Лабиринты космоса: Одиночка - Андрей Александрович Вербицкий

Дорбин минут десять стоял, соображая, что делать. Бросить или забрать с собой. Тащить далеко не хотелось. Наконец вздохнув тяжко, решился. Скрепя сердцем приступил к пересортировке хабара, чтобы освободить одну волокушу. Пришлось выкинуть часть собранного хлама, следующую часть распихать по остальным волокушам. Когда приготовления завершились, кряхтя, подхватил раненного под мышки и перетащил на освобожденную для перевозки волокушу.

— Тяжелый же ты, паря, — бубнил себе под нос Седой и, заслышав в ответ стон, продолжил:

— И не вздумай помереть по дороге. Ты мне должен будешь отработать свое спасение и возместить убытки, — сказал и с тоской посмотрел на оставляемое имущество. Даже по примерным прикидкам хлам тянул рандов на двадцать минимум. На эти деньги дней пять, не особо шикуя, в поселке прожить можно.

Еще раз, тяжко вздохнув, отдал приказ трогаться в дорогу, и маленький караван потопал к Острову, оставляя во влажной почве четкие борозды. Впрочем, не пройдет и пары часов, как грязь, вода и растительность начнут стирать следы пребывания разумной жизни, а к завтрашнему утру отпечатков не останется совсем.

Глава шестнадцатая.

— У него сломаны четыре ребра, ключица и правая рука в двух местах, травмирован позвоночник, имеются многочисленные внутренние повреждения, вдобавок обнаружилась какой-то странный нарост в затылочной части головного мозга. Скорее всего опухоль, точнее сказать не могу. Ручной медицинский сканер старше меня и тебя вместе взятых, а сканер в капсуле года три как не работает… И это не считая порезов, ушибов и рванных ран от жвал скеров и зубов соколотов, — перечисляла Мира, вредная бабенка, но единственная медтехник в поселке. — Состояние парня тяжелое. Извини, но опухоль убрать не выйдет. Не с имеющимися возможностями. Лишь облучить, но поможет или нет не берусь прогнозировать. И вообще, зачем ты его притащил? Видно же, что парень не из наших. Небось, выкинули с платформы, а ты подобрал, бестолочь. Смотри, чтоб неприятностей на тощий зад не накликал ненужной добротой. Хорошо, если только на свой зад, а то, как бы всему Острову не перепало из-за тебя. Ты посмотри, какой на нем комбез. Я такой не видела никогда.

— Чего ты вечно бурчишь не по делу, Мира? — отмахнулся Дорбин и тут же поинтересовался. — Снять комбез сможешь? Я пробовал, не получается.

— Пф… — фыркнула медтехник с чувством превосходства и начала осматривать металлизированный комбинезон с характерными компенсационными вздутиями в разных частях тела. Явно пилотский. Лежащий на ложементе медицинской капсулы парень никак не реагировал. Чем дольше Мира осматривала, тем больше начинала понимать, что ничего не понимает. Никаких застежек не видно в принципе. Странности настораживают и лучше от странностей избавляться кардинальным образом. Иначе можно проблем огрести по самую макушку.

— Хоть переломы-то залечишь? — продолжал выяснять Седой, глядя, как Мира ощупывает комбинезон. Пока медтехник перечисляла повреждения у найденыша, настроение всё больше падало. Как бы ни разорило его, лечение это. Наверное, и, правда, зря он сюда приволок чужака.

— Кроме названной мной опухоли — да, — задумчиво ответила Мира и разогнулась, оставив комбинезон в покое. Медтехник ухмыльнулась, прямо глядя в глаза Седому. Любила она такие моменты, когда клиент вроде как созрел, но жадность внутри него не дает покоя и терзает. Подобные метания посетителей доставляли Мире моральное удовлетворение.

— Сколько? — задал самый важный вопрос Дорбин.

— Три тысячи триста семьдесят рандов.

— Да ты с ума выжила⁈ — не сдержался Седой.

— Чего ты ожидал? Что бесплатно за дело возьмусь? А ты знаешь, сколько расходные картриджи стоят, а биогель активный? Итак только пару сотен сверху накинула за работу, по старой памяти. Так что не бухти. Не хочешь платить, не надо. Оттащи парня подальше от поселкового периметра и выкинь, раз денег жаль, — предложила Мира и добавила. — Комбинезон только снять надо. Явно дорогущий.

Дорбин задумался: «Может и вправду избавиться от найденыша? Ведь почти все накопленное за два года использовать придется! Если потрачу ранды сейчас, чем тогда сам расплачиваться за восстановление буду?»

Планы у Седого на счет своего здоровья имелись громадные, по меркам жителей поселка конечно, он собирался через пару лет в капсулу лечь и наконец-то поправить состояние организма. Заодно и зрение в норму привести. Годы текут и берут своё, но жить полноценной жизнью хочется подольше. Родную кровь за восемьдесят лет не нажил… Так хотя бы лет десять дополнительных побродить по миру, а потом уйти в болота и помереть от зубов какого-нибудь хищника. Зависеть на старости лет от жалких подачек соседей Дорбин не желал. И тут на тебе — вынь да положи три тысячи триста семьдесят рандов!!! И за что⁉ За чужака, которого за ненадобностью выкинули с платформы? На что он годен? Дорбин присмотрелся. Хм… Тело поджарое, мускулистое. Сильный видать физически. Кожа чуть загорелая. В краю туманов и болот такую редко встретишь. Обычно местные жители бледнокожие от недостатка звездного излучения.

— Метка рабская в тело вшита? — неожиданно для самого себя поинтересовался Седой.

— Все-таки раскошелишься? — Мира хмыкнула, глядя, как Дорбин скривился после ее вопроса, заданного слегка издевательским тоном, а затем продолжила, — Нет. Всё чисто. Никто претендовать на чужака не станет. Хочешь сделать его рабом? Правильно. Отработать затраты он должен. Хочешь, вживлю метку и зарегистрирую на тебя. Ты же знаешь, сертификат юриста у меня есть.

Предвидя дополнительные траты, Седой вздохнул и спросил опять:

— Сколько?

— Еще сотня и парень твой с потрохами. Не забудь только пошлину заплатить за приобретение. Ты ж знаешь правила. Раба утаить не получится.

— Да помню я, — Седой вздохнул. День сегодня выдался не ахти какой удачный. Одни траты.

— Пятьдесят, — Дорбин решил хоть немного сбить цену за услуги этой прохиндейки.

— Седой, Седой, — Мира покачала головой. — Чего жадничаешь? Раньше ты таким не был. Сотня или иди к нотариусу в управу. У него расценки сам знаешь какие.

Дорбин едва сдержался, чтобы не сплюнуть по привычке под ноги. Одно разорение. Что за жизнь такая?

— Ещё вопрос, — Седой закусил верхнюю губу, размышляя и подсчитывая в уме потери и возможные бонусы от приобретения.

— Валяй, — легко разрешила Мира.

— Сколько проживет парень с опухолью? — вопрос казался не праздным, поэтому Дорбин напрягся, ожидая услышать неутешительные новости. Шутка ли