Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович
— Правильно! Оттуда им на пару часов ближе окажется. А повод можно найти совершенно иной. Да хоть учения, какие, к примеру.
— Сейчас решим, как преподнести, — император встал, и кивнул на экраны. — А ты координируй и ставь меня в известность по любому важному вопросу. — Он уже было собрался выйти, но что-то вспомнил и спросил: — Как сквоки себя ведут?
— Без изменений: всё так же продолжают поливать нас грязной клеветой и строить из себя невинно пострадавших. Но никакого движения флотов не замечено. Понимают, что мы им сразу зубки выбьем, в случае конкретных действий. Удивляюсь только, как им не надоело вот так лаять в нашу сторону?
Павел Ремминг задумчиво кивнул и пробормотал, покидая центр имперской связи:
— Значит на что-то надеются… Знать бы ещё на что?
Глава двадцать восьмая
17-ое июня 3589 года, ХаитанС раннего утра отделение подняли ещё до общего подъёма. Причем не по боевой тревоге, а лишь для внеочередных выездов "на природу". Дежурный офицер, будивший ребят, сразу давал инструкции:
— Старайтесь не шуметь, быстро завтракаете, получаете сухпай на всякий случай и бегом в блок-пост. Сегодня у вас слишком много работы по сопровождению, поэтому как только наступит рассвет, вы уже должны гудеть в бронетранспортерах на указанное место. Вперёд!
Но сразу же в комнате, выяснилось, что один из воинов отделения неожиданно приболел, температура и сухость в горле лечились за пару часов. Но на боевое дежурство такого воина выставлять было запрещено.
— Может мы, и так справимся? — предложил Парадорский.
— Только не при сопровождении принца, — возразил офицер. — Мы и так ему пытаемся как можно большую охрану придать. Так что можешь взять любого парня с курса, который сейчас не на посту. Только в пять секунд.
Тут никаких проволочек не предвиделось. В одной из соседних комнат жил один из самых ярых фанатов по изучению современных систем вооружения. Его звали Армата Виньек и он тоже считался одним из лучших стрелков курса, замыкая при подведении итогов первую десятку по общему рейтингу. Парень поступил в училище уже, будучи в семнадцатилетнем возрасте и хоть не блистал особым ростом или перекачанными мускулами, по боевым достоинствам, сообразительности и техническим знаниям считался одним из лучших. Когда Армату разбудили, он осознал ситуацию в пол момента и полностью одетый догнал сослуживцев уже перед входом в столовую. Так что отделение Парадорского не изменило свою численность.
Да и в суматохе перебежек никто на это особого внимания не обращал.
В подобных случаях вопросы не задаются, хотя мнениями друзья на бегу и за столом обменялись:
— Не иначе, как принцу подопытного материала не хватает?
— Скорей всего. Или то, что уже собрали, завяло и пожухло.
— А вдруг он на Оилтон собрался? Потому и спешит?
— Да нет, тогда бы те травки и корешки без него бы собрали и без него куда надо отправили. Скорей тут какой-то новый эксперимент затеяли, суть которого собрать нечто с разных участков в один день, а потом единовременно сравнить.
Молчащая до сих пор Клеопатра, высказала и своё мнение:
— Да нам-то какая разница? Что прикажут, то и выполняем.
Танти с подтекстом пригрозил девушке булочкой:
— Вот всегда бы была такой дисциплинированной, цены бы тебе не было!
В последние дни он просто устал выяснять с Клеопатрой отношения. То они ссорились между собой по пустякам, то мирились в укромном месте, сливаясь губами в страстном поцелуе. Благо времени и на то и на другое хватало: его высочество лишь раз в день на четыре, максимум пять часов делал променад по поверхности планеты и на разных участках сопровождающие его помощники выкапывали различные растения. Именно из-за помощников и по причине ограниченного объёма бронетранспортёров, уже на второй день принца сопровождало лишь десяток воинов. А вчера так вообще пара штатных телохранителей, да пара бойцов Дивизиона. Обстановка к этому располагала: ни единого подземного толчка и практически ни единого опасного монстра на поверхности. Тишь да благодать.
А всё остальное время курсанты-медалисты были предоставлены самим себе. Вот потому и бродили по лабораториям, изучали городок и выясняли отношения. Да ещё пожалуй юный командир ежедневно выдерживал стычки с тем самым «Смуглым», которому дерзил при первой поездке. Так и не сознавшийся в своём звании офицер, норовил при встречах спровоцировать Парадорского если не скандал, то на грубую ссору и каждый раз невинно вопрошал после этого:
— Ну, чего так смотришь грозно? Может, пройдёмся в тренировочный зал и покажешь там, на что способен? А то лишь языком болтать горазд.
До сих пор Танти удавалось сдержаться от опрометчивого поступка. И не потому, что он боялся сразиться с матёрым волчищем, самонадеянности хватало. Но и реальный взгляд на вещи не пропал. Одна только мысль, что он после такого спарринга, в случае повреждений на день или два сляжет в госпиталь, сразу отрезвляла горячую голову. Оставить без присмотра Клеопатру — он не имел права. Просто поворачивался и уходил от хохочущего ему в спину самоуверенного бойца Дивизиона. Один раз, правда, Гарольд Стенеси что-то услышал краем уха и сразу загорелся как порох:
— Не понял, он что, подраться хочет? Так я ему сейчас!..
Тогда только чудом удалось остановить друга. Уж тот бы вообще мог затеять драку прямо в коридоре, прикрываясь отговоркой, что понятия не имел о том, что нечаянно «столкнулся» с офицером.
То есть в последние дни боевая практика для большинства курсантов отделения стала несколько скучной и неинтересной. Другие сослуживцы интенсивно ходили в подземелья, сопровождая исследователей городка, а потом с восторгами расписывали свои подвиги. Тогда как отделение Парадорского только и замечало на поверхности мелких грызунов, да вынужденно заслушивалось во время «раскопок» пением многочисленных маленьких пичужек. Хвастаться было нечем. Разве что личным отныне знакомством с наследным принцем, да тем, что тот помнил и знал каждого своего охранника в лицо и по имени.
А