Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II

Он все хватался за грудь, так что Себатон притормозил на случай, если тот не выдержит.

«Не глупи. Пусть отстает – может, выиграет нам немного времени... Трон! Когда я успел стать таким черствым?»

На протяжении всей своей жизни – или, точнее, жизней – Себатон делал все, чтобы выжить. Он использовал тех, кто был ему нужен, а остальных бросал на произвол судьбы. Поначалу его мучили угрызения совести и даже кошмары, но со временем все пропало, и только растущая пустота ощущалась внутри, только медленное отмирание души. Души не в буквальном смысле, разумеется, ибо подобные вещи были вполне реальны; эта была скорее моральная деградация, и он не знал, как остановить ее. Он превратился в обычный инструмент, используемый по воле других. Как молот или гаечный ключ, только действующий точнее и незаметнее. Некоторые назвали бы его оружием.

Теперь для искупления было уже немного поздно, но Себатон все же сбросил скорость и поманил Голлаха, призывая двигаться быстрее.

– Почему мы бежим? – спросил Голлах, стараясь прогнать из голоса дрожь. – Я думал, мы занимаемся археологическими раскопками. Ты говорил, они представляют интерес только для ученых. Кому мы могли понадобиться?

Себатон попытался придать голосу ободряющий тон:

– Даже если я скажу, это не поможет. Но ты должен бежать дальше.

Он перевел взгляд на Варте, уходившего все дальше вперед и явно слушавшего вокс.

– Долго еще до корабля? – спросил Себатон, хотя и знал ответ.

Варте ответил не сразу. Его что-то отвлекло.

Себатон не отступал:

– Варте, что с кораблем?

Он уже был готов бросить этих людей, снять личину и помчаться к кораблю в одиночку, когда Варте ответил.

– Дууган не отвечает по воксу, – сказал он.

– И что это значит? – но Себатон уже знал ответ и на этот вопрос.

– Либо что-то глушит сигнал, либо он мертв.

– А, проклятье... – пробормотал Голлах, споткнувшись. Себатон схватил его за локоть и придержал, не дав упасть.

Варте подался назад: теперь, когда Дууган перестал выходить на связь, он уже не был так уверен, что стоит мчаться вперед.

– Те транспортники, которые ты видел в небе... – обратился он к Себатону, – это они? Они тоже это ищут? – он кивнул на сверток под левой рукой Себатона.

– Не уверен.

Эта была неправда, но поскольку Варте не знал, кто сидел в транспортниках и чего они хотели, Себатон предпочел больше ничего не говорить.

– Кто они, Себатон? Дууган сказал, что они огромные, в броне до макушки. Мы бежим от тех, о ком я думаю?

Теперь смысла лгать дальше не было. В конце концов, его подчиненные заслужили правду.

– Это Легионес Астартес.

Варте горестно покачал головой.

– Хреновы космодесантники? Ах ты ублюдок. Давно ты знал?

– С того момента, как мы сюда прибыли, существовала вероятность, что они последуют за нами.

– Вероятность? Это еще что значит?

Себатону было искренне стыдно.

– Прости, Варте. Вы этого не заслужили.

– Прострелить бы тебе ногу, оставить вместе с этим, – он опять показал на сверток, – и убраться отсюда вместе с Трио и Голлахом.

– Это не поможет.

– Зато мне приятно будет, лживый гад! – он успокоился, загнав страх поглубже, где тот не смог бы ограничивать его навыки выживания. – Эта штука в твоих руках, она важная, да?

Себатон кивнул:

– Настолько важная, что ты даже представить не можешь, а я даже рассказать не могу.

– Кто ты, Себатон? На самом деле?

Себатон покачал головой; печаль на его лице отражало царящее в душе смятение лучше любых слов.

– Если честно, Варте, я уже сам не знаю.

Экс-Люцифер шумно втянул воздух, все-таки приняв важное решение. Он остановился. Себатон тоже притормозил и подождал, пока их нагонят остальные.

– Надо отдышаться, Голлах, – сказал он тех-адепту. Тот, одновременно обрадованный и обеспокоенный внезапной остановкой, сел.

– Мы в безопасности? – просипел он, задыхаясь, и нервно оглянулся.

– Мы ускользнули, – соврал Варте, но его истинные намерения отразились в глазах и легком, почти незаметном кивке Трио, который Голлах бы не заметил. Он повернулся к Себатону:

– Иди вперед, заменишь Дуугана.

Себатон кивнул, проникаясь еще большим восхищением и уважением к бывшему Люциферу и чувствуя, что себя начинает ненавидеть в два раза сильнее.

– Мне кажется, в Армии тебя сильно не хватает.

– Ох, сомневаюсь. Одной парой ботинок меньше, одной больше.

Они не стали пожимать друг другу руки – ни к чему были эти банальности – но обменялись взглядом, в котором Себатон увидел надежду на то, что он еще сможет стать лучшим человеком. Чем-то большим, чем оружие.

– Он уходит? – спросил Голлах, снова разволновавшись. – Куда? Он же не солдат. Почему он уходит? Я хочу с ним.

Он поднялся.

Голлах был изможден, и Себатона он только замедлит. Ему, как пытающемуся взлететь кораблю, надо было сбросить балласт. Только в этом случае балластом были нанятые им люди.

Взяв Голлаха за плечи, Себатон произнес четко и спокойно:

– Оставайся с Варте. Он будет тебя охранять.

Лицо Голлаха вдруг стало пустым, и он кивнул, после чего опять сел.

Варте не выказал удивления. Себатон знал, что экс-Люцифер уже давно подозревал в нем псайкера.

– Тебе пора уходить, – сказал он. Трио уже доставал из сумки, которую тащил с самого места раскопок, несколько крупнокалиберных пушек. Только их они и взяли, помимо уже брошенных сервиторов. Себатон насчитал три орудия. Дуугану его не понадобится.

– Возьмешь одно? – спросил Варте. – Может пригодиться.

Против таких врагов не пригодится.

– Оставьте себе. Оно меня только замедлит.

– Она так много стоит? – спросил Варте. – Штука, которую мы достали из ямы.

– Она стоит всего человечества.

Себатон побежал.

Нарек любил охоту, хотя это и было сложно понять по его угрюмому поведению. Раньше он служил разведчиком, вигилятором, пока травма не ограничила его скаутские способности и не поставила его на последнее место среди соратников. Вскоре после этого он ушел из отряда и вновь стал полноценным легионером, вступив в орден Элиаса.

Его ранили на Исстване-V. Он командовал скрытным отрядом, целью которого было саботировать силы верных Императору легионов до того, как начнется атака и предательство раскроется, и они встретили несколько вражеских скаутов, сразу понявших, что отряд делает. Они убили птенцов-Воронов, но заплачено за это было всей командой Нарека и его левой ногой. Болтерный снаряд раздробил ее. Он закончил установку подрывных зарядов, проползя для этого по телам своих мертвых товарищей, и покинул место высадки прежде, чем начался огненный шторм.