Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович
- Чего ребята загрустили? - подошедшая Клеопатра, как всегда сумела уловить переживания и едва заметную печаль друзей. - Недовольны результатами?
- В некотором роде, - признался капитан Стенеси. - Потому что опасаемся конкуренции с твоей стороны. Ты ведь показала наилучшее время среди женщин…
И бегло пересказал про обязательные условия для командира элитного воинского формирования. Девушка сразу загорелась от азарта:
- А что! Я ведь и в самом деле могу побороться. Это будет просто феноменально: все шкафы и мордовороты, возглавляемые Танти и Гарри, бегают по плацу и повинуются каждому движению моего пальчика.
Под смех товарища, Парадорский увлёк свою невесту чуть в сторону и возмущённо зашептал:
- О, моя принцесса! Тебе мало того, что я повинуюсь движению твоих пальчиков в постели, так ты ещё и в остальной жизни хочешь мною помыкать?
- Хочу! И буду! Сам понимаешь, если желаешь оставаться моим рыцарем, должен служить мне верно не только по ночам, но и днём.
- Сбегу на дальнюю границу!…
- Тогда я отправлюсь с тобой, а мы так и останемся без официального брака.
- О! Придумал! - неожиданно осенился идеей Парадорский, переходя на заговорщеческий шёпот: - Давай устроим тайное венчание? Никто и знать не будет. А потом ещё раз устроим официальную свадьбу, по прибытию в Дивизион. Правда, шикарно получится?
- Ты мне подобное уже сотый раз предлагаешь, - скривилась Клеопатра. - Может чего нового, для разнообразия придумаешь?
- И всё-таки?
- Хм! Сотый раз тебе повторяю: только официально и только на Оилтоне! Должна же я хоть какую-то честь сохранить. Ты меня и так уже настолько развратил…
- Я?!
- Угу… И сегодня вечером опять развращать будешь, - шептала Клеопатра, начиная забываться где она находится.
- Капитан Ланьо! Пора идти на ужин! - прикрикнул на шепчущуюся парочку Гарольд. - И хватит обманными методами выманивать у майора положенную ему по нормам довольствия шоколадку.
Они двинулись к находящейся неподалёку столовой, но по пути Клеопатра и к гиганту пристала:
- Кстати о шоколадках. Ты и так слишком большой, а так как девушки у тебя постоянной нет, то сладкое тебе отдавать некому. Поэтому майор Парадорский приказывает тебе отдавать свою шоколадку мне.
- Ух, ты! Как просто и сытно получается, - радовался Гарри. Отныне я буду пользоваться примером нашего командира и отбирать у всех младших по званию их шоколадки.
- Так ты уже иди до края неуставных отношений, - посмеивался Тантоитан. - Делай как я: зажимаешь в любом углу любую понравившуюся воительницу, командуешь ей "Стоять! Молчать! Целоваться!" и пользуйся от души своими командирскими привилегиями.
Старый друг и тут не упустил возможности поддеть Танти:
- У меня и без приказов неплохо, весьма разнообразно получается. - А вот у тебя почему-то жертва неуставных отношений одна и та же. Напрашивается закономерный вопрос: а кто кем командует?
Но друг не смутился, скорей обрадовался:
- Только настойчивые учения приносят победу в окончательных битвах.
Глава девятая
3594 г. декабрь, Нирвана.
Недели летели за неделями, а там и первые два месяца пролетели совершенно незаметно. Стажёры втянулись в занятия, изматывающие марш-броски по пустыням и ледовым лабиринтам. Про учёного гения, навесившего на них браслеты и вживившего в тела пеленги с зачаточным интеллектом, тоже почти не вспоминали. Хотя ежедневно вызывал профессор одного, а то и до десятка выбранных по одному ему известному принципу офицеров в свою лабораторию, обвешивал приборами и датчиками и проводил только ему понятные замеры. Не долго, минут по сорок, пятьдесят, но и этого времени измученным муштрой стажёрам хватало порой чтобы расслабленно вздремнуть прямо в кругу интенсивно работающих самописцев.
Поэтому никто и никогда с уверенностью не мог сказать, кого вызывали в лабораторию меньше остальных, а кого больше. Да и занятия частенько проводились преподавателями со смешанными группами в которых было от трёх, до шести стажёров. При таком методе почти индивидуальной подготовки, знания давались гораздо большими объемами и ускоренными темпами.
Но в любом случае Тантоитан Парадорский подметил, что он в роли подопытного кролика оказывается чаще всех. Вначале это его изрядно напрягало, но потом, когда он всё-таки ближе познакомился с профессором и стал с ним общаться на любые темы, отчужденность и недоверие сменились на интерес и даже некоторую дружбу. Пожалуй Тантоитан был единственным, кто не спал, опутанный датчиками и проводами, а вёл при замерах интенсивную беседу со светилом науки физиология.
Да и как было не заинтересоваться, когда знания Сартре оказались воистину уникальны, огромные и шокирующее. Вдобавок он умел прекрасно изложить любую научную тему простыми, доходчивыми словами из лексикона доступного воину с двумя высшими образованиями. И совместные беседы их сильно сблизили. Причём Клеопатре не при шлось для этого говорить какой-пароль и ссылаться на родного брата. Хотя наедине с научным гением она и вела наверняка свои, совершенно далёкие от науки расспросы. Так предполагалось, по крайней мере, Тантоитаном. Он, правда, тоже как-то поинтересовался братом своей невесты, ссылаясь на самый первый день пребывания на Нирване.
Но Сартре углубляться в тему и раскрывать чужие секреты не стал:
- Да, я знаю этого молодого человека. Невероятно талантлив и гениален. Но именно поэтому его имя засекречено больше чем моё собственное. И ты, как человек военный должен понимать суть соблюдения государственной тайны.
- Да понимаю я, - кривился Танти. - Но что это за родственник такой, что на свадьбу собственной сестры прийти не сможет.
- Почему же? - двигал своими седыми бровями профессор, уже знакомый с отношениями и чаяниями молодой пары, - Раз пообещал, то обязательно поприсутствует.
- А их отец? Что вы о нём скажете?
- Ничего,