Новый Рал 16 - Северный Лис
— Понимаю, и спасибо за навык. Может, с ним не погибну так быстро. Только я надеюсь, ты не попытаешься кинуть меня с моей наградой?
— Нет. Спрошу прямо: Чего ты хочешь?
Аскель улыбнулся, он знал, чего хотел, причём с самого начала, эта мысль родилась в тот момент, когда он впервые увидел эти слова в начале боя.
Арокур вскочил!
— ЭТО НЕВОЗМОЖНО!
— Знаю, вот только и моя работа — тоже по факту невозможное занятие, ну так что? Согласен защищать мою семью и всех, кто мне дорог, пока я работаю на тебя и твоих… «друзей». В данный момент ты хочешь пользоваться моими услугами, я ищу психов и отправляю их в ваш отдельный мирок без права на перерождение, а ты со своими дружками защищаешь всех тех, кто мне дорог, включая Машу, не думай, что я о ней забыл, и если надо, я могу составить список вообще всех, кого нужно.
У «Существа», которому подвластно само время, начал дёргаться глаз.
— Только твою дочь. И всё.
— Нет, это слишком мало. В конце концов, вы меня просите буквально бросаться в огонь и воду, чтоб я убрал ваш собственный косяк. Я же прав? — задав вопрос, посмотрел в сторону зеркальной стены.
— Кхм… они по левую сторону находятся, а не по правую, ты смотришь на самое обычное зеркало.
— Такой момент испортил… Ну так что?
— Я не могу защитить всех, — повторил Арокур, морщась, словно от головной боли. — Давай так… я дам благословение твоей дочери в этом мире, она будет под защитой, и сама судьба будет её оберегать от всех напастей, но только пока она действует в рамках законов мира и вообще не перейдёт на тёмную сторону.
Аскель оскалился…
— А что есть тёмная сторона? Я ведь как-никак буду убивать всех тех, кто не заслуживал второго шанса на существование ради вашей цели… это есть зло?
На Арокура было больно смотреть, у мужчины задёргались сразу оба глаза, а Аскель… или, скорее, Виктор продолжал играть свою долгую, логически-философскую игру, нравилось ему вот так бесить того, кто послал в этот мир ещё и злейшего врага, а если быть до конца откровенным… ему не хотелось продешевить.
— Хорошо, пока она не пойдёт против тебя и всех тех, кто тебе дорог, и не станет переступать через свои моральные устои, она будет под защитой.
— Годится, но что ещё?
— Твои навыки и дары, магия станут чуть сильнее, и в дальнейшем, ты сможешь её незначительно, но усиливать контроль, он у тебя и так выше крыши, но пока в качестве награды могу тебе даровать скорость создания плетений. В привычном биологическом языке твой паразит сможет быстрее перекачивать ману из себя в твои конечности, но лишь на 10%. Вдобавок к этому ты сможешь использовать Кражу чуть больше, чем положено. Хоть для тебя этот навык по факту бесполезный.
— А вот теперь ты говоришь на моём языке, — Аскель неспешно поднялся. Одёрнул свой покрытый кровью костюм, протянул руку для пожатия. — С тобой приятно работать, только не нужно предавать или занижать награду, Арокур.
— И не собираюсь, нам в этом нет совсем никакого смысла, однако помни, дать тебе существенное преимущество перед остальными мы всё равно не сможем.
— И как вы при такой политике вообще создали всех этих читеров…
Отвечать Арокур не стал. Вспышка!
Открыл глаза Аскель ровно на том же самом месте, на котором сидел, раненные были на своих местах, а вот Николай Рал поднялся со своего места у костра, и в одних только штанах, которые уцелели после трансформации, направился в сторону сидящего парня.
Сел рядом, так и молчал несколько минут.
— Ты видел?..
— Посланников Всесоздателя или самого Всесоздателя? — небрежно ответил, кивая в сторону ночных звёзд.
— Всё перечисленное.
— Видел.
— Награду выбрал?
— Выбрал.
— И что выбрал, ты мне, конечно же, не скажешь?
— Не-а.
— На это и рассчитывал. Про подобное лучше вообще никому не рассказывать и забыть про то, что мы вообще тут видели.
— Согласен с вашими выводами полностью.
— Ложись спать, Аскель, я буду дежурить первым, разбужу через несколько часов. Выбрался, блин, из зоны комфорта.
* * *
Побитые во время битвы железные скакуны двигались неспешно, скрипя многочисленными подвижными деталями, Аскель, как мог, подлатал всех, но он не такой уж и сильный чародей, чтоб управлять железом и моментально исправлять все повреждения по технической части.
Рядом с ним шагал и Николай Рал, по правую руку от него — шатающаяся из стороны в сторону Жрица, которую, как оказалось, звали: Ойна, как её звали в её родном мире, Аскель спрашивать не стал. Не было силы и как такового интереса.
За ними как на привязи шли тёмные маги вместе с Героями, все выглядели крайне плохо… И это несмотря на многочисленное и качественное лечение, как со стороны Аскеля, так и Жрицы.
Касательно Жрицы… Вернее, её интересной способности: «Последний Шанс», до этого момента Ойна использовала его всего один раз, в первую же секунду своего появления. И в прошлый раз… этого железного психа не было, а был зеленоватый Орк с клыками и дубиной на плече, всё как положено, и после расправы над Гоблинами, тот едва не накинулся на саму Жрицу, но время призыва вышло, и тот исчез. Навык Жрицы был поистине читерским, и чем больше Аскель на это смотрел… тем больше понимал, что их всех подставили! Жёстко так подставили, сначала тихо наблюдали, как рушится мир, а как поняли, что шансы выжить стали мизерными, решили подчистить собственные «Ячейки Попаданцев», буквально бросив в мёртвый мир все свои заготовки из всех миров. Ойне достался навык призыва Героя из другого мира, причём призывает случайным образом, и их основная задача: «Спасти призывателя», и на это дело даётся всего несколько секунд.
Навык Жрицы был невероятно слабым, а сил пожирал просто невероятное количество, из-за чего и такой дикий расход по магии, и собственным жизненным силам. Всего за свою новую жизнь, она использовала ровно два таких заклинания, так как откат навыка: 1 календарный месяц, 31 день, если быть точным. Читерство? Ещё какое. И чем больше Аскель думал о всей этой ситуации… тем больше понимал: Что рано или поздно, его самого заклеймят чудовищем, но не первее, чем рядом идущего Николая.