Принцесса Египта - Константин Владимирович Денисов

Оказалось, что дела в целом нормально, Валера девочку практически вытащил с того света, но поскольку ребёнок был сильно истощён, то, едва придя в себя и даже не поняв, что происходит, девочка тут же уснула. Её решили пока не трогать и дать отлежаться.

Всё это я выслушал от Снежаны, глядя в дверной проём на спящего ребёнка. В принципе, если девочка в неопасности, то про эту историю можно забыть, ведь теперь это забота Снежаны и тех, кто ей помогает. Я уже собирался уходить, когда Снежана вдруг сказала:

— Есть одна проблема!

— Какая? — напрягся я, уловив серьёзные нотки в её тоне.

— Это не наш ребёнок! — сказала Снежана.

— В смысле? — удивился я.

— В прямом! — развела руки в стороны Снежана, — её никто не помнит! Её не было раньше среди детей!

— Как не было? — потряс я головой, — а откуда же она там взялась?

— Ты у меня спрашиваешь? — усмехнулась Снежана, — понятия не имею. Не могу сказать, что я уже хорошо запомнила всех детей… имена до сих пор у некоторых путаю. Но в лицо всех знаю! Это не наша девочка! Да и одета она так… как у нас никто не был одет. Я детей опросила только что, не пропадал ли кто-то из девочек. Ну, мало ли, замылился у меня взгляд, кого-то упустила… но никто не помнит, чтобы был кто-то ещё! Дети же постоянно общаются друг с другом, постоянно в куче, они бы заметили, если бы вдруг кто-то исчез. Может быть, не сразу, но заметили бы! Или обратили бы внимание, что спальное место осталось пустым! Такое, кстати, бывало, но беглецы всегда оказывались где-то поблизости. Дети! У многих шило в одном месте, и угомонить их не так-то легко. Но я почти на сто процентов уверена, что это не наша девочка!

— Вот тебе раз! — задумался я.

— Нет, ты пойми меня правильно, — тут же поспешила добавить Снежана, — мы её с радостью примем в коллектив, я не об этом. Мне просто показалось важным сообщить, что она не из наших детей.

— Ты права, это очень важно! — сказал я, — ты даже не представляешь насколько! Это вообще всё меняет!

— Серьёзно? — удивилась Снежана, которая, видимо, не ожидала, что на меня это произведёт такое сильное впечатление. Наверняка бывшая снегурочка не знала всех тонкостей, связанных с работой кармана… да и ни к чему ей это было.

— Серьёзно! — сказал я, — не буду тебя грузить, но… в общем, я побуду здесь, подожду, пока девочка проснётся. Мне очень нужно с ней поговорить.

— Хорошо, — сказала Снежана.

— Надеюсь, она не испугается незнакомого мужчину, когда придёт в себя, — слегка озадаченно сказал я, — ты же, если что будешь не очень далеко?

— Да, я на этом этаже и уходить никуда не собираюсь. Тем более что дело уже идёт к вечеру, — сказала Снежана.

Когда я остался один, то подошёл к девочке и внимательно на неё посмотрел. Она лежала на тонком матрасе, укрытая одеялом и мирно спала. На лице читалась безмятежность. Лицо девочки мне было незнакомо. Нет, я видел её, когда нёс из тумана, но вот раньше… вряд ли! Я не мог её вспомнить.

Я уселся на стоящий в углу чудом уцелевший стул на алюминиевом каркасе и задумался.

Несмотря на всё случившееся, несмотря на удивительные вещи, происходящие буквально одна за другой, мне всё равно не стоило на этом застревать.

Пускай Амина занимается Тао, она всё равно к ней никого не подпустит, пока принцесса не станет самостоятельной и не почувствует себя уверенно в нашем мире.

Пусть эту девочку определяют в наш детский сад — чем больше детей, тем лучше! Община возле Иггдрасиля в моих глазах выглядела самой перспективной.

Я, конечно, дождусь, пока она проснётся и побеседую с ней. Очень хочется выяснить, откуда она взялась в тумане. Но вот застревать из-за неё здесь, всё равно не буду.

Утром нужно будет выдвигаться в сторону Барбинизатора и оттуда уже к Ордену Паука. Такой план на ближайшие дни. И если я их переживу, то там уже и дальше буду думать, что делать.

Я почувствовал, что к комнате кто-то приближается. Коснувшись его своим щупальцем, по сильно израсходованной мане, я понял, что это Валера. Совсем забыл его подзаправить! Дабы исправить эту оплошность, тут же влил в него маны до самого краешка.

Из коридора раздался удивлённый возглас.

— Никак к этому не привыкну, — шёпотом сказал Валера, появляясь в дверях, — когда на постоянной подзарядке уже начинаешь воспринимать это как должное. Но когда вот так, резко, ни с того ни с сего, каждый раз пугаюсь!

— Извини, — улыбнулся я, — из наилучших побуждений!

— Да я не в обиде! — сказал священник, — как она?

— Спит! — сказал я.

Дабы не потревожить девочку, мы продолжали общаться тихим шёпотом.

— Снежана говорит, что не знает её, что это какой-то чужой ребёнок, — сказал Валера.

— Да, ситуация странная. Но ребёнок не чужой. Он был чужим, а теперь она, скорее всего, наша. Не думаю, что мы сможем разыскать её родителей, — сказал я.

— Я, собственно, к тебе за маной шёл, — сказал Валера, — здесь перед нами прибыла большая община людей, у них тоже детей много, меня попросили наведаться к ним и осмотреть ребятишек. Некоторые болеют, один ногу умудрился сегодня сломать… собственно с него всё и началось. Про это дошли слухи до Снежаны, она попросила меня помочь ребёнку, а оказалось, что их там целая толпа и не у всех всё в порядке. А я всю ману почти израсходовал! Да, без тебя у меня с лечением будет туго получаться. Слишком много маны уходит на это, слишком много…

— Слушай, у меня есть идея! — вдруг оживился я, — а что если лечить людей за их же счёт… ну или брать с общины налог на здравоохранение!

— Как это? — удивился Валера.

— У нас есть резервуары для маны, я тебе уже говорил. Так вот, можно же объяснить людям, что расход маны очень большой и на лечение необходимо скидываться. Когда я здесь, в этом нет нужны, но когда я отсутствую… можно прямо приходить с