Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

Моё сердце всё ещё бешено колотилось, сотрясая всё тело и разливая по нему холодный, вязкий страх. Секунду назад я находился в шаге от смерти, да и сейчас моя жизнь висела на волоске.

Ястребиный взгляд Конде устремился на меня. Вежливая улыбка на лице командора застыла. Прямо сейчас он, вероятно, гадал, как я узнал секрет, который он берёг для тех, кто уже никогда и ничего не сможет рассказать. Уголком глаза я видел многочисленные оружейные стволы, направленные на нас его солдатами. Нужно бежать — но как? Скорее всего, Елена использовала свой кристалл, чтобы забраться на корабль. Она не могла спустить с его помощью нас всех: меня, Алекса, Сашу, Эльвиру… Тем более что Конде достаточно было сказать единственное слово, чтобы его гвардейцы превратили тех из нас, кто не был пуленепробиваемым, в решето.

Что же мне…

— Благодарю, — кивнула мне Елена и тут же обратилась к Конде:

— А что насчёт имперской юрисдикции?

— Мои полномочия…

— … позволяют ослушаться принца?

Конде замолчал и прищурился. Елена, не обращая внимания на его раскалённую саблю и сотни пальцев, которые тут же опустились на спусковые крючки окружающих нас ружей, достала белую бумажку из внутреннего кармана пальто и бросила её Конде. Листок плавно опустился к его ногам. Конде покосился на него и кивнул одному из офицеров, стоявших рядом. Тот приблизился, подобрал бумажку, развернул её и округлил глаза.

Затем прокашлялся и прочитал громким голосом, нарушая напряжённое, пронизанное ветром молчание, царившее на верхней палубе:

«Властью, дарованной мне по праву рождения, я, Рошель де Гальвария, заявляю, что…»

…

…

…

— … Антон Савин невиновен и никоим образом не причастен к этому покушению.

— Ваше Высочество, он убил свидетеля…

— В приступе праведной ярости, которой вы и сами поддались, Конде, когда собирались его казнить, — со слабой, но светлой улыбкой ответил принц.

Я, Конде, Елена, Ник и Эльвира стояли в медпункте Академии Лапласа. Неподалёку дежурила медсестра и мрачно смотрела на часы. Принц ещё не совсем оправился — его лицо было очень бледным, — поэтому время нашего визита было ограничено.

— Раз уж я не виню вас, Конде, я не имею ни малейшего права винить Антона.

— Но, Ваше Высочество, — несколько сухо заметил Конде. — Пуля физически не могла пройти сквозь кристальный барьер. Следовательно, выстрел был произведён изнутри…

— Или же убийца хотел, чтобы мы так думали. Возможно, при нём был кристалл, который он использовал, чтобы преодолеть барьер, а затем спрятал — именно для того, чтобы накинуть на наши глаза туман недоверия и подозрений. Недаром его сторонники подбросили в комнату юного Савина столь очевидные — и фальшивые — улики. Как бы то ни было, я абсолютно убеждён в невиновности Антона. Если же мои слова вызывают у вас сомнения, Конде, вы можете применить ко мне Истину.

— Не смею, Ваше Высочество, — сухо усмехнулся Конде.

— В таком случае эту тему можно считать закрытой. Я бы приказал вам и Антону пожать друг другу руки, однако полагаю, что делать это сейчас будет немного бестактно, — улыбнулся Рошель. — Отдельно я хотел бы выразить благодарность Академии Лапласа. И лично вам, мисс Елена: если бы не та стремительность, с которой вы доставили моё послание, могла бы произойти трагедия.

— Угу, — прикрыв глаза, кивнула Елена.

Ник недовольно покосился на неё, но промолчал. Вероятно, он хотел спросить, как так получилось, что она первой — даже раньше врачей — узнала, что принц очнулся, и оказалась в тот самый момент в его палате… однако некоторым вопросам лучше оставаться без ответа.

— Я бы хотел поговорить наедине с моим шурином и невестой, — попросил Рошель.

— Как скажете, Ваше Высочество, — поклонился Конде.

За ним последовали Ник и Елена. Медсестра раздражённо прищурилась, но тоже отправилась осматривать других пациентов, и на некоторое время в тёплых лучах полуденного солнца, разливавшихся сквозь высокие окна медпункта, повисла тишина.

— Насколько я слышал, Григорий отлучил вас от семьи, Антон? — понизив голос, заговорил принц.

Я кивнул.

— Мне представляется, что это временная мера. Ваш отец хотел доказать, что вы не причастны к этому происшествию, и потому предлагал применить к вам Истину. Уже вскоре вы вернёте себе родовое имя.

Я вздохнул: может быть.

А может, и нет, и мой отец действительно разозлился, что я едва не разрушил его планы, и поэтому, по крайней мере на некоторое время, собирался лишить меня жалованья и прочих дворянских привилегий. Настоящий Савин, вероятно, пришёл бы в ужас после этого и написал десятки писем, умоляя отца передумать… но мне, если честно, было всё равно. Будет проще залечь на дно во время гражданской войны — вариант, который я теперь рассматривал более серьёзно, чем когда-либо раньше.

— Я не до конца знаком с тем, как происходит восстановление именно отлучённого дворянина, но интуиция подсказывает мне, что здесь имеют место те же правила и ритуалы, которые мы используем, когда признаём бастарда. Следовательно, потребуется согласие как главы рода, так и представителя правящей династии. Я напишу вашему отцу, — заверил меня принц. — И поставлю свою подпись, разумеется.

— Премного благодарен, Ваше Высочество, — сказал я и устало поклонился.

— Помимо этого, я бы хотел ещё раз извиниться перед вами за все доставленные неудобства. Я бы поклонился, но врач запретил мне это делать, поэтому придётся ограничиться словесным извинением, — горько улыбнулся Рошель. — Простите, Антон. И вы, Эльвира, — обратился он к девушке, которая невольно вздрогнула, услышав своё имя.

— По моей вине ваш брат оказался в смертельной опасности. Как и вы сами, когда бросились ему на выручку, рискуя собственной жизнью. Возможно, с моей стороны это прозвучит бестактно, но мне было приятно видеть проявление столь тесной родственной связи. Мне даже стало немного завидно: моя собственная семья… Впрочем, поговорим об этом в другой раз, — вздохнул принц, доброжелательно кивнув медсестре, которая вернулась и теперь сверлила нашу троицу глазами.

— По крайней мере, теперь вы сможете провести в компании своего брата немного больше времени, чем планировалось изначально. Ближайшие несколько дней мне придётся пролежать на этой койке. Можете навещать меня в любое удобное вам время, — прибавил принц, когда медсестра грозно устремилась в нашу сторону, и мы с Эльвирой направились к выходу.

В коридоре нас встретила гнетущая тишина. Я прокашлялся, посмотрел на девушку, стоявшую рядом