Выше снега только горы - Сергей Анатольевич Панченко

— Ты за этим звонил?

— Да. Раз уж события помогли мне, почему бы ими не воспользоваться ради убеждения последних сомневающихся. Уверенность в своей правоте всегда облегчает принятие решений. В создавшейся ситуации любые сомнения могут довести до умопомрачения.

— Давай так, Вениамин, я сторону выбрал, но это не значит, что я себя оправдываю каждый раз. Работники концлагерей тоже не страдали сомнениями, но это не спасло их от виселицы. Зима закончится, а вопросы останутся.

— Если закончится. У меня есть обновленные данные. Если хочешь, могу оставить в твоем кабинете. Ладно, я уважаю мораль, которой ты придерживаешься, человеколюбие вещь замечательная, особенно для отшельников, которые людей в глаза не видят. — Вениамин усмехнулся. — Даже не представляю, Данил Андреевич, как ты будешь ладить с пестрым коллективом, который соберется в убежище? Там будет нужна рука покрепче, чтобы с потенциальных царей спесь сбивать.

— Не справлюсь, найдется другой человек. — Ответил Данил Андреевич.

— А ты не думал, что тебя не просто задвинут, выгонят на мороз, чтобы не создавал конкуренций и не мутил воду?

Директор об этом не думал. Ему все еще представлялось, что в убежище сохранятся порядки, аналогичные порядкам в обычном трудовом коллективе. Не устроил, сменили, но без жестокости. Вениамин, как человек более циничный и выросший в условиях более жесткой конкуренции, мыслил дальше. Отсутствие законов позволяло подобным ему людям обходиться с потенциальными конкурентами намного жестче.

— Теперь буду думать. — Ответил Данил Андреевич.

— Вот и славно. Передам через твою обаятельную секретаршу новые данные. Почитай, подумай, возможно, будущее заиграет новыми красками.

— Хорошо, почитаю. Давай, до связи. — Данил Андреевич отключился первым.

Наталья посмотрела мужу в глаза.

— Достал тебя этот москвич. — Произнесла она. — Когда он уедет?

— В начале сентября. За неделю до всего. На его ответственности организация убежища, поэтому он немного жестит, боится не оправдать возложенного на него доверия. Наверное, ему пригрели очень тепленькое место, раз он такой заинтересованный.

— А ты меньше спорь с ним, Дань. Всё уже давно решили и надо действовать по плану. Что ты ему пытаешься свою точку зрения навязать? Ему напечатали, как надо делать, он и делает. Не ты его начальник, в конце концов. — Супруге стало жаль мужа из-за его упрямой позиции.

— И ты туда же. — Ухмыльнулся Данил. — Ладно, посидим на дорожку. Скоро грузчики приедут.

Переезд прошел без эксцессов, несмотря на то, что Данил Андреевич их ждал. В каждой машине на перекрестке, пока добирались до завода, видел злые лица и в каждом подозревал приготовившегося стрелять террориста. Только когда машина с семьей заехала за ворота, выдохнул облегченно. Тут было тихо и надежно. Даже вышки с подвижной полусферой, накрывающей пулемет, выглядели не пугающе, а совсем наоборот. Разделение людей на два лагеря произошло, и теперь они воспринимали друг друга враждебно.

Семья Марины, заселившаяся намного раньше, уже немного обжила офисное здание, определила кухню, поставила душевую кабину на месте одного из туалетов. Они же помогли с разгрузкой машины семьи Гарган. А вечером случилось небольшое праздничное мероприятие в честь новоселья.

— Вот так работа и стала домом. — Произнес Данил Андреевич, окинув взглядом бывший кабинет чертежников, в котором сейчас располагалась большая кухня со шкафами, электроплитками и духовками. — Казенно, но гораздо спокойнее, чем по ту сторону забора.

— Нам машину ночью заминировали. — Тихо произнесла Наталья. — Вот мы и решились, наконец.

Новость вызвала шок у семьи Марины.

— Как быстро люди теряют человеческий облик. — Произнесла секретарь трагическим голосом. — Нет ни малейшего желания выходить с территории. Мой Костик ездит в магазин только собравшись с мужиками в команду из пяти-шести человек, да еще и с ружьем.

— Наверное, в районы подальше будем ездить. Все местные уже знают нас в лицо, и чувствуется, что скоро они потеряют терпение. — Признался муж Марины. — Хотя никто толком не знает, будет это столкновение или нет.

— Вот вам и социальный эксперимент. — Произнесла Надя. — Хотите понять человеческую натуру, создайте им ситуацию скорого конца света с убедительным доказательством того, что он случится. А что если нет никакой туманности? Это проекция на ночное небо, а мы тут уже с ума сходим.

— Надюш, как инженер скажу, чтобы создать такое свечение, требуется очень много энергии. Слишком дорого для эксперимента. Я столько месяцев следил за туманностью, давно бы уже заметил подлог. Она настоящая, хотя я был бы рад ошибаться. — Произнес Данил Андреевич. — Марин, как дела у Михаила?

Бывший водитель с неделю не выходил на связь, и Данил Андреевич начал переживать, что гиперактивный Вениамин добрался и до него, хотя он старательно его прикрывал.

— Всё хорошо. Передавал вам огромную благодарность. Очень переживает, что тогда повел себя немного глупо, поддавшись чужому влиянию. — Ответила Марина.

— Миша? А что с ним? Какому влиянию? — Не поняла Наталья. — Он что, тоже хотел переметнуться к этим бомберам?

— Да, нет, дорогая. Это было давно, и Михаил вначале немного запутался, но быстро сообразил, как надо и теперь у него все хорошо. Готовится к событию, чтобы встретить его во всеоружии.

— Он хотел бы повидаться с вами. — Произнесла Марина, почти шепотом.

— Хорошо, я сам выйду на него. Ему, кстати, тоже надо проявлять активность, а то бухгалтерия может напрячься. Была бригада и куда-то исчезла. — Посоветовал Данил Андреевич.

— Я передам. — Пообещала секретарь.

— Спасибо.

Наталья и Надя практически ничего не поняли из этого диалога. Удивленно вертели головами и понимали, насколько больше тайн хранит их муж и отец, чем рассказывает. Ночью супруга начала приставать с расспросами, о Михаиле.

— Натуль, оно тебе надо знать? Спи спокойно, не забивай себе голову. — Посоветовал Данил Андреевич.

На следующий день он отправился с инспекцией по территории, делая вид, что проводит осмотр объектов. Команда Михаила возводила вентиляционную башню над старыми подземными помещениями. Между бригадами не было полной согласованности, никто из них не вникал в чертежи всего убежища, касаясь только своей части плана, что ни у кого еще не вызвали подозрений строительные мероприятия в стороне от него.

Большая часть команды Михаила состояла из