыхнула острая, режущая боль. Картинки наложились друг на друга.

Вот я бреюсь перед зеркалом в ванной. Молодое лицо, серые глаза, беззаботная улыбка. Студент.

Вот смотрю в осколок зеркала, примотанный к стойке джипа. Грязное лицо, на щеке кровь, карие глаза. Койот.

— Твою мать… — пробормотал я, прикрыв глаза ладонью.

В висках стучало. Я сошел с ума?

— Эй, как ты? — Женский голос откуда-то слева. Тихий, с легкой насмешкой.

Я убрал руку от лица.

На меня смотрела девушка с розовыми прядями. Лет двадцать пять. Дерзкая, с острыми чертами лица в кожаной куртка с кучей заклепок и тяжелых ботинках. Она выглядела как какая-нибудь «ведьма хаоса» или персонаж киберпанк-шутера.

Видеоигры…

Слово всплыло в голове само собой, потянув цепочку ассоциаций. Геймпад в руках, свет монитора в темной комнате, полоска здоровья над головой босса.

Откуда я знаю это? Почему здесь, в кузове трясущегося броневика, посреди смертельно опасной аномалии, все это кажется мне таким… чужеродным? И одновременно… до боли родным и привычным?

Я не понимаю… Голова снова пошла кругом. Две реальности пытались ужиться и сформировать цельную картину,.

— Чего вдруг решила побеспокоиться за меня? — спросил, глядя ей в глаза. Голос прозвучал хрипло и зло. — Помнится, ты предлагала выкинуть меня из машины и гнать дальше.

— Предлагала, но не выкинули же, значит, ты все еще часть команды, — ответила она, чуть задрав подбородок.

Ее губы скривились в вызывающей ухмылке, мол, и что ты на это скажешь, проводник?

Команды? Слово резануло слух. Внутри поднялась волна холодного отторжения. Нет здесь никакой команды. В голове появилась циничная, но, судя по всему, правильная мысль:

«Мы не друзья. Не соратники. Я человек, который согласился сопроводить их с грузом из пункта А в пункт Б. Они клиенты, платящие за свою жизнь деньгами. Если они умрут, я не получу оплату. Останется только аванс. Если умру я, они не выберутся из Тумана. Это бизнес. Ничего личного».

Это были мысли человека, которого звали Койот. До чего ж неприятная кличка все же.

Я хотел ответить девушке, но не успел.

— ДЕРЖИТЕСЬ!!! — заорал Бивень, и его крик перекрыл шум двигателя.

В следующую секунду мир закружился.

Тормоза взвизгнули. Машину рвануло вперед, инерция впечатала меня в решетку, выбив дух. Затем Бивень, поняв, что тормозного пути не хватит, крутанул руль.

Заднюю ось занесло. Фургон пошел юзом. Нас швыряло по салону, как кегли. Раздался грохот падающих ящиков, чей-то вскрик, лязг металла о металл.

Машина накренилась, заскрежетала днищем о камни и замерла.

— Ну все, звездец! Приехали! — заорал Бивень, пинком распахивая водительскую дверь и вываливаясь наружу.

В салоне воцарилась паника.

Игнорируя боль в ушибленном плече, я ударил по ручке задней двери и вывалился на землю. Первым делом огляделся. Небо затянуто серыми тучами, а вокруг Туман. Он здесь был гуще. Лип к лицу, как мокрая паутина. Видимость — метров пять, не больше. Передние колеса вгрызлись в дерн буквально в полуметре от края.

Дальше земли не было.

Я подошел ближе, и внутри похолодело. Обрыв. Бездонная пропасть, затянутая молочной пеленой.

— Э, ты че надумал⁈ — рявкнул подбежавший Бивень, хватая за рукав, когда я сделал шаг к краю. Глаза у водителя были по пять рублей. — Жить надоело?

— Я не собираюсь туда прыгать, — спокойно ответил, сбрасывая его руку. — Осматриваюсь.

Я посмотрел вниз.

Золотистая линия, мой единственный ориентир, не обрывалась. Она тянулась по земле, проходила под бампером машины, скользила по краю обрыва и… уходила вниз. Ныряла в бездну, словно там, в этой белой каше, был невидимый мост или дорога.

Но для всех остальных там была только смерть.

— Так ты дорогу не знаешь, что ли⁈ — голос Бивня сорвался на визг. — В тупик нас завел, что ли?

— Знаю, — процедил я сквозь зубы, не глядя на него.

Развернулся спиной к обрыву и посмотрел на лес, из которого мы только что вылетели, ломая кусты. И тут меня накрыло.

Это было не зрение или слух.

По коже пробежал табун мурашек, волосы на руках встали дыбом. Там, в глубине белой мглы, что-то двигалось. Много целей. Я чувствовал их приближение, как чувствуешь взгляд в спину в темном переулке…

— Готовьтесь, — бросил им, и мой голос прозвучал неожиданно властно, перекрывая начинающуюся истерику пассажиров. Я вдруг понял, что нужно делать. — Все, кто может сражаться, займите позиции.

— Какие позиции, Койот, с ума сбрендил⁈ — взревел Бивень, размахивая своим тесаком. — Здесь чистое поле! Ни одного камня, ни дерева нормального! Нас тут порвут на клочки!

— Ну так воспользуйся машиной! — рявкнул я, вперив в него тяжелый взгляд. — Это броневик, а не велосипед! И прекрати истерику, или сдохнешь первым!

Бивень поперхнулся воздухом, но заткнулся.

— Ты не лезь в бутылку, — посоветовал мне парень с кинжалами.

Они вместе с товарищем выбрались из машины последними и внимательно оглядывались по сторонам. Мне показалось, что оба пытались скрыть свой страх.

— Да и ты, Бивень, тоже. — Он повернулся к здоровяку, — Так-то это он проводник, а не ты. Ему виднее.

— Ты, Иван, молод еще старшим указывать, — проворчал Бивень.

Его оппонент хотел что-то возразить, но, видимо, передумав, в сердцах махнул рукой.

— Я никого не вижу! — звонко крикнула девчонка с розовыми прядями.

Она стояла, сжав пальцы на небольшой палочке, словно явилась из фильмов про Гарри Поттера. Ее глаза лихорадочно шарили по Туману.

— Они уже здесь, — тихо сказал я скорее самому себе, чем кому-то еще.

И