Кристиан Данн - Силы Хаоса: Омнибус
— Хорошо, — сказал Ашканез. — Сними шлем, Апостол. Я хочу видеть твои глаза, когда ты умрешь.
Мардук бросил взгляд на обрубок своей левой руки, затем на все еще зажатый в правой священный крозиус, а потом снова на Ашканеза.
— Наверное, мне понадобится небольшая помощь. Ты не мог бы подойти и забрать у меня крозиус, Послушник? — поинтересовался он. — Ясно же, что ты в любом случае собираешься его присвоить, так почему бы не сделать это прямо сейчас?
— Я так не думаю, — произнес Ашканез, явно не собираясь сокращать дистанцию между собой и огромным Темным Апостолом, закованным в древний терминаторский доспех Разжигателя Войны.
— Трус, — усмехнулся Мардук.
— Разумный, — поправил его Ашканез. — Шлем, Апостол.
Мардук прицепил крозиус к шипастой поясной цепи и снял череполикий шлем. Тот отсоединился с шипением сжатого воздуха. Злобное красное свечение линз померкло, и он пристегнул шлем к поясу. В глазах Темного Апостола кипела ненависть.
— Доволен? — оскалился он.
Первый Послушник кивнул.
— Где мои братья — Помазанники? — зарычал Кол Бадар.
— Их кровь тоже на твоих руках, Послушник? — спросил Мардук.
— В их смерти нет никакого смысла. Они телепортированы обратно в целости, — сказал Акшанез. — Я не счел необходимым делать их свидетелями этого.
Мардук облизнул губы, его взгляд метался между тремя стоявшими перед ним воинами.
Ашканез продолжал удерживать свой мелтаган нацеленным точно на Мардука.
— Ты довольно высоко себя оцениваешь, Первый Послушник, — сказал тот. — Ты вправду думаешь, что вы трое справитесь с нами обоими?
— Нет, — произнес Ашканез. — Не думаю.
Мардук было открыл рот, чтобы заговорить, но захлопнул его, когда Кол Бадар отошел от него в сторону.
— Ах ты ублюдок, — ощерился он, когда Корифей склонил голову в почтении к Первому Послушнику.
— Я долго ждал этого дня, Мардук, — проговорил Кол Бадар.
— Все от тебя отвернулись, Апостол, — произнес Ашканез, не в силах избавиться от самодовольной насмешки в голосе. — Все твои самые надежные капитаны.
— Не все. Сабтек никогда не предаст, — ответил Мардук.
— Это так, — признал Ашканез. — Я верю, что этот глупец будет хранить свою нелепую верность тебе до самого конца. Очень жаль. Он хороший боец. Но в этой войне необходимы жертвы. Довольно скоро он умрет. Ты остался один, Апостол.
— Нет, — произнес Мардук. — Со мной боги Хаоса. И адские мучения покажутся тебе раем по сравнению с болью, которую я на тебя обрушу. За это оскорбление ты сгоришь.
— Нет, — отозвался Ашканез. — Ты не сможешь.
— Ты предатель и ублюдок, Ашканез. Как скоро он обратится против тебя, Буриас? Или против тебя, Кхалаксис? — спросил Мардук. — Получив власть над Воинством, он перестанет в вас нуждаться.
— Я наслушался вдоволь, — прорычал Кхалаксис. — Давайте убьем его и покончим с этим.
— Совет раскроет этот мелкий заговор, — сказал Мардук. — Они никогда не утвердят тебя Темным Апостолом Воинства, Ашканез.
— Заговор? — преспросил Ашканез. — Нет, Апостол, тут ты заблуждаешься. Мы не предатели, мы — будущее. Под властью Совета Легион загнивает, его идеалы извращены. Только глупец не в силах увидеть, что Эреб исказил идеалы Легиона в угоду собственным целям, подчинив Совет своей воле. Мы представляем новый порядок, который повергнет власть Эреба над Советом.
— Экодас набил твою голову ложью, — произнес Мардук. — Его маленькое восстание ни к чему не приведет. Вас будут гнать, как предавших псов, каковыми вы и являетесь.
— Ты неправ, Мардук. Это не мелкий мятеж. Мы — Братство. Приближается время Третьей Чистки.
— Братство? — изумленно переспросил Мардук. — Братство в прошлом. Оно умерло десять тысячелетий тому назад.
— А теперь заново родилось под властью нового Первосвященника.
Мардук расхохотался.
— Вы пребываете в еще большем заблуждении, чем я думал, — сказал он. — Экодас полагает, что может заново создать Братство в погоне за властью? Он в самом деле думает, что сможет представлять собой хоть какую-то угрозу Совету? Эребу и Кор Фаэрону?
— Это ты заблуждаешься, — с ухмылкой ответил Ашканез. — Все это тянется гораздо дальше Экодаса.
— Мне трудно в это поверить.
— Мне все равно. Но перед смертью знай, что сам Хранитель Веры, Кор Фаэрон, создал Братство заново.
— Это невозможно, — прошипел Мардук, хотя от слов Первого Послушника у него похолодела кровь.
— Более двадцати Воинств поклялись в верности Братству, — сказал Ашканез. — И еще десятки присоединятся к ним прежде, чем Эреб заподозрит, что находится в опасности.
— Это никогда не сработает, — проговорил Мардук.
— Скоро извращение Совета Эребом закончится. Под руководством Кор Фаэрона Легион вернется к истинному учению Лоргара.
— Хранитель Веры втянет Легион в гражданскую войну? — спросил Мардук. — Внесет раскол в наши ряды только для того, чтобы свергнуть брата? Это безумие!
Ашканез улыбнулся.
— Эреб слишком долго манипулировал Легионом, оставаясь в тени. Его время подошло к концу.
— Хватит лить отраву, предатель, — огрызнулся Мардук, поднимая голову. Безо всякого страха он посмотрел Ашканезу в глаза. — Как сказал Кхалаксис, время покончить с этим. — Ты согласен, Кол Бадар?
— Да, — произнес огромный полководец из-за спины Ашканеза. — Согласен.
Прежде, чем кто-либо успел среагировать, Корифей шагнул вперед и вогнал на всю длину в спину Ашканеза свои силовые когти.
Ашканез оказался поднят в воздух. Острия силовых когтей Кол Бадара высунулись у него из груди, на клинках пузырилась горячая кровь. Мелтаган Ашканеза вытрелил, и Мардук метнулся в сторону, чтобы избежать жгучего заряда. Свитки с проклятиями, прикрепленные к наплечнику, вспыхнули от выстрела, прочертившего борозду в броне, словно в масле.
Вокруг шипов священного крозиуса Мардука замерцала темная энергия, рука сжалась на рукояти, вдавив активационную руну.
Первым из соратников Ашканеза среагировал Буриас. Он мгновенно преобразился, черты его лица смешались с демоном внутри. Небрежным движением Кол Бадар швырнул Ашканеза в Несущего Икону, мгновенно выведя того из боя. Мелтаган вылетел из руки Первого Послушника.
Слабо освещенное помещение внезапно огласилось оглушительным ревом цепного топора Кхалаксиса. Огромный чемпион бросился на Мардука, его лицо исказилось от бешеной ярости.