Принцесса Египта - Константин Владимирович Денисов

— Маше передай, что со мной всё в порядке и обними её за меня, — сказал Петя.

— Вот ещё! — возмутилась Пуля, — сам потом и обнимешь! Ещё бы сказал поцеловать! Тьфу! Просто на словах передам! Что ещё? — повернулась она ко мне.

— Не знаю, — пожал я плечами, — на твоё усмотрение.

— А вы что, уходите отсюда? Возвращаетесь в Барбинизатор? — спросила Пуля.

— Пока нет, — сказал я, — хочу найти способ этих Титей остановить.

— Кого? — даже поперхнулась от неожиданности Пуля.

— Да, забыл, что ты не в курсе, как мы их зовём. Оказывается, что этих гигантов Орден называет Титаны. Алиса предложила называть их Тити. Мне понравилось! — сказал я.

— Понятно… — с сомнением поглядела на ближайшего Титана Пуля.

— В общем, мы тут ещё задержимся немного, посмотрим, что можно сделать. А потом, когда закончим, вернёмся в Барбинизатор. Думаю, что все там и встретимся, — сказал я.

— Понятно… — сказала Пуля и задумалась, а потом, после паузы добавила, — там, в кармане, честно говоря, хотя все и пытаются бодриться, но есть опасения, что здесь все, кто не успел уйти в карман, погибли. Не только про Петю так думают. Я потому так и летела сюда, чтобы хоть что-то узнать. Я пока бежала, старалась об этом не думать, но тревога в груди всё время росла. Я понятия не имела, что здесь застану. И уж точно не предполагала, что мы победили.

— Мы пока что и не победили, — сказал я, — сейчас инициатива у нас, но пока все эти здоровенные твари бродят по городу, победу нельзя считать окончательной.

— Считай как хочешь, а я вижу, что Орден разгромлен. Всё остальное, это детали, но битву мы выиграли! — сказала Пуля.

— По большому счёту её выиграл, как всегда, Алик, — сказал Шторм.

— Да нет… — начал было я.

— Да-да! — перебила меня Пуля, — можешь ничего не говорить, все знают, кто вносит основной вклад.

— В одиночку я бы не смог, — сказал я, как можно убедительнее, — и так чуть богу душу не отдал, чудом выжил. А был бы один, так точно бы закончился давно. Пусть у меня самая большая огневая мощь, но не нужно недооценивать работу команды. Что бы вы там ни думали, я очень ощущаю поддержку и помощь и знаю тонкие места, когда бы один точно ни сдюжил.

— Верны оба утверждения, — вмешался в наш спор Шторм, — и несопоставимый ни с кем вклад Алика, и то, что каждый вносит посильную лепту и иногда это оказывается спасением для всех.

— Вот даже то, что ты сейчас прибежала сюда, — сказал я, — это тоже элемент командной работы. Никто другой этого бы сделать не смог. Также и все остальные. Каждый выполняет то, что умеет лучше других. Петя много раз всех спасал, укрывая в кармане. Это разве мало? Все хорошо поработали!

— Ну ладно, мне, наверное, в самом деле пора, — сказала Пуля, решив прекратить этот бессмысленный спор, — пойду, принесу остальным радостную весть. Что там дают гонцам, которые прибежали с доброй вестью?

— Их не убивают, — хохотнул Шторм.

— Уже немало! — рассмеялась Пуля, — ладно, всем удачи! Пойду с остальными поздороваюсь и в путь!

Она как будто растворилась в воздухе, и через мгновение уже стояла возле Алисы и Амины.

Я подумал, что у неё на такие скоростные перемещения расходуется магическая энергия и пощупал её запас маны. Он был не на исходе, но уже гораздо меньше половины. Может и не хватить на обратный путь с максимальным ускорением. Я заправил её под завязку.

Даже отсюда было видно, как она сильно вздрогнула. Потом Пуля повернулась и помахала мне рукой крикнув:

— Спасибо, очень вовремя!

— Самой надо было спросить! — ответил я.

— Забыла на радостях! — ответила Пуля.

Потом она ещё немного поговорила с девочками и вдруг исчезла, рванув с места со скоростью, невозможной для любого живого существа. Точнее, невозможной без магии! А с магией становится возможно очень многое, о чём и помыслить даже раньше не могли.

— Ну что? — посмотрел на меня Шторм.

— Прикрывать мне спину было не такой уж плохой идеей, — ответил я ему, — пожалуй, нужно вернуться к тому, что мы начали делать.

Сказав это, я создал плазменный шар и направил к ближайшему Титану.

В прошлый раз появление Пети, который меня чуть не пристрелил, прервало мой эксперимент на самом интересном месте. Пора было продолжить.

Пытаться пробить шкуру Тити, было бессмысленно. Может и возможно, но слишком трудозатратно. Однако мой опыт убийства первого Титана свидетельствовал, что такие прочные они только снаружи. Следовательно, нужно было пытаться уничтожить их изнутри.

Я подогнал свой плазменный шар прямо к лицу великана. Сделал это специально, дабы привлечь его внимание.

Внимание я привлёк, но не так, как хотелось бы. Титан замер, уставившись на мою шаровую молнию. Просто стоял и смотрел, ничего не делая. Меня такой расклад не устроил, и я попытался его немного спровоцировать, то раздувая шар, то сжимая почти в точку. Титан смотрел на это как заворожённый и не шевелился.

Тогда я разогнал шар и влепил его Тите прямо в глаз. Взрывать не стал, а тут же увёл на безопасное расстояние.

Титану это не понравилось, и он наконец-то сделал то, чего я от него и добивался — заревел. Другими словами, открыл свой рот.

Я быстро загнал шар ему в глотку и попытался направить вниз по пищеводу. Вести его пришлось, естественно, вслепую, так что приходилось просто прожигать дорогу во внутренних органах.

Это Тите, мягко говоря, не понравилось. Он взревел от боли и принялся колотить себя здоровенными кулачищами по груди, стараясь унять бушующий внутри пожар… причём бушующий в прямом смысле этого слова. Я принялся растить свой плазменный заряд, и он, распухая, выжигал Титану внутренности.

Однако, как я ни хотел уничтожить этих здоровенных тварей, они были не виноваты в том, что их создали именно такими. Заставлять их страдать было ни к чему. А Титан страдал, испытывая страшные муки.

Я постарался завершить дело поскорее: накачав шар как следует, я взорвал его внутри великана, сжигая тому все