Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович
В сведениях о самом вторжении и о планах на ближайшие часы пленные ничего существенного не добавили. Зато в весьма резкой и брутальной форме на них набросилась капитан Ланьо, а когда суть ее напора поняли и остальные, к попытке пробиться за стенки фанатичного зомбирования подключились и Малыш с Тантоитаном.
И как это оказалось ни банально, но фанатизма как такового в умах простых десантников оказалось совсем мало. Скорее, просматривалась вбитая на подсознании железная дисциплина и непременное повиновение старшим по званию. Мало того, один из пленных сразу признался: прикажут сдаваться, все поголовно отбросят оружие и встанут с поднятыми руками. А не прикажут, то сложить самовольно оружие для любого воина – несмываемый даже кровью позор.
Вот такая проблема: и воевать никто не хочет, потому что понимают бесполезность проигранной авантюры, но и запятнать свою честь и сдаться – воспитание не позволяет. Так как время еще немного имелось, попытались конкретно выяснить у пленных, а кто именно из командования десантом может дать команду о сдаче. Оказалось, что таких людей в принципе всего четверо. По крайней мере, из тех командиров, которые оставались живы и чьи команды в основном выполнялись. Это один генерал и два армейских полковника плюс руководящий особым отделом подполковник Зар Ди Кле. Причем последний еще вчера был майором, но благодаря своему знаменитому родственнику, графу Де Ло Кле, а может, еще по каким-то причинам нежданно стал подполковником и подсадил своего шефа. Дальше выяснилось, что именно этот самый новоиспеченный подполковник, имея прямую связь с графом, ведет непосредственную погоню, меняя в случае нужды приоритеты всего вторжения, за молодой принцессой. И ему практически подчиняются и те самые армейские генерал с полковниками.
Информация принята к сведению. Осталось только выяснить, кто там остался наверху и почему передислоцирующиеся на другое место пиклийцы так прочно задраивали за собой люк.
А наверху у них, оказывается, имелся приличный рубеж обороны, но который стало трудно удерживать в руках. Сейчас туман стекает прямо на землю из тучи, поэтому временное перемирие, но командование решило заманить оилтонцев на брошенные позиции, оставив их. А когда противник удобно расположится, а туча вновь сожмется, накрыть его огнем тяжелых сайферских минометов. Маленькие хитрости локальных сражений.
Крепления люка сняли быстро. Так же сноровисто спровадили пленных в дальний колодец запасного сброса, дно которого перекрывали толстенные решетки. Спровадили, а верхний люк накрепко приварили точечной сваркой. Да еще и плитой толстенной задвинули. Правда, отныне пленным только и оставалось уповать на судьбу, что та будет оберегать группу Парадорского. Если все шестеро погибнут, то и троим пиклийцам из колодца никогда не выбраться. Разве что случайно кто после победы отодвинет лежащую не на своем месте плиту.
Выбрались на оставленную врагом позицию, когда туман только-только начал редеть и подтягиваться, словно невидимым притяжением, наверх. Осмотрелись, разобрали секторы стрельбы и обзора и стали ждать «своих». Тем более что место нынешнего пребывания знали и считали довольно удачным. Несколько на северо-восток от центра все того же проспекта Аллария. Да и пленные говорили, что аварийно севшие боевые флайеры так до сих пор и вели оборону всего лишь через две улицы южнее. То есть и до пресловутого высотного здания системной биржи оказалось сравнительно близко. А там при желании всего несколько рывков, и можно было вернуться в жилое здание «Георг-4» на площади Петрокса. Все-таки оказаться рядом с остальными воинами дивизиона и заодно проверить, как дела у друзей, было бы весьма предпочтительно.
Эту тему весьма иносказательно, тихонько обсудили шепотом, опасаясь, что имеющуюся волну переговорных устройств легко ловят и другие скафандры противника. Решение командира – идти на соединение со своими – одобрили все единогласно.
И каково же было удивление Малыша, когда он первым в тумане рассмотрел хорошо знакомую форму. Ту самую, которую они использовали после посещения склада на первом полицейском блокпосту. Конечно, в подобной форме могли щеголять и сотни других людей, как воинского, так и гражданского контингента защитников столицы. Но уж больно парочка своим перемещением и прикрытием друг друга напоминала ухватки хорошо тренированных воинов дивизиона. Истинные, были бы в своей форме, а вот если в иной да настолько знакомо передвигаются? Скорее всего, пытались подобраться ближе, прикрываясь туманом, а потом забросать гранатами и начать атаку.
– Кажется, наши! – шепнул Малыш в переговорное устройство, отключил его, а потом отстегнул забрало и крикнул в сторону затаившихся коллег: – Эй! Кто там крадется по моей любимой столице?! Я ведь могу сгоряча и пулей засадить! Ну? Чего затаились? Я-то вас прекрасно рассмотрел, и если мне не изменяет зрение, то среди вас либо Армата, либо Бергман. Контуры тела сходны. Эй! Оглохли, что ли? Включите внешние приемники, лопухи, а то я уже задыхаюсь с вами переговариваться!
Никто так и не высунулся на открытое пространство, зато послышался весьма знакомый голос:
– Чего так кричишь громко? Мы ведь и на звук гранату бросить можем. – Потом короткая пауза и вопрос: – Малыш? Ты, что ли?
– Ха! Точно, Саша Бергман! – обрадовался аристократ. – А с тобой кто?
– Угадал! – послышался голос Арматы. – И в самом деле я.
– Ну так чего ждете? Давайте сюда! Или нужен командирский рык нашего самого старшего по званию?
– Да не помешал бы, – явно сомневался Бергман.
А его напарник пояснил:
– Ты уж извини, может, тебе нож к горлу приставили и кричать заставляют.
Парадорский не выдержал, быстро оставил свою позицию и сместился к Малышу. Высмотрел по жесту направление скрывающихся товарищей и в самом