Линн Флевелинг - Крадущаяся Тьма

Следя краем глаза за Рителом, Серегил первые несколько кругов играл осторожно, получив лишь небольшой выигрыш. Игроки обменивались шутками, перемежая пустую болтовню советами по вложению капиталов и новостями о недавних прибыльных сделках, в том числе и о доходах от каперства, процветающего под присмотром Нирейдиана.

Рител слушал с вежливым интересом и помалкивал до тех пор, пока снова не пришла его очередь сдавать.

— Предлагаю сменить игру. Как насчет «меча и монеты»? Нас как раз достаточно, чтобы составить две партии.

Никто не возражал, и когда столы и кресла были передвинуты, Серегил без особого удивления обнаружил, что сидит напротив Ритела. Поблагодарив про себя Иллиора, он принялся за игру всерьез, стараясь, чтобы партнер его выигрывал.

Менее осмотрительные игроки скоро стали нести убытки, поскольку Серегил, не лишенный ловкости рук, понемногу начал склонять весы в свою с Рителом пользу. Тот, со своей стороны, тоже обнаружил определенные таланты; через час они вдвоем обыграли остальных подчистую.

Когда все встали из-за стола и Серегил и Рител стали делить выигрыш, Серегил поклонился партнеру и протянул руку.

— Здорово сделано. Я — благородный Серегил, как, может быть, ты уже слышал. А ты кто?

— Рител из Порунты, господин. — Рука его была жесткой, но не такой мозолистой и заскорузлой, как ожидал Серегил. Рител явно прилагал все усилия, чтобы не выдать своей настоящей профессии.

— Порунты? Это ведь где-то недалеко от Каменной Крепости, не так ли? Как ты оказался так далеко на север от родных краев в это время года?

— У меня тут небольшое торговое дело, господин. — Рител помолчал и улыбнулся с обезоруживающей искренностью. — Должен признаться, что некоторые из сделок, о которых ты упомянул, представляют для меня интерес.

— Э, да ты предприимчив! — подмигнул ему Серегил. — Мне нравится деловая хватка, да и наше недолгое сотрудничество в игре оказалось для меня прибыльно. Может, хочешь поговорить серьезно, да и поужинать заодно?

— Почту за честь, господин, — ответил Рител; ему явно не хватало светского лоска, чтобы скрыть острый интерес.

— Ты предпочитаешь какое-нибудь определенное место?

— Нет, благородный Серегил, — пожал плечами Рител. — У меня на сегодняшний вечер нет никаких планов.

«Проклятие, — подумал Серегил, — похоже, мы проведем время, пытаясь напоить друг друга и выведать секреты».

Начинался холодный ясный рассвет, когда Серегил вернулся в «Петух». Алек сладко спал на кушетке у камина, вытянув ноги к еле тлеющим углям, и подскочил от неожиданности, когда его друг устало опустился рядом.

— Ну, как все прошло?

Серегил пожал плечами и закинул руки за голову.

— Он не самый искусный шпион в мире, но держать рот на замке умеет. Большую часть ночи мы с ним пили в «Розе», а потом он решил, что ему нужна женщина. Я надеялся, что у него с кем-то назначена встреча в борделе, но он клюнул на первую же шлюху, которую мы встретили на улице. Мне, правда, в конце концов удалось направить его стопы в «Черное перо».

— «Перо»? Это же просто дыра по сравнению с заведением Эйруал.

— Та же мысль возникла и у меня. То ли он разыгрывал спектакль специально в мою честь, то ли его доходы изрядно меняются от недели к неделе. На это стоит обратить внимание. Так или иначе, около «Пера» мы с ним расстались несколько часов назад; потом я проследил за красавцем до улицы Парусинщиков, и больше из дому он не выходил.

— Похоже, ты зря потерял время.

— Что касается дела со сточными трубами, то несомненно. Однако нельзя целый вечер вместе пить и ходить по веселым домам и ничего не узнать о человеке. Он выдает себя за богатого купца и, сказать по правде, играет роль так хорошо, что возникает подозрение, не соответствует ли она действительности хотя бы отчасти. По-моему, по рождению он скаланец и уже давно занимается своим делом — я имею в виду, понемножку шпионит. Пленимарцы умеют находить и использовать таких типов.

— Ты тоже, — лукаво улыбнулся Алек.

— Ну, что касается нашего подопечного, говорить об этом рано. — Серегил устало потянулся. После ночи, проведенной в «Пере», он чувствовал себя грязным и мечтал о ванне. — Впрочем, благородный Серегил явно произвел на него впечатление. Я бросил несколько намеков насчет своего участия в каперстве, и тут же он начал навязываться мне в компаньоны; еще я пересказал кое-какие слухи — интересно, где теперь они всплывут. А каковы твои успехи?

Алек вытащил из-под туники смятую пачку листов пергамента и с триумфом помахал ею в воздухе, потом отнес к столу и развернул, прижав углы книгами. Когда он протянул Руку, чтобы достать книгу с дальнего края стола, Серегил заметил, что левый рукав у него порван и в крови.

— Что с тобой приключилось?

— Да ерунда, — пожал плечами Алек, стараясь не встречаться с ним глазами.

— Ерунда? — Схватив друга за руку, Серегил отогнул рукав. На предплечье обнаружилась неуклюже наложенная повязка; сквозь нее проступило кровавое пятно размером с монету в два сестерция. — Ерунда обычно так не кровоточит.

— Просто царапина, — настаивал Алек. Не обращая внимания на его возражения, Серегил кинжалом взрезал бинты. Рана находилась чуть ниже локтя; от нее тянулся неглубокий рваный порез почти до самых связок на запястье.

— Клянусь пальцами Иллиора! От такой царапины ты можешь получить заражение крови! — ахнул Серегил и бросился за графином с коньяком, чтобы промыть рану. — Что случилось?

— Я поскользнулся на крыше, добираясь до его окна, — с недовольным вздохом признался Алек. — Я решил, что так будет проще всего, но крыша оказалась круче, чем я думал, а черепица такая скользкая…

— Ты когда-нибудь слышал о веревке?

— К тому времени, когда я о ней подумал, я был уже на крыше. Так или иначе, рукав зацепился за гвоздь, торчащий из водосточной трубы…

— Водосточной трубы! — задохнулся Серегил, чувствуя, как сердце его пропустило удар. — Уж не хочешь ли ты сказать, что оказался на краю? Ты мог упасть с высоты сорока футов на мощенную камнем мостовую! Что, во имя Билайри…

— Ну, на самом деле как раз под его окном находится сарай. Я свалился бы на его крышу, а вовсе не на камни.

— Ах, так ты все продумал? — В голосе Серегила звучал сарказм.

Алек снова пожал плечами:

— Нужно же на чем-то учиться.

«О Иллиор и его свет! Должно быть, я точно так же смотрю на Микама или Нисандера, когда они начинают ругать меня после какой-нибудь идиотской эскапады», — подумал Серегил. Качая головой, он стал рассматривать добычу Алека: грубый рисунок чего-то похожего на решетку, начерченный углем и кое-где запачканный кровью.